Жертва судьбы - Шеннон Майер

– Не отрицай, не трать силы. Моя комната прямо над камерой Генерала. Мне пришлось накрыть голову подушкой, чтобы заглушить вас двоих.

И я еще мысленно порицаю Би за отсутствие скрытности.

– Ваше Величество, прошу прощения. Мне нет оправданий…

– О, расслабься, – сказала она со смехом. – У тебя не будет проблем. Ты взрослая женщина, у которой есть определенного рода потребности. Тебе не нужно оправдываться или получать мое дозволение. – Диана наклонилась вперед и долго смотрела на меня. – Но я чувствую необходимость предупредить тебя. Не важно, что порой может показаться, вампирам нельзя доверять. Особенно когда речь идет о любви и верности. Они возьмут то, что хотят, когда захотят, а после выбросят. Запомни мои слова.

– И все же вы доверяете Герцогине Эванджелине? – спросила Би.

Глубокие зеленые глаза Дианы смягчились, она откинулась на спинку кресла.

– Да. Но она – исключение. Отсюда моя осторожность в принятии дальнейших решений до поры, пока не получу от нее весточку. Я практически ничего не знаю о Доминике. И пока Герцогиня не развеет сомнения на его счет, мне придется действовать, предполагая худшее.

Я надеялась использовать нашу небольшую трапезу, чтобы затронуть тему, поднятую Уиллом накануне утром. Хотела попробовать убедить королеву изменить мнение о Доминике, но эта мысль развеялась, как шелуха на ветру. По какой-то причине она испытывала глубокое недоверие к вампирам, и ничто из того, что я собиралась сказать, не изменит этого.

Диана поджала губы и пожала плечами.

– Я знаю, что вы считаете меня архаичной и в чем-то предвзятой, но вы должны понять. Я несу ответственность за тысячи жизней. Я не могу позволить себе потерять голову из-за красивого личика, толики шарма или сладких речей.

Она бросила выразительный взгляд на Би, а затем на меня.

Ой.

Очень колко.

– Если хотите знать, в моем случае ничего из перечисленного не было, – пробормотала Би, рассеянно теребя салфетку и внимательно изучая стол. – Меня привлекла его доброта. Когда меня впервые привели на Игрища Жатвы, я даже дрожь не могла унять. Наверное, была похожа на жалкую чихуахуа. Когда жестокий Граф ДюМон, казалось, заинтересовался мной, Уилл вызвался помочь, вытащил меня из игры и сделал слугой. Я искренне считаю, что обязана ему жизнью.

– Да, это может быть правдой, Бетани. Но обязана ли ты расплачиваться за это своим сердцем? Потому что я могу с уверенностью сказать тебе – он уничтожит его. У вампиров нет моногамии, представление о верности весьма скудное, а он королевских кровей. Если бы хотел разнести все это к чертям и ввязаться в эту игру, он бы уже сделал это.

Слова были предназначены для Би, но я чувствовала, как кинжалы попадают и в меня.

– Мне очень жаль, Бетани. Но даже если он и любит тебя, то только по-своему, так же, как мужчина любит хороший стейк. Сможешь ли ты жить с этим… зная, что у этой любви есть срок годности? Хочешь принять в этом участие? Вперед. Вы обе. Я не буду вас останавливать. Но считаю своим долгом предупредить, как та, кого не раз предавал кровосос. Ничем хорошим это для вас не кончится. Так не бывает.

Несмотря на то что мы с Би практически самостоятельно пришли к одинаковым выводам, подтверждение наших подозрений стало настоящим пинком под зад. Нужно выбираться отсюда. И проветрить свою чертову голову.

– Ваше Величество, разрешите мне немного покататься на лошади? Погода кажется спокойной, и мне не помешает свежий воздух.

– Конечно. Попрошу одного из слуг отвести тебя в конюшню, – сказала Диана, нажав кнопку на подлокотнике своего кресла. – Только оставайся на территории крепости и не пересекай ров. Мы все еще ходим по тонкому льду, когда дело касается кланов, и я не хочу, чтобы ты столкнулась не с тем волком, пока я не заручилась поддержкой всех на предстоящем собрании.

– Поняла. – Я кивнула и оттолкнулась от стола. – И спасибо.

Через мгновение дверь кухни распахнулась и появился Джордан.

Мое и без того израненное сердце учащенно забилось при виде его лица, лишенного и намека на хитрость.

– О нет… Ты опять подавилась мясом?

Я покачала головой, а затем подхватила его руку.

– Нет. Вообще-то я надеялась, что ты проводишь меня в конюшню.

Джордан бросил на королеву вопросительный взгляд, и она кивнула.

– Хорошо.

Я молчала, пока мы не вышли оттуда и не начали спускаться по извилистым каменным ступеням на лужайку. Только когда легкий ветерок взъерошил волосы, я поняла, как здесь тепло. Как весенним днем на северо-западном побережье Тихого океана, дома. И это по сравнению с ледяными бурями и низкой температурой, которые едва не прикончили меня всего несколько дней назад…

– Что здесь с погодой, Джордан? Тут есть правильные времена года, как у нас?

– Конечно, есть. У нас одна земля, и мы находимся на одинаковом расстоянии от солнца…

– Очевидно, раньше были. В последнее время все изменилось. Сегодня холодно, завтра тепло. Дядя Пэдди говорит, что это как-то связано с тем, что Завеса опустилась.

Моя рука рефлекторно дернулась.

Кто такой, черт возьми, дядя Пэдди?

– Кто такой, черт возьми, дядя Пэдди? – взорвалась я мгновением позже, не в силах остановить себя.

Джордан помедлил и нервно почесал подбородок.

– Он… он старейшина в моем клане, и ему нравится, когда его так называют.

Вдалеке виднелись конюшни, я огляделась вокруг, чтобы убедиться, что мы одни, и остановила Джордона.

– Я знаю, что они были добры к тебе, и это, вероятно, было огромным облегчением, когда ты впервые попал сюда, испуганный и одинокий. Но, Джордан, эти люди – не твоя семья. – Я сильно ткнула себя в грудь. – Я – твоя семья.

Сердце ушло в пятки, когда он не встретился со мной взглядом.

– Джордан?

Кадык дернулся, он тяжело сглотнул и наконец-то посмотрел на меня.

– Я знаю, Сиси. Но разве… разве не может быть правдой и то и другое?

Ох!

Что я могу сказать?

– Можно показать тебе кое-что? – мягко спросил Джордан.

Я не доверяла своему голосу, поэтому просто кивнула.

Он провел языком по верхней губе, роясь в кармане.

– Альфа клана Киллиана был единственным, кто сделал ставку на меня, а они – лучший клан здесь.

Он протянул на ладони набор крохотных фигурок, каждая из которых была тонко выточена. Он взял две и поднес их к лицу.

– Теперь это мои родители, Майя и Каван. Они иногда очень сильно давят на нас, но ко всем, кто работает на них, относятся, как к родным. В один из первых дней волк из другого клана пытался поиздеваться надо мной, и моя сестра Элька – вот эта, – сказал он, делая паузу, чтобы отыскать фигурку поменьше, – избила его метлой до крови. Потом вожак его стаи пришел с расспросами и захотел, чтобы меня выпороли, потому что я человек и создаю проблемы, но Каван поддержал меня, несмотря на то что из-за этого между кланами могла разразиться самая настоящая битва.

Я сглотнула, меня пробрала волна беспокойства. То, как он говорил, блеск в его глазах, довольное выражение лица… неужели я потеряла Джордана?

Я посмотрела вниз, на самый маленький кусочек выструганного дерева в его руке… маленький волк.

– А этот?

Он поднял его, сияя.

– Это я. Или буду я. Пока я еще человек, но Па говорит, что мы проведем церемонию обращения, как только