Во власти демона (СИ) - Колесникова Валентина Савельевна

— Ты выиграл? — я пыталась представить, как происходят бои, но все равно мало что понимала.

— Я мог уничтожить правителя в тот день, — хмыкнул демон, — но не стал. Одно дело — сражения. Совсем другое — власть. Правитель берет на себя великую ответственность за народ, ведет их в бой, создает все условия для мирной жизни. Я никогда не хотел для себя чего-то подобного, а вот титул при дворе — это да. От этого я и не отказался. Пятое место меня вполне устроило…

— Правитель понял, что ты поддался, да?

— Конечно! А так же понял, что я поддался еще и еще раз… и так до тех пор, пока не занял свою позицию. Ты себе даже не представляешь, как меня возненавидели главнокомандующие, с какой ненавистью они смотрели на демона, выползшего из трущоб и размазавшего их по стенке… Я и сам в то время был еще той сволочью, потом уже успокоился, когда в подчинение демонов дали. Так как я был незнакомцем, мне не могли сразу дать титул — меня обучали, за мной наблюдали и когда увидели, что я достоин места, я сразу получил назначение. Мира почти такая же — она сдерживала себя, так как не была человеком, не показывала истинной силы.

— Я помню, — прошептала я, — полукровок в вашем мире не любили.

— Их ненавидели и истребляли, — Леви тут же изменился в лице, — многие были против союзов между людьми и демонами, особенно их ненавидели за то, что полукровки в итоге всегда побеждали. Чем старше такой ребенок становился, тем опаснее он был для власти. Так что Мира скрывалась как могла и выходило это не плохо.

— А кто был на первых местах, перед тобой? Они все погибли или все же выжили? Если они знали, что ты сильнее, могли они напасть на вас с Мирой? Ведь каждый из них прекрасно понимал, что ты мог в любой момент сместить их с должности…

— Ты совершенно права, София, — демон кивнул, — они могли. Еще как могли. Разве что кроме правителя — его убили на войне, после чего заключили мир с людьми. Это ведь по его указу было совершено нападение на человеческий род, а мы не могли его оспорить. Все прекрасно понимали, что на очередном турнире я захочу побороться за власть и так как я жил с Мирой, которую поддерживали со стороны людей, у меня вполне могло получиться стать правителем, к которому прислушаются и которого поддержат.

— Все из-за власти, — я приняла из рук демона отвар, который стал совершенно прозрачным и стала потихоньку пить эту странную сладкую воду без запаха, — то есть ты действительно хотел править? Мне казалось, тебе нравилась спокойная жизнь с Мирой.

— Очень нравилась, — Леви даже не скрывал этого, — но я хотел сохранить мир, а по силе ниже меня и выше были те, кто хотел вновь развязать войну — это было выгодно нашей стороне, потому что земли людей богаты на природные ресурсы, так зачем покупать, когда можно отнять? Я не хотел этого, я хотел, чтобы был мир. И понимал, что на сей раз готов побороться за трон всерьез. Мира меня поддержала, а уже через несколько дней на нас напали.

Видимо, в его мире вновь началась война. Раз Леви и Мира пропали, раз больше на пути не было препятствий, значит демоны опять стали грабить чужие земли. Судя по тому, как изменилось лицо Леви, ему больно об этом думать. Он с такой силой сжал челюсти, что я услышала скрип зубов. Костяшки пальцев побелели, а в глазах разгорелось пламя ненависти.

— Демоны всегда были вспыльчивы, хотя и люди тоже. Надеюсь, что за последние годы в моем мире вновь наступил мир.

— Ты ведь можешь вернуться, да? — догадалась я.

— Могу, я понял, как.

— Тогда почему ты остался?

— Потому что возвращаться не к кому. Меня не ждут.

— Ошибаешься…

Я думаю, что его ждут. Народ его ждет, потому что он сильный и он имеет шанс изменить ход событий и избавить всех от кровопролития. Пусть будут жертвы, но они будут во имя благой цели.

— Так все говорят, милая, — рассмеялись внутри, — все правители, цари и короли объясняют свое мерзкое желание обладать большей властью — благими целями. «Все ради народа!!! Все ради наших детей!!!» А на деле просто нажраться не могут.

Совесть была права. По большей части все происходило именно так, как и говорил внутренний голос — жажда власти и силы затмевала разум. Становилось плевать на то, что там, на поле боя, люди отдают свои жизни за пустые идеалы.

Постепенно отвар, сваренный Леви, начал действовать. Я почувствовала дикий прилив сил, ощутила тепло, что распространилось по всему телу, и наконец за долгое время я перестала чувствовать боль в ногах.

— Поздравляю, София, — вздохнул демон, — ты полностью восстановилась за несколько дней. Понятия не имею, как, но ты почему-то это сделала. Я поговорил с Томасом. Он согласен с тем, что тебе еще рано возвращаться к людям и тем более выходить на работу. Если ситуация с одержимым повторится, это будет сложно скрыть. Если хочешь, ведьмы могут взять тебя к себе на обучение. У них сеть салонов красоты для своих, они покажут, как варить какие-то маски, делать черт его знает какие уколы в какие-то места и прочие прелести жизни. Хочешь?

Хочу? Я? К ведьмам? Познавать секреты древних рецептов, общаться с теми, кто владеет магией, учиться тому, где нигде подобному не научат?

— ДА! ДА! ДА!

— Я так и знал!

Леви рассмеялся, наблюдая за тем, как я вскакиваю с кровати и начинаю улыбаться словно Чеширский кот, а вот потом отпрянул в сторону.

— Черные глаза? — догадалась я, в очередной раз не чувствуя никаких перемен внутри.

— Чернее черного, — тихо заметил демон, — я ведь тогда чуть не рехнулся, когда мы с тобой сражались. Думал, ты меня и правда убьешь.

— Вы с Гестом меня на тот свет пришли отправить, — я спокойно пожала плечами, как будто мы говорили о чем-то совершенно не важном, — я защищалась, пускай и неосознанно.

— Вот это твое «неосознанно» и пугает. В любом случае — собирайся. Хватит сидеть в лазарете, ты бодра и весела, так что пойдем сразу к ведьмам. Они уже давно хотят с тобой познакомиться, силушкой богатырской померяться и выяснить, у кого магия сильнее. Но ты не бойся, они добрые… иногда…

— Когда спят зубами к стенке… — продолжила я довольно известную фразу и тяжело вздохнула. Все же я очень хотела вернуться к работе, и упускать возможность вновь начать общаться хоть с кем-то меня радовала. Интересно — какие они, ведьмы Питера? Пафосные стервы или милые пушистые машины-убийцы? А что если оба варианта подходят?

Я поймала себя на мысли, что все, что со мной происходит продолжает меня удивлять, но при этом от ужаса я не схожу с ума. В этом я была благодарна внутреннему голосу или что там сидит внутри — отсутствие истерики и паники заметно улучшают настроение.

— Естественно улучшают! Иначе бы ты сейчас тут в конвульсиях билась и в припадке… знаю я вас, женщин… что ни баба — одна сплошная истерика.

— Ты тоже женщина… — промелькнула в голове мысль, — так что не ори мне в меня, понял?

— В тебя не орать? А вот хочу и буду! Раскомандовалась тут! Что, головушка болит? Я сейчас еще как частушки похабные начну петь, вообще рехнешься!

— София, что происходит? — аккуратно поинтересовался Леви, отойдя от меня на несколько шагов, — ты со мной?

— Эта гадость собралась петь похабные песенки, — пробурчала я и тут же об этом пожалела:

— А я бы послушал!

— А Я БЫ НЕТ!

— А Я ДА!

Не смей! Не надо! Не позорь меня!

Внутри тут же хмыкнули, успокоились и оставили меня в покое. Черт… да какая же это совесть? Одно название да и только… Чертовщина какая-то…

Леви обреченно сник, смотрел на то, как я расчесываю копну русых волос, пытаясь привести их в божеский вид, надеваю чьи-то балетки, принесенные мне Томасом и готовая к бою рвусь наконец покинуть этот летающий остров.

Стоило нам выйти из лазарета, как я вновь застыла на месте.

Потрясающий вид, это не передать словами — чувства невозможно описать, когда их так много. Демон осторожно взял меня за руку и спокойно повел в сторону замка по небольшой утоптанной тропе, ведущей к строению через огромное зеленое поле.