Клыки и вечность - Минк

поцелуя. Еще больше глупых слез начинает течь из моих глаз. Мой милый парень-вампир покрывает поцелуями мои щеки, останавливая их всех на полпути. — Я чувствую их. — Он кладет руку мне на живот.

— Это безумие.

Но кажется, что это правильно.

— Расскажи мне об этом. — Баффи плюхается на диван в другом конце комнаты. У меня вырывается неконтролируемый смешок. Я оглядываю комнату и вижу Йена и Гарри, которые крепко прижимаются друг к другу. Во всем этом безумии я обрела свою семью. Место, которому принадлежу.

— Я думала, что потеряла тебя.

Я поворачиваюсь обратно к своей паре. Однако в глубине души знала, что никогда его не потеряю. Даже когда наша связь ослабла, я все еще чувствовала его с каждым своим вздохом. Он всегда был рядом.

— Никогда не покину тебя, крошка. Ты моя пара. В этой жизни и во всех остальных. Даже смерть не разлучит нас.

— Боже, это какое-то банальное дерьмо, — говорит Йен.

— Эй, у нас тут такой момент! — Я поворачиваюсь и свирепо смотрю на него.

— Немного банально, — соглашается Баффи.

— Я столько раз чистила твой лоток. — Я перевожу свой пристальный взгляд на нее.

— Это было низко. — Губы Баффи подергиваются.

Я хихикаю.

— Кажется, всем пора уходить. — Винсент встает, держа меня на руках.

— Я здесь живу, — напоминает ему Баффи.

— Что бы это ни было за дерьмо, которое вы нарисовали на моем восстановленном оригинальном деревянном полу, лучше уберите его, — говорит Винсент, бросая на Йена и Гарри убийственный взгляд. Йен смотрит куда угодно, только не на Винсента.

— Мы спасли ваши жизни. — Гарри быстро встает на защиту своей пары.

— Эй, я спасла наши жизни, — кричу я.

— Нет, это была я, — шипит Баффи, затем кашляет, пытаясь скрыть это.

— Я убил старую ведьму, — напоминает всем Винсент.

Все начинают спорить. Я кладу голову на плечо Винсента, наслаждаясь каждой секундой этого, но понимая, что именно любовь спасла нас всех.

Эпилог

Винсент

Баффи пробегает мимо меня в кошачьем обличье, а Лиззи и Вера гонятся за ней с хихиканьем и восторженными визгами.

Эверли следует за ними, затем подходит, когда видит меня.

— Это никогда не надоест, не так ли?

— Нисколько. — Я притягиваю ее к себе и нежно целую.

— Мне, наверное, стоит присмотреть за ними. — Эверли бросает взгляд в сторону гостиной, где хихиканье усиливается. — Ты же знаешь, какой хваткой может быть Вера, если доберется до Баффи. И если у Лиззи вылезут клыки, никто не знает, что она может натворить.

— Ей три года. Думаю, Баффи справится с ней. Кроме того, Йен и Гарри в офисе, если ей понадобится поддержка. — Я откидываю ее назад и целую по-настоящему, скользя языком в ее рот, пока она не стонет и не обвивает руками мою шею.

Прежде чем Эверли успевает запротестовать, я несу ее вверх по лестнице в нашу спальню. Когда укладываю ее на матрас, она бросает взгляд на дверь.

— Но девочки…

— Какое-то время побудут Баффи. — Я закрываю дверь и защелкиваю старый замок.

Она улыбается, ее щеки пылают.

— Хитрюша.

— Да. — Я расстегиваю ремень. — Теперь подними это платье. Покажи, что принадлежит мне.

— Винни. — Ее клыки удлиняются, когда она ложится на спину и задирает свое розовое платье.

Я оказываюсь на ней в одно мгновение, мои клыки разрывают ее трусики, пока я наслаждаюсь ею. Выгибаясь, она хватает меня за волосы и накручивает пряди, пока я посасываю ее нежную плоть. Когда касаюсь ее клитора, она вскрикивает, ее тело практически вибрирует от удовольствия, которое я чувствую по нашей связи.

— Так хороша для меня, малышка. — Я засовываю свой язык внутрь нее, затем вытаскиваю его и скольжу им по ее заднице.

— Винни! — Она ахает, когда я раздвигаю ее пошире и облизываю ее всю. — Ты нужен мне. Весь.

Ей не нужно повторять дважды. Я взбираюсь вверх по ее телу и вытаскиваю свой член, выравнивая его напротив ее входа.

— Тебе все это нужно? — Я дразню.

— Сейчас. — Она приподнимается, насаживаясь на меня, и я стону.

Когда она вонзает свои клыки в мое горло, я едва могу справиться с охватывающим меня удовольствием. Я сильно толкаюсь, беря ее именно так, как ей нравится, пока она питается мной. Мои яйца сжимаются от желания освободиться, но я не могу сдаться. До тех пор, пока она не кончит на мой член.

Обхватив ладонями ее груди, я щиплю ее за соски. Она отрывается от моего горла, и я перехожу к ее сиськам. Стягивая с нее платье, я вонзаю клыки в ее мягкую плоть.

Она стонет, когда я сосу ее, впитывая кровь, когда я снова и снова врываюсь в ее влажное влагалище. Наладившись обеими сиськами, я возвращаюсь к ее рту, крепко целуя ее и входя в нее.

Прикусив мою губу, она высасывает еще немного моей крови. Когда она рычит напротив моего рта, я стону и ввожу свой член глубоко в нее именно так, как ей нужно. Ее острые ноготки впиваются мне в спину, и она выгибается подо мной; ее тело ощущает каждое движение. Черт, она богиня, моя богиня.

Она вскрикивает, ее тело напрягается, а затем становится вялым, когда волны блаженства захлестывают нас обоих. Ее разрядка вызывает мою собственную, и я изливаюсь в нее, смазывая спермой ее горячее влагалище, произнося ее имя.

Когда я выжимаю из нее все до последней капли удовольствия, я падаю рядом с ней и притягиваю ее в свои объятия.

Ее довольный вздох — божественен.

— Не могу поверить, что никто нам не помешал.

Я улыбаюсь.

— Возможно, я подкупил Баффи вкусным кормом для кошек.

— Да? Так это была подстава? — Она прижимается ближе, ее теплое дыхание щекочет мне грудь. — Удивительно, но это сработало.

— Иногда ты нужна мне вся целиком, крошка. — Я целую ее в макушку.

Любовь, которую я чувствую