Фатальная встреча (СИ) - Риз Лаванда

— Ух ты! — тут же улыбается он, когда я всё-таки окидываю его взглядом. При этом на его щеках появляются эти обворожительные ямочки, которые мне всегда так нравились. По определению, такие люди для меня почему-то сразу же становятся милыми, а этот парень оказывается ещё и симпатичным. И от этой его светлой располагающей улыбки в кафе как-то даже сразу становится уютнее.

Так иногда бывает, не успеет человек ещё и рта раскрыть, а ты уже чувствуешь себя в его присутствии ужасно некомфортно, но бывает и наоборот — чей-то взгляд, или комплимент, способен вдохнуть в тебя легкость и самоуверенность, если не сказать больше.

— Нечасто встречаются такие экземпляры, — потому как он смотрит в мои глаза, я догадываюсь, что он имеет в виду необычность моих глаз.

Дело в том, что я появилась на свет с глазами разного цвета, один глаз у меня был светло-карий, другой зелёный. Я — то к этому привыкла, а вот люди находили это очень редким и необычным явлением.

— Да уж, спасибо природе, что хоть в остальном она оставила мне правильную симметрию, — говорю, отпивая кофе, и кошусь на парня. Хочется заулыбаться как дуре, но я сдерживаюсь.

— Говорят, такие люди зачастую наделены необычными способностями, — с легкой иронией, продолжает разговор улыбчивый парень. В отличие от меня он выглядит очень искренним и непринужденным.

— А как же, перед тобой потомственная колдунья! — с ответной иронией поддакиваю ему я, наконец, улыбнувшись, — Вот, скитаюсь по миру, в попытке найти убежище, где уже перестали сжигать ведьм на кострах.

— Тогда тебе повезло, это как раз то самое место, — кивает он, начиная пристально в меня всматриваться, словно выискивая на моём биополе номер регистрационного свидетельства. — Надолго к нам, или может быть, прислушаешься и останешься насовсем?

— Не могу сказать, — небрежно пожимаю плечами, невольно засмотревшись в эти лучисто-серые глаза. — Могу исчезнуть через час, а могу и задержаться.

— Ну, если вдруг передумаешь исчезать, — говорит парень, поднимаясь, — Приходи сегодня вечером в клуб «Пантеон», я там работаю ди-джеем. Скажешь, что ты к Джейку и тебя пропустят бесплатно.

«И это всё?» Мысленно поражаюсь с тяжелым вздохом. «Жаль, стандартная ситуация, избитая сцена знакомства, с заведомо известными для меня фразами и исходом. Парень, конечно, показался мне милым, но видимо и этот эпизод останется для меня позади, как только за ним закроется дверь. Даже не спросил, как меня зовут! Не побегу я за тобой в ваш клуб!»

***

— Чтобы определить твоя ли это дочь или нет, мне вовсе не обязательно проводить общепринятые сложные тесты. Достаточно примешать к её крови изотоп стронция и по возникающей при этом реакции можно будет сказать обычная это девушка или она принадлежит шудрам, — протянул Лоран, размешивая на стёклышке каплю крови с примесью какого-то порошка. — Ну-ка посмотрим. … Святой грааль!

Склонившись, Дарен увидел вспенившуюся позеленевшую смесь.

— О, боги, она …не человек! Значит, она всё-таки принадлежит моему народу, — потрясенно прошептал он, багровея, серея и бледнея. — Но этого не может быть! Ни у нас, ни у паритов никогда ещё не рождалось детей от земных женщин. Как такое возможно?!

— Значит, это стало возможным. Вы живете здесь уже несколько сотен лет. Допустим, ваши гены начали мутировать и теперь, возможно, они стали совместимыми с человеческими.

— Как узнать, сколько в ней моих генов? Сколько в ней от шудры, а сколько от человека? — подавленный Дарен, вскинул растерянный взгляд на доктора. — Лоран, я должен знать может ли она обратиться и развить способности. … Это просто немыслимо. …

— На это мне понадобиться больше времени. Дай мне пару дней, и я скажу тебе, на что способна твоя дочь. Она твоя, смирись Дарен. У тебя есть родная дочь. Стоит тебя поздравлять? Потому что штучка ещё та!

— Мне ещё трудно в это поверить, — пробормотал Дарен, стирая выступивший на лбу пот, — Поэтому я хочу попросить тебя, держать пока всё это втайне. Я должен подготовить свой клан к новости. Сообщить главе рода.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Конечно, — кивнул Лоран, снова склонившись над микроскопом.

Одной из особенностей Дарена — был талант ищейки. Он мог быстро и безошибочно найти кого угодно и где угодно. Поэтому отдавшись своему чутью, он очень скоро отыскал девушку.

Глава 2

— Присядем? — кивает мне Дарен на скамейку в боковой аллее. Он появился прямо из-за поворота. Странно, конечно, как он так безошибочно меня отыскал, не воспользовавшись телефоном. Ах, да, он же даже не спрашивал моего номера! Тогда как, отцовское чутье? Мне кажется, или он действительно бледный?

— Итак? — я смотрю на него вопросительно, ожидая вердикта, и сама не понимаю, почему меня начинает трясти.

Дарен задумчиво гладит свою аккуратно подстриженную бородку, которая ещё больше акцентирует внимание на солидности этого сдержанного мужчины, настолько угнетённого претензией в отцовстве.

— Ты действительно моя дочь, — произносит он как приговор.

Стоп кадр! Затем мысли начинают быстро-быстро шевелиться, я прикидываю, чем мне всё это грозит, и понимаю, что пора включать обратный ход, и давить на педали, что есть силы.

— М-да, сочувствую. Но я ни на что не претендую мистер Ледмер. Я даже вряд ли смогу называть вас папой, — собравшись, вздыхаю, но с каким-то облегчением. — Ну что ж, теперь мы с этим разобрались, и думаю, разойдемся в разные стороны по обоюдному согласию.

— Нет! — то, как возмущенно он произнёс это слово, заставляет меня удивленно округлить глаза. — Я понимаю, что мы не близки от того, что не знаем друг друга. Я также понимаю твою дерзость, моя девочка. Но теперь, когда я узнал о твоём существовании, я хотел бы стать для тебя отцом, Валери. Я не могу вот так взять и отпустить своего ребёнка!

«Боже, какие мы настойчивые! Эта решительность в его взгляде меня немного подкупает, я даже растерялась. Вот те на, то чур меня чур, чуть в обморок не хлопнулся в больнице, а теперь отпускать не хочет! Что я с ним буду делать?»

— Пф, но, — мотаю головой, и уже через несколько секунд справляюсь со своими эмоциями. — Я уже большая девочка, мне не нужен присмотр. Я умею жить без отца, и не уверенна, что теперь нужно что-то менять. Ушедшее время и его возможности нельзя вернуть. Что, будете водить меня в зоопарк и покупать мороженое на палочке в мои-то двадцать три?

— Но у меня ведь есть запас, чтобы наверстать упущенное. Впереди ещё целая жизнь, не нужно ставить на мне крест, — в его карих глазах засветилось упорство, и я прям-таки почувствовала, что его желание узнать меня поближе действительно искреннее.

— Валери, у меня больше нет родных детей. Правда есть приёмная дочь, Анна. Вот уже пятнадцать лет я женат на её матери, но мы так и не смогли зачать своего ребёнка. То, что ты моя, очень большая неожиданность для меня. Для моей семьи это так же будет … сюрпризом.

— Сто процентов неприятным, — выдыхаю я, смерив его придирчивым взглядом.

— Ты очень похожа на свою мать, Валери, — в его глазах появляется грусть, и это ещё сильнее рушит опору моего сопротивления.

— Не знаю, что вы во мне увидели от мамы, разве что маленький рост и один зелёный глаз. Я вообще ни на кого не похожа.

— В каком-то смысле да, ты уникальна, … для меня. — «Ох, мой папочка непрост, берёт меня голыми руками! Но вы мистер, не знаете на какое «чудо» нарываетесь!» — Хочу сказать, что теперь у тебя есть не только отец, но и кузены, кузины, дядюшки, тетушки и даже племянники. Здесь, в этом городе, живет целый клан Ледмеров. Они будут рады принять нового члена семьи. Но мне нужно какое-то время, чтобы подготовить их всех.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Странно, звучит так, словно вы решили представить перед своим кланом дитя своего страшного греха или урода, которого очень стыдятся. Мы не …

— Ты не понимаешь, о чём говоришь, Валери! — резко перебивает он меня, не дав договорить, и берет за руку. Какое … непонятное ощущение. — Я очень хочу, чтобы ты осталась. Отойдя от шока, я хочу принять свою радость. Вероятно, твоя мама хотела бы, чтобы мы, ты и я, были вместе. И мне жаль, что тебе пришлось пережить её поступок и её кончину. Прошу тебя, Валери, дай мне шанс! — он смотрит на меня настойчиво и пристально, а я начинаю представлять, как много лет назад, моя мама влюблено смотрела вот в эти бархатно-карие глаза.