Ресторан для попаданки "Мишлен" - Ника Цезарь

– Как?! Нет! А новое меню?! – тут же спохватился Арно.

– Завтра!

– А как же гости?! Они любят, когда вы спускаетесь в зал. Да и наверняка прошёлся слух, что ваш супруг в городе…

– Тоже завтра! Всё завтра! Вы отлично справляетесь! – остановившись уже у самого порога, я резко крутанулась, заставляя спешивших за мной мужчин так же резко затормозить и замолкнуть, ведь каждый желал сказать мне ещё что-то. – Я очень-очень рада, что вы у меня работаете, ведь я могу на вас положиться! Арно, ты – чудесный шеф, а ты, Бенни, – превосходный управляющий! Вдвоём вы составляете идеальную команду по управлению рестораном! Я вижу, как вы каждый день выкладываетесь на работе, вижу результаты, потому уверена, что один день, когда я пережила не самые приятные мгновения, могу посвятить себе, не переживая за ресторан и дав себе время восстановиться… Ведь так?! – заглянув к ним в глаза, я увидела, как они решительно смотрят в ответ, а грудь вздымается от гордости. Что же, можно идти!

– Можете на нас положиться! – не сговариваясь, хором ответили они мне.

Выйдя на улицу, я поймала на щеках жаркие поцелуи солнца, а после забралась в своё ландо и раскрыла зонтик, что был закреплён тут же. В этом году местная осень не торопилась, позволяя дольше царствовать знойным дням. Вот и сейчас, не успела я выехать, как пот тонкой струйкой побежал по позвонкам.

Объезд артефакторских лавок ничего не дал. Не зря я считала, что единственным приличным мастером в нашем городе был мастер Люций. Как же невовремя он уехал!

Но решать вопрос всё же нужно было, потому, недолго думая, я заехала к травнице.

– Я в последнее время плохо сплю! Мне нужно что-то, что поможет заснуть и не просыпаться… до рассвета! – с жаром говорила я пожилой травнице. Она задумчиво кивала, рассматривая меня.

– Как давно начали плохо спать? – интересовалась она, ловко открывая стеклянные банки, где лежали её высушенные сокровища. После чего, отмеривая на весах нужную дозу, она смешивала их на бумаге.

– Год, – не скупясь, констатировала я.

– И как же вы всё время справлялись? – задумчиво стрельнула она взглядом.

– Выходило как-то... – по инерции я коснулась пальцами места, где обычно висел медальон, но не нашла его, вместо этого дотронувшись до атласной ленты. – Но сейчас мне очень нужны травы! – чувствуя, как эмоции берут своё, я позволила страху прорваться наружу. Казалось, что во мне его уже нет, но он год тихо рос, не привлекая к себе внимания, и теперь по одному щелчку взвился в душе.

– Страх – не самый лучший друг, – проговорила женщина, – а бессонница – всего лишь следствие. Я бы посоветовала вам купить совсем иной набор трав – заживляющий, – её взгляд остановился на моей шее, я же, найдя своё отражение в небольшом зеркальце на полке, поняла, что лента слезла, оголяя кожу с налившимися синяками.

– Это не то, что вы подумали…

– Все так говорят, деточка. Думают, что это никогда не повторится. Но вот тебе совет прожившей годы женщины: это всегда повторяется!

– Не думаю, что в моём случае такие выводы уместны.

– Ну да, ты же не такая!.. – горько хмыкнула травница. – Держите, леди. Но будьте осторожны. Не дожидайтесь второго раза. В конце концов, я продаю разные сборы… – выразительно глядя мне в глаза, произнесла она с убийственной улыбкой на губах.

Я же настороженно протянула руку, забирая сбор трав, который она не сразу захотела мне отдать.

– Сколько я должна?

– Два шиллинга.

После того, как монеты перекочевали в её суховатые ладони, я вытянула бумажный свёрток.

– Я же буду спать? – обернувшись на пороге, задала вопрос травнице, что провожала меня задумчивым взглядом.

– Если захочешь…

Ответ меня не обрадовал. Не люблю я загадки, обычно они не во благо. Но что она может мне сделать? Скорее всего, женщина погрузилась в собственные воспоминания, которые я пробудила в ней своим визитом. Оправив бант на шее, я поехала домой, ведь сумерки начали окрашивать землю.

Скользнув наверх, так, чтобы посетители не заметили моё присутствие, я с облегчением выдохнула, сдёргивая ленту. Казалось, кожа под ней чешется, было непонятно, то ли её грубые края врезаются в шею, то ли разум со мной играет.

Записка от секретаря Питера меня не обрадовала: мужчина уплыл. А значит, и контрабандиста я сегодня не найду.

Заварив травы по инструкции, что была вложена травницей, я с интересом смотрела, как в тонкой фарфоровой чашке кружатся кусочки засушенной травы. Где-то всплывает листочек, скрученный аккуратной трубочкой, где-то плывёт кусочек стебелька. Разные травы давали разный цвет, смешиваясь в ярко-лиловый напиток. Выпив его залпом, я велела горничной остаться ночевать в моей комнате и, если понадобится, меня разбудить.

В её глазах я читала жалость и уверенность в понимании происходящего, сама же крутила в голове слова травницы.

Разве кто-то по доброй воле захочет встретиться с проводником в мир иной?

Откинувшись на подушки, я моментально погрузилась в сон. Словно там меня и ждали.

Глава 16.

Шум десятка голосов смешивался со стуком колёс и ржанием лошадей. Знойный влажный воздух сливался с ярким ароматом специй. Мне чудились корица, гвоздика и капелька бадьяна.

Сладко потянувшись, я уже задумалась, где могу их применить, как в голове всплыл вопрос: Это что, восточный базар? Откуда он может взяться под моими окнами?!

Резко распахнув глаза, я тут же села. Тело слегка повело, но я уже вовсю вертела головой, ища затаившегося в засаде проводника. Я была одна. Опустив ноги на выложенный плиткой прохладный пол, отодвинула полупрозрачный балдахин, что оберегал в большей степени от насекомых и жары.

Прошлёпав босыми ногами до окна, я слегка сдвинула штору, чтобы выглянуть наружу. Небольшие здания с оштукатуренными рыжими стенами и плоскими крышами смешивались с такими же невысокими медресе и мечетями. Купола и небольшие оконца, а вместо дороги – пёстрые палатки, натянутые над ними тенты, шум торгующего базара… Казалось, я перенеслась в восточную сказку.

– Что же это такое?! – задёрнув шторы, я резко развернулась, прижимаясь спиной к прохладной стене, обложенной яркой плиткой-зеллидж. Пол был также выложен интересным узором из восточной мозаики.

Мне бы перестать удивляться, исходя из того, что уже пережила, но я плотно зажмурилась и затрясла головой, а потом