Житие попаданки. Лес - Дара Хаард

Из комнаты вышли женщины и присоединилась к нашему шествию.

‒ Нужно завтрак готовить, а мы тут ничего не знаем.

‒ Дом стал больше.

‒ Как же мыло?

Я улыбалась, дом и правда стал больше, потому что появилась кухня и наша печь теперь стала намного красивее, больше. И казан с мылом нашелся и припасы по шкафам и ящикам. Это прямо праздник какой-то. Из еще одной двери в коридор вышел Майторан, волосы мокрые, взгляд рассеянный.

‒ Мойка работает женщины, ‒ сказал он басом, ‒ и… отхожее место тоже.

‒ Ура! ‒ Я наверно одна поняла, что, только что сказал Майторан, и пронеслась мимо него в комнату, чтобы первой обследовать близкое сердцу каждого цивилизованного человека, место.

Что я могу сказать, не то, что я сразу ожидала шикарные удобства, но была немного разочарована. Мойка была похожа на каморку с небольшой скамьей на ней две деревянные шайки, я такие в деревне в детстве видела, словно отрезанное дно от бочки. Вода тут была в огромной деревянной бочке и осмотрев все, я поняла, что носить воду придется ручками. Печаль. Потом я укорила себя за нетерпение, все будет Вика. Если я правильно поняла, как тут все устроено, то нужно просто работать и будет у меня ванная с горячей водой, хотя я и от бани не отказалась бы.

Я налила тяжелым ковшом воды в таз и быстро помыла лицо, руки, ноги. На вбитых крюках висели полотна ткани для вытирания, что тоже прекрасно, ведь приходилось вытираться чуть ли не своим подолом. Из небольшого коридорчика я перешла в туалет. Пахло тут деревом и цветами, я вздохнула. Туалет был с глиняным унитазом, вот радость-то, кривое творение косорукого гончара, но зато рабочее. Тут же стояла в бочке вода и сливать приходилось ковшом. Интересно, куда отходы уходят, надеюсь, они не под плетень выливаются… в небольшой коробке лежал высушенный мох, понятно для каких нужд.

Что понравилось пол тут из камня, не деревянный мыть легче. В общем, я, конечно, ожидала совсем другого, но немного поразмыслив решила, что нужно радоваться тому, что есть. Если токмо не знакомы со всем этими благами цивилизации, нужно объяснить работу мойки. А еще я подумала, что можно, например, греть воду в большом казане и мыться в мойке теплой водой, а не прохладной. Ко всему можно привыкнуть.

Старики, например, вчера взялись колодец копать, уверенно так, сказали, вода будет, если мне надо. Пусть копают, мне вода нужна и желательно сразу тёплая и с трубами. Рассмеялась своим мыслям, и умиротворённая потопала на выход. Позову женщин, объясню, как тут все будет работать, потом нужно заняться детьми.

Завтрак немного запоздал, но зато все поняли, как работает мойка и туалет. У токмо не было специальных помещений для помывки. Каждая хозяйка имела в доме большой таз и устраивала помывочные и постирушные дни. Так, мне женщины рассказали. Я поняла, что в лесу всегда была одна и та же температура, поэтому мужчины мылись в реках и ручьях, а женщины и дети в день стирки дома, а так тоже в источниках. Удивительный народ, столетиями ничего не меняют в своем мироустройстве.

В деревнях у токмо домики похожи на лачуги, все поселения обнесены высоким забором, защита от хищников, и то не от всех. Я так поняла, что большую часть времени они тратили, чтобы найти пропитание и защититься от зверей. И это для меня удивительно, потому как за все время я ни разу не видела никого, даже мошкара меня облетала. Х-м-м. Один наир, но его к животным не отнесешь, все ж разумный.

На завтрак у нас были сухие лепешки, и вчерашняя каша, которая загустела и женщины, нарезав ее на куски, полили медом. Чем-то похоже на пудинг из моего детства, когда также нарезали загустевшую манку и поливали сиропом.

Потом я собрала детвору и, вооружившись расчёской, привела всем головы в порядок. Расчесывали и плела косы девочкам и собирала хвосты мальчишкам.

‒ А нам косы, ‒ Индир и Лас внимательно наблюдали за моими быстрыми пальцами. Я любила плести косы, у дочери были хорошие волосы, достались от отца, так что я умела плести такую красоту, от которой ахали все воспитательницы. Это сейчас можно все в интернете найти, тогда диковинкой была простая французская коса.

Я фыркнула, когда увидела, что и женщины украдкой подходят, наблюдают, как я плету.

‒ У вас, видимо, работы мало, ‒ Майторан тоже подошёл к нашему пяточку. Я облюбовал место на бревне, которое лежало под изгородью, рядом как цыплята, дети. Странно, что тянулись они ко мне, а не к тем, кто ближе им по родству. Хотя женщины не проявляли желания возиться с детьми.

‒ Красиво, ‒ тут же торчал эльф, который собрал свои волосы в хвост.

‒ Плету только детям и женщинам, ‒ сразу отмахалась от мужиков, пусть уже сами. Хотя Майторану я бы заплела, улыбнулась своим мыслям.

‒ Майторан, вчера вы не все мне рассказали, ‒ вежливо сказала я.

‒ Что ты хочешь знать ая, ‒ дракон снял свои кожаные одежды и теперь красовался в такой же домотканой одежде как все.

‒ Лес, ты сказал, он высасывает жизнь из всех, кто тут долго живет. А как же Индир и Лас, теперь и вы тут, ‒ я вопросительно посмотрела на него.

Майторан стоял немного боком, я вдруг подумала, что он все время старается встать так, чтобы не было видно его шрама. Вспомнила слова парней, что он страшный, нахмурилась, страшный из-за шрама? Дракон, не утруждая себя тем, чтобы подложить что-то под задницу, сел на землю.

‒ Я расскажу все, что тебе интересно ая.

‒ Зови меня Вика, эта ваша ая мне не сильно нравится.

‒ Это обращение накладывает обязательства, ‒ кивнул дракон, потом немного помолчал, наблюдая, как я плету волосы и продолжил, ‒ Индир и Лас не умрут здесь, потому что ты их приняла в свой круг. Эльф и я тоже не умрем. Зачем тебе я?

‒ Не поняла, ‒ дети переговаривались, галдели, обсуждая, у кого какая прическа и слышно было плохо,