Злодейка желает искупления - Аника Град

Яо Веймин почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Именно в это время он уже ехал в стены Запретного города, а Лю Цяо, наверняка, завершила свои дела со своим подельником.

— Опиши первую девушку, — попросил он, стараясь сохранить спокойствие.

Юншэн задумался, его пальцы выводили невидимые узоры в воздухе:

— Невысокая. Гибкая, как ивовая ветка. Глаза... даже не успел разглядеть, но голос — звонкий, как фарфоровый колокольчик. И движения — резкие, словно у бойцового петуха.

"Демоны ее побери", — мысленно выругался Яо.

Это описание идеально подходило к той самой наглой служанке.

— А вторая?

Лицо императора сразу смягчилось:

— Она не такая. Нежная, как лепесток пиона. Крошечная родинка у губ. И запах... — он закрыл глаза, вспоминая, — жасмин... — Яо Веймин скрипнул зубами, — с нотками розы.

— Ты уверен, что видел ее у Шэней? — уточнил он, но с облегчением.

Нет, запах определенно другой. Яо готов поклясться.

— Почти, на празднике Дуаньу. Она стояла в тени, но я запомнил этот профиль...

Генерал резко встал и подошел к окну. В саду лунный свет выхватывал из темноты белые цветы сливы, похожие на призраков.

Он сжал кулаки за спиной, чувствуя, как холодный ветерок с сада остужает его разгоряченные мысли.

"Нет, этого не может быть, — мысленно твердил он. — Юншэн не мог влюбиться в эту... эту чертову служанку".

В памяти всплыл образ Лю Цяо — дерзкой, с острым языком и взглядом, полным вызова. Да, она была ловкой. Да, возможно, даже отчаянной. Но она показалась Яо Веймину грубой и наглой, конечно, совершенно неподходящей для императора.

"Черный петух в курятнике фениксов, — с презрением подумал Яо. — Она скорее даст пинка божеству войны, чем склонит голову перед Сыном Неба".

Генерал почти физически ощущал облегчение. Нет, Юншэн явно говорил о другой — о той нежной аристократке, что пахла розами.

— Тебе нужен официальный отбор, — резко развернулся Яо Веймин к императору.

Юншэн поднял брови:

— Отбор?

— Большой. Пышный. Позови все знатные семьи — пусть привезут дочерей. — Генерал сделал паузу, подбирая слова. — Ты убьешь сразу трех зайцев. — Он начал загибать пальцы. — Во-первых, найдешь свою таинственную незнакомку. Во-вторых, заткнешь пасти этим чиновникам, которые только и твердят о наследнике. И, наконец, успокоишь вдовствующую императрицу.

Император задумался.

— А если... она не приедет?

— Тогда это не твоя судьба, — жестко ответил Яо. — Но если приедет... — Он подошел ближе, и в его глазах вспыхнул редкий огонек братской заботы, — Выбирай сердцем, а не головой, и обращай внимание на первое впечатление. Женись по любви, а не по сговору.

Юншэн улыбнулся.

— Ты единственный, кто говорит мне такие вещи.

Яо Веймин хмыкнул:

— Потому что остальные боятся потерять свои места. В чем-то я их понимаю.

— Я объявлю об отборе через неделю, — решил император.

Генерал кивнул. В его голове уже строились планы — нужно будет проверить всех девушек, кто будет участвовать, особенно... особенно всех девиц из поместья Шэнь. "Эту Лю Цяо, — подумал он с внезапной злостью. — Чтобы ненароком не пробралась во дворец".

Он распрощался с императором, радуясь, что Юншэн пришел к правильным выводам. Что его брат осознает, как важна новая свадьба и рождение наследников. Особенно ему было приятно оттого, что какая-то незнакомка дотронулась до сердца Сына Неба. И слава небесам, это не никчемная служанка. Брат пару раз повторил, что девушка принадлежала к госпожам.

Яо Веймин жутко устал, его клонило в сон, но перед этим его ждало еще одно дело.

Прибыв в столицу, он не специально откладывал его, просто буквально все чиновники и военачальники требовали внимания и аудиенции генерала. На самом деле, Яо Веймина в городе интересовало всего два человека: Юншэн, его правитель, и младший брат Юнлун — пока еще главный наследник.

Увы, последнему доставалась лишь толика его заботы.

Генерал постучал в резные двери покоев младшего брата легче, чем обычно, боялся разбудить его, хотя особенно знал, что мальчик еще не спит.

— Войдите, — донесся тонкий голосок, в котором явственно читалась обида. Тот моментально догадался, что за гость встал у его покоев в столь позднее время.

Генерал толкнул дверь и замер на пороге. Юнлуна переселили в комнаты, предназначенные для наследного принца, пусть пока и не подтвердили его статус официально.

Помещения были слишком большими для такого маленького мальчика. Высокие потолки, украшенные росписями с драконами, тяжелые шелковые занавеси у кровати, золотые курильницы — все это подавляло, а не радовало ребенка. Его закидали предметами искусства, а игрушек пожалели.

Юнлун сидел на краю огромной кровати, болтая босыми ногами. Его ночная одежда показалась Яо Веймину мешком — слишком широкой и неудобной.

— Ну наконец-то, — буркнул мальчик, отворачиваясь. — Я уж думал, ты вообще забыл, что у тебя есть младший брат.

Мужчина почувствовал, как в груди что-то сжалось. Он не боялся врагов, не боялся звона стали и свиста стрел, но, когда Юнлун обижался, все внутренности выворачивало.

Он подошел и опустился на колени перед ребенком, чтобы оказаться с ним на одном уровне.

— Прости меня, — сказал он искренне. — Я был... занят.

— Все вы заняты! — Юнлун швырнул в стену подушку, расшитую золотыми нитями. — Юншэн обещал научить меня каллиграфии, но его вечно нет! А ты... ты вообще пропадаешь где-то месяцами!

Яо Веймин вздохнул. Он осторожно поднял подушку и положил ее обратно на кровать.

— Я пришел сегодня не с пустыми руками, — сказал он, доставая из рукава небольшой деревянный ящичек.

Мальчик насторожился, но еще не сдавался в капризах.

— Что там?

— Открой и посмотри.

Юнлун нехотя взял подарок и откинул крышку. Его глаза вдруг загорелись.

Внутри лежали миниатюрные фигурки воинов, вырезанные из бамбука.

— Это...

— Армия, — тепло улыбнулся Яо. — Для игры в великую битву.

Он достал из другого рукава сверток из тонкой рисовой бумаги и развернул его. На бумаге был нарисован сложный лабиринт с крепостями и реками.

— Мы расставляем фигурки тут, — объяснил он, указывая на карту. — А потом бросаем кости и двигаем их. Кто первый доберется до вражеской крепости...

— Тот победил! — закончил за него Юнлун, уже забыв про обиду.

У Яо Веймина отлегло. Он вспомнил, как покойный император учил его этой игре. Простые деревенские забавы, которые нравились мальчишкам по всей Поднебесной.

— А еще... —