Анастасия Кудинова - Найди меня (СИ)

— И что это значит?

— Это значит, что я дарю тебе карандаш за то, что на прошлом уроке я сломал твой, — произнес парень, оглядывая меня. — Ну, бери.

— Ни за что. В этом есть какой-то подвох, да? — Мои брови выгнулись домиком, в ожидании ответа.

— Я просто хочу подарить тебе карандаш, — твердо и одновременно медленно изрек он, протягивая мне предмет. В его глазах блеснули искорки.

— Не возьму.

— Ладно. Тогда ты меня вынуждаешь сделать это. — Мэтт, встав на одно колено передо мной, наклонил голову вниз и, вытянув обе руки с карандашом, тихо прошептал: — Я буду в таком положении, пока ты не примешь мой подарок. И поверь, я уже ощущаю, что на нас начинают странно смотреть.

Мое сердце бешено заколотилось при виде всего этого. Оглядевшись, я обнаружила, что несколько пар глаз пялятся на меня и Мэтта. Девушка в костюме ведьмы, что-то шепнула перебинтованной мумии. Я уже так поняла, что они начали обсуждать нас.

— Ты псих!

— Знаю. Бери.

Я выдохнула и резко схватила карандаш из рук блондина. Парень поднял голову и широко улыбнулся, затем встал на ноги и обтряхнул джинсы. Он выглядел достаточно довольным и веселым. Радуется, что я приняла его подарок? Это абсурдно.

Нудная музыка прекратилась и началась новая, более живая. Подростки завизжали, и не прошло и секунды, как они начали дрыгать телами в такт мелодии и извиваться друг возле друга. В них было столько энергии, что казалось, будто она неисчерпаема. Толпу учеников развлекал веселый ди-джей пикачу, который управлял композициями и покачивался из стороны в сторону, придерживая черные наушники. Так как уже было достаточно темно, прожектора включили на всю мощность.

— Потанцуем? — протянул руку Мэтт, смотря в мои глаза.

— Что? — недопоняла я.

— Я приглашаю тебя на танец, — повторил он.

— Нет, насчет этого я поняла. Но зачем?

— Потому что я этого хочу.

После сказанного, я крепче вжалась в стул и немного покраснела. Да, я никогда не танцевала, потому что не умею. Если бы я знала хоть какие-нибудь простые движения, то плясала бы уже на пару с Мэдди. Но, почему меня приглашает Мэтт? Он же знает, что я отношусь к нему не очень хорошо. Хм, может быть, этот новенький решил, что все-таки у нас может завязаться дружба? Не-ет! Он не может быстро поменять свое отношение ко мне. Несколько минут назад, он смеялся надо мной, а теперь приглашает потанцевать. Что-то тут нечисто.

— Ни за что, — сказала я, рассматривая карандаш. — Ты так быстро поменял отношение ко мне…

— Оно осталось тоже.

— Так значит ты не отрицаешь, что, возможно, опять будешь издеваться надо мной, а потом ржать?

— Я не хотел тебя обижать или злить. Просто все получалось как-то само собой, — объяснил Мэтт, покачивая рукой. — Ты меня часто смешишь.

— О, да неужели? Вот это новость.

— Один танец и все.

— Нет!

— Тогда я опять встану на колено, — произнес он, уже готовившись это сделать.

— СТОЙ! — крикнула я, подорвавшись с места. Это получилось смешно, потому что я довольно-таки напугалась, что мой собеседник опять собирается встретиться с землей коленом. Моя рука даже автоматически вытянулась вперед, дабы попытаться хоть как-то остановить его. — Я согласна…

Мэтт ухмыльнулся и взял меня за руку. Я ощутила тепло, которое издавала его кожа. Немного грубоватые пальцы обвили мою ладонь; Парень двинулся с места в толпу веселых подростков. Когда я шла с новеньким, то видела, что на нас все удивленно смотрели; особенно девушки. Их завистливые и стервозные взгляды так и сверлили во мне дыру.

Мы остановились возле ди-джея. Мэтт что-то шепнул пикачу, после чего тот громко хлопнув руками, оповестил:

— А сейчас медленный танец! Джентльмены приглашают дам.

Я впилась ногами в землю после сказанного. Рок сменился медленной песней. Все вокруг немного утихли и, подойдя друг к другу, начали танцевать, шевеля телами в стороны и спокойно раскачиваясь. Сквозь народ я заметила Мэдди: она кинула мне приветственный жест, а затем открыла рот, когда обнаружила рядом со мной Мэтта. Так, конечно, меня держит за руку тот парень, которого я почти что ненавижу и чему тут не удивляться?

Я улыбнулась подруге и кивком головы дала ей понять, что потом все объясню и расскажу. Она ухмыльнулась, затем продолжила свой танец с Дэни.

— Ты издеваешься. ОПЯТЬ, — немного тихо сказала я, когда Мэтт повернул меня к себе.

— Нет. Я просто люблю танцевать. — Он отпустил мою руку, затем, забрав карандаш и положив его в карман, произнес: — Отдам потом.

Ладони парня припаяли к моей талии, отчего я вздрогнула. По моему телу пробежался холодок, который потом сменился приятным теплом. Я положила свои руки к нему на плечи. Мое сердце заколотилось в необычном для меня ритме: начало то сильно стучать, почти вырываясь из груди, то медленно, учащенно. Парень придвинул меня к себе ближе и шепнул на ухо:

— Ты волнуешься.

— Я просто не умею танцевать, — призналась я, невольно отвернув голову в сторону. Мои пальцы крепко впились в халат Мэтта и я почему-то стала ощущать какое-то спокойствие, еще в тот момент, когда он взял меня за руку. На моей душе была легкость и уверенность. Я не понимала, почему так происходит.

— Качайся в стороны под песню. Вот и все дела.

Мэтт начал движение. Я последовала его примеру, оглядываясь на другие пары. Мои ладони покрылись испариной, и из-за этого мне стало стыдно, ведь если на халате Мэтта останутся мокрые следы, то я просто сквозь землю провалюсь.

Мягкая и спокойная музыка продолжалась. Я старалась делать хотя бы иллюзию, что умею танцевать, странно двигая туловищем. Мои глаза бесконечно бегали по ком угодно, но только не по лицу Мэтта. Я стеснялась смотреть на него при таком близком расстоянии.

— Неплохо двигаешься, — сделал он мне комплимент. Я чувствовала, как парень смотрит на меня.

— Эм… спасибо. Ты тоже.

— Как тебе Хэллоуин?

Я повернула голову к блондину и встретилась с ним глазами. Наши лица оказались на таком близком расстоянии, что я смутилась и опустила взгляд от его небесно-голубых очей, затем ответила:

— Не плохо. А тебе?

— Первый раз его праздную, так что не могу ответить.

— Ты серьезно? — удивилась я.

— Ага. Моя семья никогда не отмечала Хэллоуин.

— А почему так?

— Просто у… моего отца большая неприязнь ко всему мистическому и необычному. Вот из-за него мы никогда не отмечали канун дня всех святых, — пояснил парень, обхватив меня за талию крепче. — Скоро кончится песня.

— Я знаю, — прошептала я, прислушиваясь к утихающей мелодии.