Замуж за тирана, или Большая ошибка попаданки - Любовь Песцова
Но ничего не происходило. Если не считать того, что язык клыкастой твари уже дважды коснулся моей руки. Но я сильно сомневалась, что он собирался зализать меня до смерти.
Вынув голову из капкана собственных рук, я посмотрела на хельвина.
Теперь он сидел как самая настоящая собака, наклонив голову вбок, и с интересом смотрел на меня, вывалив язык.
— Т-ты… правда не собираешься есть меня?
— Ау?
Клянусь, это был вопрос. Очень скептический, кстати.
Я на всякий случай несколько раз моргнула, пытаясь отогнать морок.
Нет, мне это не мерещилось. Огромная клыкастая зверюга действительно не собиралась разрывать меня на части.
Напротив, этот мутант сидел достаточно смирно и выглядел более чем дружелюбно. А ещё всем своим видом транслировал радостное: «я тебя нашёл!».
— Х-хорошая собачка, — протянула я.
— Аф.
На этот раз пёсик тявкнул утвердительно. Он явно был согласен с моей оценкой.
— Что тебе от меня нужно?
Отвечать не стал. Снова склонив голову набок, он уставился на меня таким говорящим взглядом, что не понять его было невозможно.
Пёсик пытался донести до меня мысль, что сидеть под поваленным деревом в овраге может быть весело и увлекательно, но малополезно для здоровья.
Я дала себе ещё минуту на то, чтобы собраться с духом, а потом решила покинуть своё укрытие.
На самом деле я отчаянно трусила, но старалась не показывать этого. В голове вертелась неизвестно где услышанная фраза о том, что собаки чуют страх.
— Хорошо, — выдохнула я. — Я сейчас вылезу, а ты не будешь меня есть, договорились?
— Пф-ф.
То ли тявкнул, то ли фыркнул. В общем всем своим видом показал, что никому здесь такая закуска не нужна.
С кряхтением я выбралась из-под ствола дерева и замерла, глядя на волка-переростка.
Вот уж морда точно для фильмов ужаса. Клыки даже не с палец — каждый такой зуб можно смело на кинжалы пускать.
На холке шипы, словно из стекла, а на вид острые как бритва. Вот захочешь такого пёсика погладить и оставишь все пальцы так, что потом даже магией не соберёшь.
— Знаешь, если ты не собираешься меня есть, то нужно как-то спасать моего тирана, — сказала я пёсику. — Сомневаюсь, что твои сородичи будут к нему так же благосклонны, как ты ко мне.
Хельвин прикинул что-то в уме, немного потоптался на месте, а потом вскочил, заставив меня шарахнуться в сторону.
— Аф, — тявкнул он, намекая, что я слишком много нервничаю.
А потом мотнул головой, предлагая следовать за ним.
Очень хотелось начать бить себя по щекам. Так ведь не бывает!
Но я попыталась принять тот факт, что мир здесь магический, а значит, разумные волки-переростки со стеклянными шипами на холке тоже могут быть. Теоретически…
— Ладно уж, веди, Сусанин.
Господи, ну куда я лезу? Зачем? Уверена, тиранище сам прекрасно справится, и уж точно он не нуждается в моей помощи. Но нет, я пру спасать этот сгусток тестостерона! Ну не дура ли?
Вопрос был риторическим и ответа не требовал. Он и так был известен всем и каждому.
Странно, вроде бы бежала я долго, а дошли обратно быстро. Или это мне так казалось из-за страха.
Хотя вряд ли из-за этого, ведь страх никуда не делся. Он бился в висках, отстукивая ритм, достойный военного марша, вставал комом в горле, мешающим вдохнуть, сосал под ложечкой сильнее любой изжоги.
Тем не менее, я продолжала идти за хельвином. И очень скоро вышла на поляну, где мы ещё недавно ужинали.
Десмонд сдержал слово и действительно начал уводить монстров подальше. Проблема была в том, что сделать это в ходе схватки достаточно сложно и побоище переместилось не слишком далеко.
Я раньше не видела, как сражается будущий тиран. И сейчас, глядя на эту картину, у меня кровь начала стынуть в жилах.
Вот против этой машины смерти вышла Катарина? Неудивительно, что она была главной героиней. У меня бы даже мысли не было бросить ему вызов. И раньше не было, а сейчас так тем более.
Меч в его руках будто жил своей жизнью, мелькая так быстро, словно кто-то поставил на быструю перемотку. И даже несмотря на очевидное численное преимущество, он чувствовал себя вполне неплохо.
Настолько, что несколько хельвинов прихрамывали, активно орошая землю своей кровью. Но их всё равно было слишком много.
Мой знакомый пёсик вышел вперёд и завыл. Точнее, почти закричал. Так обычно кричат хаски — почти как человек, только громче и протяжнее.
Этот звук пронёсся по ночному лесу, заставив меня замереть. И не только меня, кстати.
Схватка прекратилась так внезапно, словно мой пёсик на стоп нажал. Его сородичи отступили, прижав морды к земле, а Десмонду внезапно стало не с кем сражаться.
Он оглянулся, и наткнувшись взглядом на меня, в растерянности опустив меч, чего воину, вообще-то, делать совсем не стоило.
— Агата, что ты здесь делаешь?! Беги!
Очередной приказ, противиться которому не получилось бы при всём желании. Ноги начали работать ещё до того, как включился мозг.
Развернувшись, я взяла разгон, но не успела пробежать и нескольких метров. Знакомый пёсик, тот самый, который выманил меня из-под дерева, навалился сверху, повалив меня на землю, ещё и тушей своей сверху придавил, чтобы наверняка никуда не делать.
Вот только есть меня он по-прежнему не смешил. Явно уселся на меня только для того, чтобы я не убежала.
Жаль, что кроме меня этого никто не понял.
Увидев, как меня к земле придавил один из хельвинов, Десмонд зарычал, и в течение следующих минут я слышала только лязг стали и жалобный скулеж. А потом его тяжёлые шаги раздались совсем рядом, и я увидела, как блеснуло лезвие.
Он собирался одним ударом снести голову с плеч этого милого в целом пёсика, который ничего плохого мне не сделал.
— Стой! — закричала я. — Не убивай его.
Глава 27
— Стой! — закричала я. — Не убивай его.
Пёсик всего лишь не хотел, чтобы я
