Екатерина Юденкова - Эльфийка-оборотень (СИ)

— Да и вырез мог бы быть поглубже. — Продолжала придираться Нурвил. — Это вон что такое? Тебе что, показать нечего?

Стори недовольно закатила глаза, отвернулась, и наоборот, подтянула вверх открытый ворот, обшитый светлым заячьим мехом. Показать-то, может, что и есть, только вот показывать особо и некому. А выставлять свои прелести напоказ непонятно кому, она уж точно не собирается.

— Ладно уж, сойдет, не обижайся, — смиловалась Нурвил. — Собирайся уж. Я тебе еще нужна?

— Я тебя и не звала. — Фыркнула Стори, застегивая на изящной длинной шее тонкую серебреную цепочку с кулоном в виде кедровой ветви, что отец подарил ей несколько лет назад. Должно быть, ему будет приятно, когда он увидит, что Стори носит его подарок и даже надела на праздник.

— Ну, тогда я полетела. — Обрадовалась сильфида, и Стори четко почувствовала ее облегчение. Ну вот, уже и самых близких друзей начало раздражать ее вечное хмурое настроение и невеселые разговоры. Похоже, действительно нужно что-то в себе поменять. — Пропадаю. До связи!

Снова фейерверком взорвались полупрозрачные золотистые звездочки, послышала звон крошечных колокольчиков, и Нурвил исчезла.

Стори вздохнула, распустила длинные волосы, и с помощью легкой магии завила их в крупные кудряшки. Что ж, решила она, сегодня действительно хороший день, замечательная погода, все самые любимые энни* собрались в «Смеющемся волке» в ее честь, и наверняка приготовили какие-то подарки и сюрпризы. Повода для печали и грусти нет, Мэлло и Нурвил правы. Поэтому девушка раздвинула плотные шторы мансардных окошек, впуская в комнату яркий солнечный свет, потрепала плюшевые листья комнатных растений, застелила кровать, сложила нужные ей вежи в небольшую сумочку без ручек, брызнулась цветочными духами и остановилась напротив полки с обувью. Темно-коричневые босоножки, которые Стори планировала надеть изначально, она решительно отставила в сторону, и остановила свой выбор на серебристых туфельках, которые подарила ей Руа — подруга матери, но блондинка так ни разу не надевала эту пару. Сейчас выдался подходящий случай, и Стори решительно запустила изящные ступни в новые туфельки. Девушка неловко пошатнулась на непривычно высоких каблуках, ухватилась за полку, и неуверенно посмотрела под ноги. Ну да, с первого раза мало у кого получается изящно и грациозно передвигаться на каблуках, а Стори за ее двадцать лет никто так и не научил это делать. Ничего, дорога до трактира короткая — всего несколько улиц. Как-нибудь дойти удастся. А в самом «Смеющимся волке» все больше придется сидеть. Ну, в крайнем случае, станцевать пару танцев, но это делать можно и босиком. К тому же именно так Стори всегда чувствовала себя комфортнее, чем в любой, даже самой удобной обуви.

Печаль? Она может подождать до завтра. А сегодня Стори забудет обо всем плохом, будет принимать поздравления, пить, вкусно есть, петь и танцевать. И плевать на всё!

Сквозь сон Стори расслышала легкий звон колокольчиков, и перекатилась на другой бок. По окнам громко стучал дождь, и от этого девушка не смогла уснуть снова. Она с трудом разлепила глаза и села на кровати. Тут же в затылок ударила резкая боль, от которой потемнело в глазах, а виски будто сдавило невидимыми тисками. Стори болезненно зажмурилась, борясь с рвотным позывом, и потерла лоб. Затем спустила руку к переносице, после чего боль отпустила, и девушка принялась тереть глаза.

— Судя по твоему утреннему состоянию, праздник удался. — Колокольчиком прозвенел голосок в голове блондинки. Та простонала, и откинула на подушки.

— Ну-урвил, прошу, не делай так больше. Мне больно. — Уткнувшись лицом в одеяло, слезно попросила Стори. — Голова сейчас расколется на две половинки, клянусь. Говори вслух, пожалуйста.

— Н-да… — присвистнула сильфида. — А еще говорят, что оборотни не пьянеют…

Стори с головой забралась под одеяло и раскинула руки и ноги, чувствуя, как все тело трясет от мелкой дрожи, будто бы все конечности разом затекли. Решив продолжать не расстраиваться и дальше, девушка проигнорировала последнюю реплику Нурвил, и сменила тему:

— А ты почему не пришла? Нурвил, мы все тебя ждали, а ты так и не появилась. Я даже звала тебя…

— О да, я слышала. — Полупрозрачная фигурка опустилась на одеяло, и Стори почувствовала, как Нурвил приземлилась ей на живот. Сильфида практически ничего не весила, так что девушка была не против. — Даже удивилась — обычно от тебя такого не дождешься. Но, ты же знаешь, я не большой любитель шумных компаний и душных, полутемных помещений. Я лучше подарю тебе свой подарок сегодня. — Сильфида кинула взгляд на гору цветных коробочек разных размеров, сваленных в углу. — Чуть позже. А пока… пока приводи себя в порядок. Твоя мама уже приготовила завтрак. Так что ищи меня внизу.

В этот раз Нурвил решила обойтись без эффектных исчезновений, и просто вылетела из комнаты через щель между дверью и полом. Стори тут же выбралась из-под одеяла. Есть хотелось безумно, хотя вчера, плюнув на все диеты и правильные питания, девушка весь вечер объедалась тортами, горячими блюдами и всяческими вкусностями, что приготовила ее мама. Но желудок яростно требовал кормежки, и девушке пришлось встать с кровати. Умывшись, она стянула длинные волосы в высокий хвост на затылке, и принялась одеваться. Заодно оглядывала комнату, где, казалось, ночью ураган прошелся: все подарки Стори, оказывается, свалила в углу под огромной вазой, в которой растет молодое деревце оливы. Платье, скомканное, валяется около стула, а серебристые туфельки рядом — под столом. Причем, кажется, одного каблука недостает. Ах, если бы Стори еще и помнила, где и как могла его лишиться. Да и вообще, кто бы рассказал подробности вчерашнего вечера. Где-нибудь с того момента, когда сидящий напротив орк Ропли протягивал ей четвертый по счету бокал вина… Интересно, и что же было дальше? Куда подевался каблук? Почему сломана пара и без того не слишком длинных ногтей? И самое главное: если Стори напилась и вела себя не слишком прилично, видели ли это родители?

Решив, что лучше уж спуститься вниз к завтраку и узнать все подробности праздника из первых уст, нежели гадать, девушка вышла из своей комнаты. Тем более, девочка она уже взрослая, и делать может все, что ей заблагорассудиться. Нет, в разумных приделах, конечно, но взрослому, совершеннолетнему энни ведь не воспрещается напиться один-единственный раз в год!

В кухне родителей не было. Зато, попивая чай с блинчиками, сидя за большим семейным столом, девушке улыбался Дин — сын Ларлы и Эвина, старых друзей родителей Стори. Парень отставил чашку, и взъерошил свои и без того торчащие в разные стороны короткие черные волосы.