Академия исчезающих факультетов и другие ледяные неприятности - Элис Айт

флейте, а люди не принимаются сумасшедше хихикать без причины, опять же потому что в лаборатории перепутали ингредиенты.

Впрочем, какой факультет, такой и декан. Или это все-таки работает наоборот, а, Дейман?

Я с неласковой мысленной характеристикой вспомнил ректора, который в буквальном смысле преследовал меня пять лет назад, на протяжении целого года почти каждый день атакуя предложением стать деканом. Предыдущий почил в Бозе в преклонном возрасте, а занимать его место никто не хотел. Интересно, почему бы это…

Я оказался единственным, кого удалось уговорить. Остальных преподавателей не убедила ни повышенная зарплата, ни привилегии, ни даже угрозы увольнения из академии. И вот я, Дейман Грант, некогда горевший мечтами о новых открытиях в магии и опасных путешествиях за старинными артефактами, стал одним из самых молодых деканов за новейшую историю Элантийской академии. А это означало, что я завален бумагами по макушку, составляю учебные программы и тщетно пытаюсь контролировать безумцев из лаборатории.

Увлекательнейшая жизнь, ягги мне в глотку.

Последняя деталь, тихо щелкнув, встала на место. В собранном виде артефакт напоминал ничем не примечательную коробочку, сверху на которую устанавливались песочные часы. Продавец не смог сказать, зачем они. В официальных перечнях артефактов ничего подобного тоже не было. Оставалось лишь предположить очевидное – что это устройство каким-то образом отмеряло время.

Что бы он ни делал на самом деле, прибор весил, как откормленный кот моей бабушки. Я сунул его в сумку, пропахшую железом и маслом, и та своей тяжестью оттянула плечо. Можно было наконец-то спускаться в лабораторию, а на обратном пути заглянуть в хранилище и сдать проклятый артефакт. В кабинет уже просочился запах дыма, а ничего хорошего это не сулило.

Но только я отпер замок и взялся за ручку, как дверь рванулась на меня. В проем влетела темноволосая девушка, вся почему-то засыпанная снегом, с увесистым томиком подмышкой.

Настроение мое немного испортилось. Аспирантка Эвенвуд собственной персоной – еще одна беда на мою голову, как будто взрыва было мало.

Ну, эта беда хоть симпатичная.

Пусть и неловкая.

Книга полетела на пол.

– Стойте! – приказал я, уже догадываясь, что сейчас там растянется и сама Эвенвуд.

– Держите! – охнула она, конечно же, не слушая меня и бросаясь за своим сокровищем.

А затем всё пошло по одному месту.

Глава 2.2

Девица, конечно, навернулась, схватив меня за рубашку и невольно срывая ее с плеча. Сумка с артефактом свалилась, отправляясь к старинной книге, чьи ветхие страницы рассыпались по полу. Мир под ногами снова тряхнуло, но на сей раз виноват был не взрыв, а что-то иное, что заволокло чернотой всё вокруг.

Это прекратилось так же внезапно, как началось. Я моргнул, продолжая галантно поддерживать Эвенвуд за талию, и после момента абсолютной тишины услышал, как осыпаются медные пуговицы с моей рубашки и укатываются под стол.

Треньк, треньк, треньк…

Эвенвуд наконец обрела равновесие и выпрямилась, растерянно глядя на мою обнаженную грудь. Я поскорее запахнул рубашку. Не то чтобы мне там совсем нечем было хвастаться, но я же все-таки декан, а она моя аспирантка.

– Налюбовались, Эвенвуд? – мрачно поинтересовался я. – Может, объясните, зачем ворвались в мой кабинет?

– Я же предупредила, что вхожу! – естественно, заспорила она. Просто так эта девица никогда не соглашалась. – И вообще, там же был взрыв! А вы сидите здесь!

– Вам не кажется, что декан и так знает, что он должен делать, а что – нет? – сухо осведомился я.

– Иногда вы мастерски заставляете в этом сомневаться, – проворчала Эвенвуд.

Я вздохнул и решил не спорить. В конце концов, она совершенно права – в этот раз вина на моей стороне.

Вот только запах дыма, оседавший горечью на языке, куда-то исчез. За окном значительно потемнело, как ночью, хотя еще пару минут назад там стоял снежный зимний полдень.

Что там еще учудили эти горе-изобретатели из лаборатории?

Пока Эвенвуд, ворча себе под нос что-то про настоящее сокровище, нежно собирала с пола развалившуюся книгу, я мрачно осматривал свой кабинет, тоже претерпевший странные трансформации.

Кипы бумаг с моего стола исчезли, да и сам стол выглядел по-другому – стало меньше ящичков, изменился его размер. На углу мерцал старинный стеклянный фонарь со свечой внутри, какими сейчас пользовались только в деревнях да тех редких бедных домах, хозяева которых не могли позволить установить газовые светильники.

Слава Единому, крупный книжный шкаф никуда не делся. Однако книги там отличались от моих. А самое главное – рядом с ним застыл хмурый незнакомый мужик со светлыми волосами, собранными в хвост, и сощуренными глазами буравил нас. Половина лица у него была закрыта черной повязкой, но у меня проскочила странная мысль, что он точь-в-точь огромный кот, разве что не шипит от угрозы.

– Демоны! – выдохнул он, схватил с полки какой-то предмет, похожий на подставку с песочными часами, и рванул в коридор.

Ровно миг я смотрел незнакомцу вслед. А потом до меня дошло.

Он же спер сломанный артефакт, который я купил на черном рынке!

Я со всех ног кинулся за вором в коридор. Но, выбежав, замер. И не только потому, что на редкость стремительный незнакомец уже скрылся где-то на лестнице.

Эти коридоры… Они были залиты ночной тьмой, однако висевшие повсюду яркие гирлянды и флажки не узнать было невозможно. Как и не заметить, что повсюду отсутствуют газовые светильники, установленные по всей академии еще лет десять назад. Прогресс ведь движется вперед – между городами ездят первые поезда, по морям и рекам плывут пароходы.

А здесь прогресса как не бывало. Только герцогини дель Йенс не хватает, чтобы в точности повторить старинную картину из моего кабинета.

Дверь тихо скрипнула. Рядом со мной, оглядываясь, встала аспирантка. Она уже собрала свою драгоценность – книгу – и с прежней нежностью прижимала ее к груди.

– Что это был за человек? – рассеянно хмуря брови, спросила девушка, поджимая к себе правую руку. – Почему за окнами ночь? Что, в конце концов, произошло?

– О, дорогая моя Эвенвуд, – колко ответил я, – вы даже не представляете! Мы попали на двести лет назад, в правление Ледяного Ублюдка. И кажется, наш обратный билет скрылся в