Перерождённая (СИ) - Агидель Ксения

— Иномирянка? Значит пророчество не выдумка… — сказав это, он поставил локти на стол, подпёр ими подбородок и задумался, а я поняла, что попала, причём очень крупно! Пророчество! Ну, а я о чём ранее говорила? Вот как чувствовала, что какая-то фигня да будет! Невольно из моих уст вырвался нервный смешок, который к счастью, остался незамеченным.

Мы сидели молча около получаса, он разглядывал меня, а я его. Мои мысли были разбросаны. Нужно узнать о возможности вернуться обратно, я ведь здесь чужая. Да ещё и какие-то пророчества, связанные с моим появлением. Нафиг оно мне всё это надо? Страдала в той жизни, а теперь и в этой нужно? Можно было бы подумать, что мне дали второй шанс, но нет, тут меня скорее хотят убить, чем просто бросить на сосуществование, как было до этого. Я даже не заметила, как из моих глаз потекли слёзы.

— Почему ты плачешь? — его голос показался взволнованным. Я не стала скрывать своих опасений и о том, какой была моя жизнь.

— Может есть способ вернуться? Я ведь как-то попала сюда. — я говорила с трудом, сквозь слёзы, нервно сжимая руки в кулаки, отчего костяшки на пальцах побелели. — Пойми, мне страшно. Я только сюда попала, а уже есть какое-то пророчество и, я очень боюсь неизвестности, она меня пугает.

— Тише, не плачь. К сожалению, обратно ты вернуться уже не сможешь. В наш мир перешла твоя душа и мир создал прототип твоей прошлой внешности. Все люди, звери и существа — маленькие механизмы своего рода. Если деталь ломается или в данном случае как ты, исчезает, то на его место ставится идентичная замена. В твоём мире ты осталась собой, ничего не изменилось. — он говорил это настолько спокойно, будто это было что-то несущественное, так, мелочь жизни.

— Но как? Этого просто не может быть. Я не могу этого представить. — я уже не скрывала своей истерики, если я действительно не смогу вернуться, то мне придётся остаться здесь. А что это место мне может дать? Там у меня была хоть какая-то стабильность: работа, проблемы, всё было привычно, я знала, что может быть. А здесь? Сплошная неизвестность, покрытая туманом!

Кайлиран, ну или как его там, сел рядом со мной и нежно обнял одной рукой за талию, отчего я невольно дёрнулась, а другой за голову прислонил к своей груди, поглаживая спину. Меня давно не жалели и не успокаивали, я опустошила себя, выплакалась и уснула. Просто отключилась, раньше со мной такого не было никогда. Возможно, так на меня повлиял такой стресс, даже самой противно от своей беспомощности, как можно просто взять и провалиться в темноту?

Глава 4

Мне приснилась моя мамочка. Мой самый драгоценный человечек, которого я безумно любила, люблю, и буду любить вечно! Она стояла недалеко от меня и с улыбкой, жестами, позвала к себе. Я не стала терять времени и кинулась в её объятия. Слёзы буйным потоком потекли из глаз. Господи, как же мне её не хватало! Как же я хотела обнять её и просто побыть рядом!

— Тише, Лекси, всё хорошо, не нужно слёз. — услышала я её нежный голос.

— Мамочка, это правда ты? — шмыгая носом как маленькая девочка, спросила я.

— Да милая, это действительно я. Неужели ты думала, что я оставлю тебя? Я всё это время была рядом с тобой, только ты не могла меня увидеть, услышать или почувствовать. От этого было очень больно… — она на миг замолчала, но потом продолжила. Её голос дрожал, она тоже плакала. — Как же я рада, что твоя жизнь теперь изменится. Не стоит бояться Кайлизерана, он хороший эльф.

Я немного отстранилась, чтобы посмотреть в её лицо и с самым серьёзным видом произнесла:

— А-а-а… Так вот как его зовут! А я уже чего только не наговорила у себя в голове!

Наш дружный смех охватил полянку, на которой мы оказались, и на которую я совершенно не обратила внимания.

— Лекси, солнышко, тебе уже пора просыпаться. — она крепко меня обняла. — Не переживай, мы ещё встретимся! И не забывай, я всегда рядом!

— Я люблю тебя, мам! — прошептала я с улыбкой, на которую всё ещё капали слёзы.

Проснулась я всё в той же комнате, кажется, я проспала сутки. За окном только начинало светлеть, из трёх светил образовывался сказочный восход. На краю кровати лежал свёрток с новой одеждой. Я взяла его и направилась в ванную, чтобы смыть с себя все старые неприятности и принять то, что мне дана новая жизнь, можно сказать с чистого листа. Мамочка… При мысли о ней, на моём лице расцвела улыбка, а в груди разлилось тепло.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сегодня в свёртке было тоже кружевное бельё, только телесного цвета, усыпанное мелкими стразами, словно мириады звёзд. Длинное платье в пол синего цвета, с лёгкими прозрачными рукавами, но оголёнными плечами и очень неприличным вырезом на груди и спине. Туфельки были на высоком, но очень удобном каблуке под цвет ночного неба. Собрав волосы в подобие колоска, я вышла в спальню. Так же, как и в первый день, Кайлизеран стоял рядом с дверью и ждал меня.

— Тебе уже лучше? — в его глазах читалось беспокойство. Неужели он правда обо мне волнуется? Но почему?

— Да, спасибо. Я видела сон, в котором встретилась со своей мамой. — говоря это, я подошла к нему и взялась за предложенный локоть.

— Я решил, что тебе будет легче отпустить, если увидишь её и вы поговорите… Пришлось очень сильно постараться, твой мир оказался намного дальше, чем я мог предположить. Но я рад, что у меня получилось. — его улыбка и слова были искренние, не знаю почему, но я чувствовала его эмоции.

— Спасибо огромное за это. Мне действительно стало легче. — я крепко обняла его за талию и прижалась щекой к его груди. От него пахло ванилью, сандалом и корицей, сердце билось учащённо, по всей видимости, он не ожидал такого от меня, а я ещё крепче прижалась к нему. Он тоже обнял меня и зарылся носом в мои волосы.

— Ты сможешь иногда показывать мне такие сны? Мне правда это очень нужно. — я спросила об этом очень тихо, было неловко.

— Если я буду видеть твою улыбку, то, конечно, я не откажусь от этого. — от него исходила энергия радости и спокойствия. — Расскажи немного о себе. — чуть отстранившись и посмотрев в мои глаза, сказал он.

— Я, Волкова Александра Дмитриевна, близкие зовут Алекс или Лекси. А если быть точнее, то моя мама меня так всегда называла. Мне двадцать пять лет, люблю рисовать, читать книги, гулять под дождём и готовить.

— Очень приятно, можно мне называть тебя Лекси? — спросил он с очень красивой улыбкой.

— Конечно. — я улыбнулась в ответ, и мы пошли в столовую.

Сегодня на завтрак был омлет с чем-то, что напоминало бекон, а к нему тому. По объяснениям мужчины, я сделала вывод, что это подобие капучино, но вкуснее и мягче. Позавтракав, мы отправились на прогулку.

Глава 5

— Скажи, что ты имел в виду о пророчестве и как я с этим могу быть связана? — мы сидели на берегу у озера и кормили лебедей. Он начал рассказ о девушке, в честь которой названа его империя.

— Эмария — свободная вастайи, которая от рождения связана с тайными силами Рунтерры. Из непокорной природной магии она формировала шары чистой, грубой энергии, которыми жонглировала с невиданной ловкостью. Прежде чем вытянуть из жертвы жизненные силы, Эмария любила поиграть с добычей, манипулируя её эмоциями. Хищница по натуре, ей не чуждо сострадание, ведь она переживает обрывки воспоминаний каждой из поглощённых душ.

Эмария ничего не помнит о своём происхождении и семье — совсем маленькой её бросили в снежных лесах северной Миронии. От прошлого у неё осталась лишь пара одинаковых самоцветов. Голод привёл девочку в стаю ледяных лисиц: она присоединилась к ним прямо во время охоты, а когда охота была окончена, звери приняли её в свою стаю. Лишённая наставника, который обучил бы её основам магии вастайи, Эмария просто следовала инстинктам. Она научилась впитывать волшебство из окружающего мира и метать разрушительные шары. А ещё улучшать магией свои рефлексы, чтобы мастерски настигать и убивать свою добычу. Если ей удавалось подобраться близко к оленю, она могла погрузить его в состояние столь глубокой безмятежности, что животное не шевелилось, даже когда Эмария вонзала зубы в его плоть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})