Заложница стаи (СИ) - Снежная Марина

      Подумать только, Аден Ларес, мужчина, с которым я спала, застал еще те времена, когда расы воевали между собой! Стоял у истоков мирного соглашения и создания того уклада мира, в котором я теперь живу. Это в голове не укладывалось. Каждый раз думая об этом, сознавала свою незначительность перед ним.

      – Через три дня мы вылетаем в Дармин, – он не спрашивал. Он констатировал факт, давая понять, что ответ «нет» вряд ли его устроит. – Надеюсь, к этому времени ты разберешься с делами?

      Я кусала губы, пытаясь разгадать, почему мы полетим именно в Дармин – столицу Западных земель. И прежние подозрения только укрепились. Именно в Дармине была цитадель вампирской верхушки. Самые древние и могущественные представители рода должны одобрять инициацию новых сородичей. Не за этим ли везет меня туда Аден?

      – Да, думаю, разберусь, – глухо сказала, пытаясь представить, какой будет его реакция, если я откажусь становиться вампиром.

      Вряд ли хорошей! Хотя по Адену трудно понять, когда он испытывает сильные эмоции. Он кажется ожившей мраморной статуей, а не живым существом. За все время знакомства высший вампир ни разу не повысил голоса или не проявил какого-либо неудовольствия, даже если на то были причины. Может, внутренне и негодовал, но прочесть что-либо по его лицу или жестам было невозможно. Пожалуй, вот с кого нужно пример брать! Выдержка у Адена железная. Но я уже знала, насколько обманчиво спокойствие вампиров. Как-то при мне один из его подчиненных совершил промах. Аден ни словом, ни взглядом не показал, что недоволен. Вел себя как ни в чем не бывало. Но уже на следующий день этого человека я больше в его доме не увидела. А на осторожный вопрос последовал невозмутимый ответ, что тому пришлось сменить место работы на более подходящее к его способностям. Как оказалось, он добился перевода несчастного на окраинные территории, где селились уж совсем отчаявшиеся люди, и откуда выбраться было практически невозможно.

      Маленький незначительный промах. А что будет со мной за отказ в столь личном для Адена деле? Да он всю жизнь мою может разрушить! Для Адена ничего не стоит разорить фирму «Северные просторы» окончательно, а передо мной самой закрыть все двери не только на этих, но и на других землях. До физического устранения он, конечно, не дойдет, но постарается сделать все, чтобы жизнь моя стала невыносимой.

      – У тебя что-то случилось? – снова послышался голос в трубке.

      – Нет, все в порядке, – соврала я.

      Для меня было делом принципа не прибегать к помощи влиятельного любовника в деловых вопросах. Да и, зная маниакальную гордыню оборотней, не сомневалась, что участие в деле вампира только усугубит ситуацию. Оборотни – единственные, кто не пасовал перед вампирами. Более того, обе расы недолюбливали друг друга еще со времен Великих войн, и эта ненависть не угасла до сих пор. Оборотни жили автономно, вытребовав себе отдельные территории, и только номинально подчинялись совету. В этом всем было много подводных камней и тонкостей, и я до конца так и не разобралась в закулисной политике. Знала только, что привлекать к решению вопроса Адена – это зарубить дело с кланом Ярова на корню.

      – Не думаю, что ты говоришь правду, – откликнулся вампир, как всегда, с ходу разгадав мои уловки. – Но я ценю твою независимость.

      Надо же! А вот это что-то новенькое! Аден впервые заговорил об этом, и сказанное внушило робкую надежду. Может, все же я сумею убедить его, что мой отказ не имеет ничего личного? Что я просто хочу оставаться собой. Такой, какая есть. Прокатит или нет? Ладно, у меня есть еще три дня, чтобы продумать все детали предстоящего нелегкого разговора!

      – Мне пора, Аден. У меня сегодня важная деловая встреча, – в этом не солгала и знала, что вампир это почувствует.

      – Хорошо, не буду отвлекать, – если он и разочарован, то по ровному тону понять трудно.

      Как же трудно общаться с существом, которого совершенно не понимаешь! Я нажала кнопку отбоя и поднялась с места. Что ж, сегодня предстоит еще одно неприятное дело! Унижаться перед оборотнями и просить их не отказываться от контракта. Я только надеялась, что личной встречи с Яровым удастся избежать.

    Глава 2

      Чтобы не ехать к сестре с пустыми руками, по дороге я заскочила в магазин, где приобрела любимые конфеты Жданы – «Шоколадные язычки». Изысканное лакомство с фруктовой начинкой, которое сестра могла поглощать в любых количествах. Вряд ли в поселении оборотней ее таким часто балуют. В город местные жители выбираются неохотно и только по особому поводу. Также приобрела несколько мелочей, которые будут полезными в любом хозяйстве. Погрузив пакеты с покупками в свой практичный темно-серый внедорожник, направила машину в нужном направлении.

      Был разгар рабочего дня, прохожих и машин на улицах было не так много, как в часы пик. Поэтому даже удалось избежать пробок. Я посчитала, что это хороший знак, и немного воспрянула духом. Выезжая за пределы города, мельком глянула на лежащий на соседнем сиденье мобильник. Стоит ли предупредить сестру о приезде? Конечно, она наверняка обрадуется, но вот ее муж мигом просечет, зачем меня, на дух не переносившую поселение клана, туда вдруг потянуло. Предупредит Ярова, и неизвестно, чем тогда все закончится. Нет уж, лучший вариант – эффект неожиданности! Если я застану бету врасплох, да еще сестру подключу, того будет легче убедить помочь. Решиться повлиять на альфу – поступок рискованный даже для его правой руки. Захочет ли Белояр пойти на это в любом случае? Эх, ладно, заранее опускать руки не стоит…

      Чем дальше я отъезжала от Мирграда, тем меньше на дороге становилось машин и живописнее природа. В обычное время мне бы это понравилось. Иногда я любила выезжать за город, найти укромный уголок для пикника и провести время наедине с собой и какой-нибудь интересной книгой. В такие моменты даже телефон отключала, чтобы никто не помешал небольшой релаксации, необходимой мне как воздух. Наверное, только такие вот минуты помогали выдерживать напряженный темп жизни и сохранять внешнее спокойствие при любых ситуациях. Иногда даже казалось, что спящая во мне волчица в какой-то миг робко поднимает голову и откликается на близость природы. И все вокруг воспринималось иначе: ярче, насыщеннее, живее. Но это длилось недолго. Я сама прогоняла это ощущение как можно скорее, боясь возвращения тех безумных лет. Хотя и понимала, что такое буйство гормонов в подростковые годы – явление временное. Вряд ли сейчас моя волчица вела бы себя так же. Но рисковать не хотелось.

      А учитывая то, какое впечатление производил на меня Яров, одна мысль о пробуждении внутреннего зверя пугала до дрожи. Черт, он на меня действовал даже несмотря на ликапин! А ведь на момент нашей первой встречи я принимала лекарство уже целых два года.

      В этот раз я не смогла отогнать будоражащие душу воспоминания. Невидящим взглядом смотря в лобовое стекло и уверенно ведя машину, мысленно перенеслась в тот памятный день, когда на свою голову решила посетить поселение Яровского клана вместе с отцом.

      Мне тогда было шестнадцать и я вовсю пыталась доказать отцу, что уже взрослая и хочу помогать ему. А он мягко убеждал, что это все успеется, и сначала нужно образование получить. Я все равно настояла, чтобы помогать отцу после школы, и понемножку осваивала семейный бизнес. Как всегда, все получилось так, как хотела я. Отец никогда не мог быть со мной твердым. Я была его любимицей. Возможно, он видел во мне сына, которого жена так ему и не родила. Если Ждана была послушной и смирной девочкой, то обо мне говорили, что я – настоящий вулкан. По крайней мере, тогда была такой. А сейчас этот вулкан спал глубоко внутри. Я сама его туда спрятала, показывая миру более приемлемую личину.

      Тогда я стриглась коротко и нарочито небрежно, отстаивая свое право на индивидуальность. Этим сильно расстраивала мать, от которой, собственно, мы с сестрой и унаследовали великолепные вьющиеся волосы медово-золотистого оттенка. Настоящее сокровище, которым не уставали восхищаться знакомые. В случае Жданы восхищались и дальше. Я же в пятнадцать лет обрезала волосы просто из-за того, что хотела как можно меньше походить на красивую куколку, с какой меня часто сравнивали. Уже тогда моя еще не до конца сформировавшаяся фигура приобрела соблазнительные женственные очертания, что я скрывала под бесформенными балахонами и мешковатыми джинсами. Я хотела, чтобы во мне прежде всего видели личность, а не самку.