Истинная пара: а вампиры здесь тихие? (СИ) - Колесникова Валентина Савельевна

Информацию, которую рассказывал Леонид на лекции я не улавливала. Единственное, на что я была способна, это водить ручкой в блокноте, делая вид, что старательно записываю каждое слово, а так же подпирать рукой голову, скрывая тот факт, что уже на грани сна и яви.

Изредка Маргарита толкала меня под партой, я стала кусать себе губы, вновь поймала строгий взгляд Вернера, но ничего не могла с собой поделать.

Он следил… Видел меня, я чувствовала это. Ощущала, как он смотрит, но не могла понять его эмоций.

Как только был объявлен перерыв, я тут же упала на парту и уснула…

Господи, долгожданная страна морфея! Как долго я ждала!

Сон без снов, глубокая усталость и слабость— вот то, что я продолжала ощущать. Благодать и легкость во всем теле, чувство спокойствия и умиротворения — невероятные ощущения после целого месяца мучений. Но почему сейчас? Почему именно его голос? Почему именно этот человек? Ничего не понимаю…

— Эй, подруга… — голос прозвучал откуда-то издалека. Я чувствовала, как мягкая ладонь коснулась моего плеча, но не придала этому значения, — Василина, проснись! Вась!

Меня вновь пытались растрясти. Я постепенно приходила в себя, стала часто моргать, но не могла заставить себя поднять голову. Тяжесть — вот то, что я ощущала, а так же дикое разочарование и злость — мне хотелось спать. От ужаса и дикой усталости я почти что расплакалась, старалась сдержать слезы, но…

Его голос заставил резко выпрямиться за партой…

— С вами все хорошо? — Вернер застыл надо мной в проходе. Это его рука коснулась моего плеча. Все, кто наблюдал за происходящим, а это вся аудитория, пребывали в ужасе и панике. Они на мне словно крест поставили и тихо шептали одно единственное слово “отработка”. Да что не так с этим Вернером, что его отработок боятся словно смерти?

— Нет, — прошептала я. Какой смысл скрывать свое состояние, если я готова прямо сейчас упасть на парту. Руки предательски затряслись, а голова закружилась. Я чувствовала, как к горлу подступает тошнота, и это пугало еще сильней. — Прошу простить меня, я не специально.

— Вы очень бледны, — он слегка наклонился ко мне и к ужасу Маргариты заглянул прямо в глаза. Господи, он словно дьявол в овечьей шкуре. Вся его внешность, его манера вести разговор, тембр голоса, властный пронзительный взгляд — все это завораживало и в тоже время вызывало неконтролируемый ужас. Еще ни разу в жизни я не испытывала подобных эмоций так сильно, направленных исключительно на одного человека.

— Я неважно себя чувствую, еще раз прошу меня извинить, такого больше не повторится, — голос меня не подвел, где надо дрогнул, где надо осип. В общем, выставил меня очень раскаивающейся студенткой, лично я бы поверила сама себе, особенно учитывая мое физическое и моральное состояние.

Вернер ничего не ответил, лишь поднял удивленно брови, слегка склонил голову на бок и… Глубоко вдохнул воздух, слегка прикрывая глаза. Я заметила, как он нервно сжал кулаки, как разозлился после моего ответа. Почему-то захотелось провалиться сквозь пол, желательно куда-нибудь пониже, лишь бы избежать его взгляда.

Лектор спокойно спустился на свое место, встал к небольшому микрофону и продолжил рассказывать необходимый материал. С каждой минутой его гипнотический голос вводил меня в транс, я молилась всем известным мне богам, лишь бы они дали мне сил выдержать эту пытку. Прикусывая язык, я злилась сама на себя за то, что попала в подобную ситуацию, но в любом случае, каким бы монстром этот человек ни оказался, мне он ничего сделать не сможет. В конце концов, я тут совершенно чужая.

Леонид наблюдал, он слишком часто встречался со мной взглядом, не отводил его, словно проверял, я же могла просто застыть на месте и не замечать, что мы уставились друг на друга. Такое иногда бывало со мной в транспорте, когда долго над чем-то думаешь, начинаешь выключаться, выпадать из реальности, смотря сквозь людей и предметы. Сейчас происходило то же самое. Я смотрела сквозь Вернера, в итоге не отводила взгляда, даже не понимая этого.

— Перестань выводить нашего лектора, — шепнула Маргарита, — он и так злой, а из-за ваших гляделок вообще монстром станет.

— Я постараюсь…

Я действительно старалась, но выходило с большим трудом.

Как только лекция была закончена, Вернер положил на свой стол несколько больших листов с фамилиями студентов и тех, кто купил курс. Нужно было подходить по одному и ставить свою подпись. Странная система, хотя с другой стороны, как еще проверить посещаемость такого большого количества людей? А так он лично убедится в том, что никакой “заяц” не поставит лишнюю галочку на благо нерадивого студента.

— Чего сидишь? — удивилась Маргарита, — пойдем!

— Ага, — людей было много, стоять внизу и толпиться мне не хотелось.

Как только в зале почти никого не осталось, а Маргарита благополучно покинула аудиторию, перекрестив меня напоследок, я спокойно подошла к листам и… И забыла фамилию подруги… Господи… Она же вышла замуж… Как ее теперь-то звать? Кузнецова? Нет… Смирнова? Тоже нет… Да как такое возможно? Я же помнила…

Не ожидая того, что память подложит мне свинью, я шла к листам на трясущихся ногах. Вернер с большим интересом наблюдал за тем, как я беру ручку из его тонких рук, как нервно раскладываю списки и…

“Василина Орлова” — единственная пустая графа… Слава Богам… Как хорошо, что я пошла последняя… Стоп, это ее старая фамилия, она что, развелась? Когда успела? Ничего не понимаю…

— Так вас зовут Василина, — с интересом заметил Вернер, — редкое имя, но оно вам не подходит…

— Почему же не подходит? — язык заплетался, слова путались, я еле-еле стояла на ногах, и он прекрасно это видел.

— Потому что я не вижу вас Василиной.

— И кем тогда видите? — ничего не понимаю, о чем он?

— Вам больше подойдет имя “Марианна”, но тут дело вкуса…

Вот черт… он что, догадался? Но как? Нет… Нет-нет-нет-нет!

НЕТ!

— Все хорошо, Анна, — голос Василины звучал обеспокоенно, но в тоже время была в нем какая-то искра, похожая на смех, — мне Марго все рассказала. Тебя когда Вернер будил, он спросил имя, ты ему и пробормотала во сне — “Марианна”. Так что не переживай, все хорошо! Я безумно тебе благодарна, и так рада, что он не стал проверять присутствующих в начале лекции! У меня есть шанс, что среди такого большого количества людей он не заметит еще одной девушки. Кстати, лови небольшую благодарность за твое время. Все же здорово, что есть привязка к телефону, да?

Я не сразу поняла подругу, но внезапно телефон оповестил о новом сообщении. На карту пришла довольно крупная сумма, учитывая то, что я всего лишь посетила лекцию.

— С ума сошла? — почему-то я разозлилась. Не люблю, когда отношение сводится к деньгам.

— Ты в отпуске, — судя по голосу, девушка улыбнулась, — и помогла мне, это благодарность. К тому же меня мучает совесть, что ты себя отвратительно чувствуешь… Прости, пожалуйста.

— Глупая, я же сама согласилась…

Василина всегда была очень доброй, еще и наивной. В институте ее довольно часто обманывали, но она все равно продолжала верить людям. Меня удивляла ее настойчивость и желание найти тех, кто еще не опорочен развратом, пошлостью, модой и чужим мнением. Она мечтала встретить мужчину, который станет для нее не просто мужем, а защитой. Тем человеком, который всегда будет оберегать, любить и ограждать от ужасов внешнего мира.

— Анна, — внезапно ее голос изменился, — можно мне с тобой поговорить кое о чем?

— Конечно! — вот теперь она явно дрожала. Я чувствовала страх, который словно проникал из телефонной трубки, с ней явно что-то произошло… Что-то не хорошее… — Это связано с твоим разводом?

— Каким разводом? Ты о чем?

— Ну, ты ведь замуж вышла недавно, а в списках все еще “Орлова”

— Так, мне лучше к тебе приехать, дорогая. Потому что я никогда не была замужем… Ни разу… Вообще! Адрес тот же?

— Д-да…