Ведьма для Рыжего (СИ) - Каг Виктория

Салютую им чашкой с чаем и изгибаю губы в едкой усмешке.

- Вы преподали мне хороший урок. И я его усвоила. Выжила и научилась рассчитывать только на себя. И вам теперь советую делать то же самое.

- Не пожалеешь? - зло шипит ведьма, вцепившись в подлокотники кресла до побелевших костяшек на пальцах. - Насколько я знаю, у тебя растёт дочь. Что, если в ней проснётся твоя кровь? Без поддержки и знаний Ковена тебе не обойтись.

- Ошибаетесь, - качаю головой. - А даже, если и нет, это больше не ваша забота.

- Ну смотри, - роняет Верховная. - Второго шанса не будет. Это сейчас ты - самая богатая женщина Сардолла. Кичишься своей безнаказанностью, упиваешься призрачной властью, рассчитывая на защиту Клана. Но кто знает, что будет уже через пару месяцев или лет?

- Угрожаете? - обдаю эту троицу арктическим холодом, сузив глаза.

- Что ты, просто забочусь, - растягивает ведьма губы в лицемерной усмешке. - Скоро твой траур закончится. Думаешь, мало будет желающих прибрать тебя и твоё имущество к рукам? Думаешь, со смертью твоего мужа всё закончилось? О нет, Саманта. Всё только начинается. И Ковен мог бы помочь тебе выплыть.

- Или потонуть окончательно, - фыркаю я и жёстко добавляю: - Не интересует.

- Что ж, ты сама сделала выбор, - цедит Верховная и, не прощаясь, идёт к выходу, прихватив своих молчаливых прихлебательниц.

=5=

- Мама, кто эти тёти? - с любопытством спрашивает Аннабель, столкнувшись с ведьмами в дверях, и провожает их заинтересованным взглядом.

- Никто милая, - улыбаюсь своему рыжеволосому чуду и раскрываю объятия: - Иди сюда.

Дочка смеётся и шустрой белкой взбирается ко мне на колени, прижав маленькие ладошки к моим щекам.

- Они тебя обидели? - заглянув в глаза, с тревогой спрашивает она. - Ты грустная.

- Всё хорошо, лисёнок, - качаю я головой и целую её в кудрявую рыжую макушку. - Просто кое-что вспомнила… 

- О папе, да? - склоняет голову набок Анна, а её губы дрожат, заставляя моё сердце заходиться в бешеном стуке. - Я тоже скучаю… 

А затем, втянув голову в плечи, тихо шепчет мне на ухо:

- Иногда… А иногда рада, что он больше не будет тебя обижать… 

Мой мудрый и серьёзный не по годам ребёнок, как бы я хотела, чтобы ты никогда этого не видела! Прижимаю дочку к себе, вдыхая нежный аромат детского тельца, и тихо плачу.

- Ничего, - шепчу ей, лихорадочно целуя растерянное личико, курносый нос и пухлые щёчки, - всё будет хорошо, лисёнок. Мы обязательно станем самыми счастливыми на всём белом свете.

- Обещаешь? - доверчиво хлопает золотыми ресницами малышка.

- Обещаю, - выдыхаю я. - Мама сильная и справится со всем, сколько бы испытаний нам ни послала судьба. Ради тебя, золотко, я готова на всё.

И я не вру.

Пять лет. Пять долгих лет я доказывала это себе и всему миру. Поднималась, когда, казалось, встать уже невозможно, и боролась, стиснув зубы до мелкого крошева. Забывала о боли, о страхе и о своей сути. Ради Аннабель. Ради себя. И ради своей несбыточной мечты.

Догадывалась ли я, что так будет, подписывая злополучный договор в тот роковой вечер? Нет. Сделала бы это снова? Да. Тысячу раз да. Что значит одна моя жизнь против сотен других? Разбитое сердце против горя десятков семей? Ничего. 

Возможно, был и другой выход из той ситуации, но я его не увидела. Слишком мало мне было отпущено времени для принятия решения. И слишком хорошо Катар подготовился к той встрече. 

Бессилие, злость, отчаяние. С тех пор именно они - мои верные спутники. Но особенно горькой пыткой для меня является воспоминание о лице Вархана, искажённом болью и яростью. Ведь причиной этой боли была я. 

Его слова, даже много лет спустя, всё ещё звучат у меня в ушах. Как и смех Катара, наслаждающегося видом того, как чужое счастье разлетается на миллион ранящих осколков.

=6=

***

- Что здесь происходит?! - рычит Вархан, и я вздрагиваю, пытаясь отстраниться от довольного лиса.

Глотаю горькие слёзы, понимая, что он знал! Знал, что мой Рыжик вот-вот войдёт в эту дверь. С его-то слухом и звериным чутьём! И сделал это специально… 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Зачем? - стону я, пытаясь вырваться из объятий оборотня, но он до хруста в рёбрах прижимает меня к себе и шепчет прямо в губы:

- Забыла? В нашу любовь должны поверить. Все. И он тоже! 

И я молчу, потому что это действительно было в договоре, но я надеялась, что решу этот вопрос раньше, чем мой огненный маг узнает о моём невольном предательстве.

- Я задал вопрос, - яростно шипит мужчина и рывком выдирает меня из объятий оборотня, а я отвожу взгляд. - Что делает здесь этот выкормыш шакала, Анта?

- Целую свою невесту, - влезает лис, ещё больше разжигая его злость, - а вот что здесь делаешь ты? - и цокает языком, обращаясь ко мне напрямую: - Что же ты, милая, не сказала своему временному увлечению, что наша свадьба не за горами, и я больше не буду терпеть твоё легкомысленное поведение? У нас был уговор. Одна твоя интрижка в Сойфире за мою прошлую оплошность в Сардолле.

- Это правда? - не обращая на него внимания, цедит любимый и встряхивает меня за плечи.

- Да, - выдыхаю, чувствуя, как умирает моя душа, бьётся в агонии и сгорает от яда моих собственных слов. 

Хочу сказать что-то другое, хоть что-то! Намекнуть, оправдаться… Но лишь беззвучно открываю рот, связанная магией клятвы.

Варх рычит и, оттолкнув меня в сторону, бросается на оборотня. Они ярким клубком катаются по полу, осыпая друг друга ударами и с грохотом сбивая мебель, а я, кажется, кричу, не зная, как остановить это безумие.

- Вархан! Варх! - рыдаю я, вцепившись в его рубашку, и едва успеваю увернуться от предназначенного не мне удара. - Остановись, молю!

- Зачем? - глухо выдыхает он и на миг замирает, едва заметно поведя напряжёнными плечами, а придавленный им к полу оборотень смеётся, вытирая кровь с разбитых губ. - Я убью его. И всё снова будет как раньше.

- Нет, - рыдаю я и яростно мотаю головой. - Пожалуйста, не нужно!

Потому что помню: умрёт этот лис, вместо него придёт другой, но сначала они заберут жизнь моего любимого. 

“Должен быть другой выход! Я найду его! Ты только дождись!” - мысленно кричу я, но Варх, конечно же, не слышит. И я опускаю руки. Отступаю на шаг, не зная, что делать дальше. Как выбираться из этой ловушки и строить мост через пропасть, что сейчас разверзлась у наших ног.

- Ты проиграл, Рыжий. Она - моя, - лающе смеётся лис ему в лицо и стонет от нового удара, рассекающего скулу.

Вархан же встаёт и бросает на меня ненавидящий взгляд, направляясь к выходу. У двери замирает и, саданув сбитым в кровь кулаком по косяку, хрипит:

- Почему? Почему ты сразу не сказала, что всё это для тебя лишь приключение? Зачем заставила поверить, что мы… - резко выдыхает сквозь зубы и на миг запрокидывает голову. - Сегодня ты сказала, что ведьмы не выходят замуж, и тут же подписала брачный договор. С другим. Сегодня ты для меня умерла.

И он уходит, а я падаю на колени и вою, раскачиваюсь из стороны в сторону, обхватив себя за плечи. 

Я хочу, чтобы Варх взял свои слова обратно. Чтобы усомнился в том, что сейчас увидел. И хочу, чтобы никогда этого не делал. 

Как дальше жить?

=7=

К сожалению, узнать об этом мне доводится слишком скоро. 

Уже на следующий день Катар увозит меня из Сойфира, разрешив лишь поговорить с Каролиной по артефакту связи. Кто бы знал, какой дрянью я себя чувствую, убеждая подругу в том, что просто боялась признаться в своих чувствах к оборотню. Что намеренно лгала, чтобы осуждение в её глазах не испортило мне интрижку с огненным магом, которую я закрутила в отместку за случайную измену жениха, скрываемого мною из ревности.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})