Искушение и возмездие Часть 2 (СИ) - Лунная Юлианна

Бабулька резко склонилась, схватила с подноса ложку и залепила мне ей по лбу. Сказать: что у меня отвисла челюсть – это ничего не сказать.

- Еще раз позволишь себе так разговаривать со своей кормилицей, получишь не в лоб, а по заднице! – шикнула она, отбросила столовый прибор на одеяло и отвернулась к окну.

- Кормилицей? – во все глаза уставилась я: как она вдруг выпрямилась и отбросила на софу накладные патлы – даже конской гривой это нечто было трудно назвать. – С ума сойти…

Вслед за лже-волосами полетела и накидка, которой я бы на месте горничных даже полы не мыла. Повернулась ко мне лицом уже не сгорбленная старушка, а симпатичная женщина средних лет с округлым личиком, толстой косой, выправленной из-за ворота платья и пышными формами, заключенными в это самое платье.

- Меня зовут Лейна. Я не только принимала вас с Алексом, но и выкормила, выходила, вырастила… пока вас не увез господин Никлос, - опустилась она рядом на кровать. – Позже, примерно с полгода спустя я узнала: что вас выслали из королевства.

- Но… но зачем… - скосила я взгляд на тряпье, в которое она куталась.

- Не «нокай», чай не лошадь. Тебе уже было сказано: разбойников тут много. Дряхлой ведьмой быть безопаснее, чем магичкой-травницей, - грустно улыбнулась Лейна. – Добро пожаловать домой, детка… - осторожно склонилась она над подносом и обняла меня. – Выбрось всю дурь из головы. Ты со всем справишься, а я помогу.

Весь день мы провели вдвоем: травница рассказывала мне о родителях, а я ей – о себе и Алексе. Лейна откуда-то с чердака притащила несколько сундуков с приличными, но вышедшими из моды платьями. Мне было все равно: во что одеваться, поэтому одно из них мы ушили мне по фигуре и вскоре прогуливались вокруг поместья.

- Ты вовремя появилась, моя малышка, еще несколько зим и здесь бы никого не осталось. Чтобы не умереть от голода: последние люди бы ушли. Если ты хочешь все здесь восстановить, то потребуется очень много средств. Уверенна: что хочешь растрачивать наследство на заброшенные земли? – вечером после ужина спросила она, когда мы пили чай на веранде.

- А на что мне его еще тратить? – криво улыбнулась я. – В моем распоряжении ведь не только оставленные родителями средства, но еще и часть Алекса…

- Тогда займись переоформлением всего на себя и заверши от имени Алекса все дела, пока еще живот можно скрыть под мужским пиджаком. Надо все успеть сделать: и с бумагами, и подготовиться к зиме, так что: чем раньше начнешь – тем лучше.

- Так и сделаем, вот только мне нужна подходящая одежда. Пара мужских костюмов, достойных статуса герцога, у меня есть с собой, а как же быть с платьями – ведь здесь на месте нужно вести дела уже от имени Алесты.

- Я отдам нашим швейкам старые платья твоей матери. Они приведут их в соответствие нынешней моде. В кабинете твоего отца есть сейф. Думаю: в нем найдутся драгоценности.

Так мы и поступили с одним исключением. Лейна не догадывалась, что перемещалась я не в соседнее поселение, а намного дальше: чтобы мое месторасположение не отследили. Я не хотела писать Арти из-за документов на плантации и Демиану – из-за шахт. Поэтому связалась со своими столичными нотариусами, и они переслали мне все имущественные документы: кроме владений, которые мы уже запустили в работу. Как только я получила все необходимые мне бумаги, снова сменила город для дальнейшей работы, заметая следы. Таким образом: я задействовала нотариусов всех ближайших земель: переоформляя документы и заключая сделки в разных поселках и городах.

От имени Алесты я закупила строительные материалы, шкуры, ткани, сырье для кузнецов, и многое прочее, но лишь разовой сделкой и поставкой. Мне не нужны были долгосрочные договоры – по ним мое местонахождение тоже могли легко вычислить. Самой дорогостоящей моей покупкой оказалось приобретение животных. Я решила: что для пяти десятков людей не нужно много, да и за большим поголовьем уследить тяжело, поэтому приобрела лишь одно стадо коров, отару овец, табун лошадей, по сотне кроликов и кур – впереди зима: лишь бы успеть отремонтировать и утеплить хлева хотя бы для такого количества скота.

Лейна говорила: что народ страдают от голода, поэтому я решила, что этой зимой сама их прокормлю без каких-либо договоров о найме. В поместье со всей округи стали съезжаться обозы с продовольствием. Я обнаружила под домом огромное подземелье. Распорядившись: чтобы плотники смастерили там стеллажи и полки для хранения продуктов, я превратила его в склад. Скоро в нем было не протолкнуться от количества мешков с крупами, сахаром, солью, частями вяленных тушек животных, корзинами ягод, коробами овощей, корма для скота и прочего…

Уже почти через два месяца все было готово к зиме. Самые ближайшие к поместью дома, хлева и конюшни были отремонтированы; продовольствия было втрое больше необходимого количества. Швеи одели и обули не только меня, но и все наше небольшое поселение. В самом поместье Лейна тоже развила бурную деятельность: в доме появились ковры, портьеры, декоративные подушки, шкуры и пледы… Она очень переживала за мое здоровье.

Сегодня она дала мне задание закупить пуховые покрывала и перины, поэтому я в очередной раз возвращалась с маленьким караваном из экипажей из путешествия. Подъезжая к первым домам, я заподозрила неладное: ветер доносил до меня женские крики и детский плач… Приказав извозчикам остановиться, я скинула с плеч меховую куртку и покинула карету.

- Ожидайте здесь, - приказала я и под удивленными мужскими взглядами выудила из складок платья свои клинки.

Обрубив ими юбку до самого пояса, я осталась лишь в теплых нижних штанах. Откинув от себя ненужное тряпье, я двинулась вперед по улочке. С каждым моим шагом, неприятные звуки становились громче, доносились чаще… «Нападение…» - сделала очевидный вывод я, призывая магию.

Воспользовавшись силой, я переместилась на площадь перед поместьем и застыла, рассматривая окружающую меня картину. Мои крестьяне вилами и топорами дрались с какими-то проходимцами, ну, или разбойниками – как говорила Лейна. Мужчины словно лес рубили воров, но им не доставало опыта. Женщины группами нападали на нескольких человек, уж слишком силен был враг. Повсюду была кровь и лоскуты одежды, вокруг меня валялось несколько трупов, под стенами домиков плакали дети. Я насчитала примерно одинаковое количество людей в противоборствующих сторонах, вот только мои кузнецы и землепашцы совсем не умели сражаться…

Присев на одно колено и положив клинки на землю, я сконцентрировалась и вспомнила свои ощущения в тот последний день в Аргонавире… Почувствовав: что сила начала вырываться, хлопнула в ладоши и от меня во все стороны разнеслась воздушная волна, сбивая всех с ног. Вооружившись, поднялась с колена и огляделась. Убедившись, что меня заметили, громко закричала:

- Это мои владения, мои люди, мои земли!!! Если хотите жить – проваливайте! Это первое и последнее предупреждение.

Как и ожидалось: на мою реплику разбойники лишь рассмеялись, зато их удалось отвлечь.

- Мои люди, все по домам! – приказала я, но никто не шелохнулся, лишь покрепче сжали свои оружия. – Живо, а не то выгоню со своей земли!

Последние слова оказали должный эффект и через несколько минут на улице осталась лишь моя скромная персона, которую окружило около сорока с лишним воров. Я тихонько произнесла заклинание, покрывая свой живот воздушной подушкой. Такое средство защиты можно сделать и на все тело, но это было очень энергозатратно – могло не хватить сил справиться с таким количеством мясца. Поэтому я прикрыла лишь самое дорогое: плод и свое сердце.

Свой излюбленный танец я не могла исполнить: закрывать глаза при таком количестве убийц равносильно смерти. Поэтому я лишь улыбнулась в ожидании атаки, которая не позволила себя долго ждать. Один из мужчин с насмешкой на лице вышел из толпы и двинулся в мою сторону. Боковым зрением я наблюдала за остальными и внимательно слушала звуки, чтобы не пропустить удар со спины. Бандит замахнулся на меня мечом, но я уклонилась. Он проделал это еще раз шесть и результат был тот же. Ослепленный яростью, он бросился в прямую атаку, и через мгновение его голова покатилась по земле.