Тайная невеста принца Хаоса (СИ) - Хаан Ашира

И вот сейчас я опять ждала, что вся эта история резко кончится. Традиционно считается, что мужчина должен быть старше. А этот выглядит прямо очень хорошо, сильно моложе меня, хотя с конкретной цифрой я бы затруднилась.

— Я старше, — туманно ответил он. — Не волнуйся.

— На сколько? — заинтересованно спросила я, но он промолчал, только загадочно улыбаясь. Я в досаде откинулась на сиденье.

— Так куда поедем? — спросил Кхаран. Имя ему одновременно подходило и не подходило. Было видно, что он может быть жестким и даже жестоким, но пока он только улыбался и иронизировал, и хотелось чего-нибудь помягче. Но уменьшительных мне никто не предложил.

Я задумалась. Вообще я не любила этот вопрос, предпочитала, чтобы кавалеры сами решали, куда вести. Потому что одному ресторан слишком дорогой: «Ты на столько не насосешь», как сказал один парень из Тиндера. Другому наоборот фаст-фудовая забегаловка оскорбительна. Третий считает мое любимое кафе слишком «бабским», потому что там десять страниц десертов и всего одна — мяса. Четвертый вообще имеет в виду под «посидеть» — посидеть где-нибудь в парке.

Конкретно у этого конечно вряд ли будут проблемы с ценами в кафешках, но кто его знает, какие еще у прекрасных, как боги, олигархов могут быть тараканы?

— Удивить тебя? — ехидно поинтересовался бог и олигарх.

— Нет-нет-нет!

Вдруг он маньяк и только рад будет меня «удивить» в безлюдном месте?

— Давай куда-нибудь, где есть люди, но при этом тихо, желательно на природе и рядом с водой.

Кстати, в тенек и поближе к воде хотелось уже очень сильно — начинали сказываться прогулки по пыльным улицам и потом поездки по ним же под палящим солнцем.

Я покосилась на сияющую светлую кожу Кхарана. Интересно, он мажется солнцезащитным кремом или честно обгорает как все нормальные блондины? А почему у него брови и ресницы темные, если он блондин, кстати? Нет, я не жалуюсь… Тут он на меня посмотрел из-под этих темных ресниц и мысли на некоторое время сбились на мысленный восторженный писк.

Судя по его кривой ухмылке, он догадывался, все это время догадывался, как он на меня действует. И я преисполнилась намерений ни за что не показывать, насколько мне хочется просто сидеть рядом с ним, пялиться и иногда трогать его шелковые волосы, его совершенную кожу и смотреть в зеленые, как трава, глаза. И больше ничего не нужно. Даже поцелуев. Особенно поцелуев — у меня же просто сердце остановится!

— Заказ принят! — прошелестел его глубокий голос и мой страх и мечту насчет поцелуев тут же исполнили. К счастью, в варианте лайт — просто поднеся пальцы к губам. На долю секунды он их коснулся и тут же отпустил руку, а я растаяла моментально и без надежды на адекватность. Сердце рванулось к горлу, а в животе что-то сладко ёкнуло.

Чистые пруды

Здесь, на Чистых прудах, я видела только один ресторан, стоящий прямо на воде, и была уверена, что мы отправимся туда.

Но Кхаран, беспечно припарковав свое сияющее автомобильное чудо в абсолютно неположенном месте, поманил меня за собой, провел по прогибающимся мосткам в обход ресторана, поднырнул под натянутый тент — и вдруг мы оказались в крошечном кафе, всего на три столика, обшитом светлым деревом и с тяжелыми бронзовыми фонарями, свисающими с потолка.

Официант провел нас на маленький балкончик у самой воды. Странно — уж его-то точно должно быть видно с другой стороны пруда. Отсюда открывался роскошный вид на залитые солнцем дорожки вдоль рядов лип, по которым носились дети и неторопливо гуляли взрослые.

Поверхность пруда была так близко, что можно было дотронуться. В темно-бирюзовой глубине сверкали боками серебристые рыбки. Мимо неспешно проплыли две утки, приветственно крякнули и удалились на середину пруда, чтобы нам не мешать.

Вместе с меню нам принесли высокие темно-зеленые бокалы с холодным мятным лимонадом.

Моя мечта все-таки сбылась!

Я со стоном наслаждения отпила несколько глотков и подумала, что все-таки осталась без гамаков.

Словно прочитав мои мысли, Кхаран, рассеянно листавший меню, попросил официанта принести кресло. Я не успела удивиться такому странному заказу, а тот уже тащил белоснежное кресло-гамак, которое он подвесил к толстому крюку в потолке и сделал приглашающий жест.

Я перебралась в него с диванчика, развалилась, подобрав юбку и решила, что день становится идеальным.

Рядом с идеальным мужчиной.

Который читает мысли?

На всякий случай я проверила — открыла папку с меню и мысленно сказала: «Я буду рулетики из баклажанов».

Но Кхаран никак не отреагировал.

Ну и ладно.

А то можно было бы подумать, что я уже умерла. Схватила солнечный удар на той бесконечно длинной парковке, упала в обморок, никто не пришел на помощь, вот и все.

Но ледяной запотевший стакан в руке, тонкий запах мяты, гомон и смех, разносящиеся над водой, пронзительная зелень глаз мужчины напротив меня — все это было слишком реально. Даже чуть более реально, чем я привыкла. Бесконечные дела и заботы непрерывно роились у меня в голове, не давая толком оглядеться по сторонам, вдохнуть, разгрызть мятную льдинку мира. Сейчас же будто кто-то протер стекло между мной и реальностью — а то и вовсе его убрал. И все засияло. Стало осязаемым, твердым, сладким, холодным, ярким.

Меню я листала невнимательно, и рулетики из баклажанов на самом деле не хотела совершенно. В такую жару есть вообще не хотелось, поэтому я выбрала легкий салат с утиной грудкой и апельсиновым соусом. И улыбнулась воспоминаниям — где-то в этих же краях я в пятнадцать-шестнадцать лет на первых своих свиданиях робко спрашивала, подают ли тут капучино и давилась безвкусными листьями тоскливых салатов без калорий, лишь бы не показаться меркантильной обжорой.

Хорошо быть взрослой женщиной. Можно сидеть напротив самого прекрасного мужчины из когда-либо виденных, включая фотографии и кино… да что там, включая даже аниме! — и спокойно есть салат, не боясь, что зелень застрянет между зубами. Можно давиться лимонадом, потому что прекрасный мужчина рассказал что-то смешное как раз, когда я отпила большой глоток и даже отходить в туалет, не прикрываясь стыдливым «вымыть руки».

И все равно получать не сравнимое ни с чем удовольствие от любования его жестами, его безупречным лицом и особенно — невозможного цвета глазами.

Кстати, про аниме. Я-то думала, на что это все похоже. Кхаран — словно бесстыжее воплощение бисенена, красивого мальчика из манги и аниме. Только типичный бисенен еще и слегка женственный, а от Кхарана веет мужественностью истинного воина. Рожденного для битв, а не для парадов.

— Так что, я тебя удивил? — сощурив кошачьи глаза, спросил истинный воин, рожденный для битв. Солнечный блик отразился от воды, упал на бриллиант в его ухе и на секунду ослепил меня: весь мир вдруг вывернулся наизнанку, стал собственным негативом. Волосы Кхарана стали темными, глаза красными, небо, отраженное в пруду — желтым. Миг — и все снова вернулось, как было.

Вот она, выжигающая глаза жестокость настоящих бриллиантов.

— Такого условия не было, — медленно ответила я, все еще моргая. Перед глазами плыли круги.

— Точно, — белоснежная улыбка была мне наградой за победу в этой сложной игре — поймать его на несоответствии. — Иначе было бы другое место.

— Даже боюсь представить, какое, — честно сказала я. — Подземелье? Ресторан на Останкинской башне? Клуб людоедов?

Кхаран не стал раскрывать свои секреты, промолчал.

Откинулся на спинку дивана, отпил из своего стакана с лимонадом, не спуская глаз с моего лица.

Ему принесли заказ: маленькие кусочки мяса в темно-красном соусе на подушке из риса, но он почти не ел, только перекладывал их с места на место, как будто решал стратегическую задачу в мире, где есть красное море, белые горы и много-много очень вкусных мясных существ.

— Да, это будет нелегко… — сказал он, не отрывая пристального взгляда от моего лица.