Открой мне свою душу (СИ) - Лунная Юлианна

- И какие же они? – допытывался он.

- Арил, прости еще раз. Я не думала, что это настолько… ну… что я… точнее что ты…

- Люблю тебя. Такие эмоции озвучивают именно так.

Я замерла, а в моих легких вдруг кончился воздух. Он так просто это сказал…

- Чему ты удивляешься, Амелия? Или ты считаешь: что такие занятия я провожу с другими адептками? Или думаешь, что повиснув у меня на шее, Эмилия заменит мне тебя? Или тебе кажется: что все наши объятия и поцелуи – игра подростков? – с каждым своим словом мужчина «заводился» все сильнее, а я и вовсе забыла: как дышать. - Разве я не объяснился и не признал свою вину: когда отверг тебя? Разве я не говорил о своем желании жениться на тебе? Разве скрывал свои намерения: забрать у Крестена? Когда ты уже меня услышишь? Я тебя люблю, Амелия! – рыкнул он и тут же меня унес воздушный вихрь.

Я очутилась в своей комнате. Не смотря на грубый тон Арила, с которой он высказал все: что кипело у него на душе, на моих губах заиграла шальная улыбка, а в животе порхали бабочки. Я понимала: что это неправильная реакция – ведь мой жених никуда не делся. Но признание мужчины разлило в теле негу, а воспоминания о его эмоциях грели собственное сердце. Его душа словно отзеркалила мои собственные эмоции, и да, их было столь же много и все они как будто противоречили друг другу. Арил сказал: это называется любовью… Оказывается: я тоже его люблю… «Вот только об этом не должен никто узнать. Даже он» - с такими мыслями я накинула халат и поспешила в душ, чтобы смыть с себя соленую воду.

- Амелия? – окликнул меня голос отца, когда я спустилась на первый этаж, и я подняла глаза. – Ты вернулась с дополнительных занятий… кхм... голой?

Мой жених и родитель стояли в проеме гостиной. «Оххх… твою ж… бабушку за ногу!» - улыбка сползла с моего лица, а глаза превратились в два блюдца. Я так и застыла на месте, а сердце пропустило удар.

- Нельсон, и как часто моя невеста возвращается от Арила в таком виде? – задал вопрос Крестен и приблизился ко мне. – Мокрая, голая, довольная… Амелия, ты уверенна, что с деканом вы занимаетесь политологией?

Я молчала. Да что ж тут скажешь! Мой внешний вид сам говорит за себя. Как вдруг в дверь постучали. Отец открыл: на крыльце стоял мой учитель собственной персоной с большим бумажным пакетом в руках. Причем он был полностью одет, и даже мантию успел набросить на плечи.

- Проходи, друг мой, - пригласил его нахмурившийся Крестен. – Я тут как раз имею некоторые вопросы по твоей профессиональной деятельности.

- Слушаю тебя, - с невозмутимым лицом Арил переступил порог и прикрыл за собой дверь.

- Понимаешь, какая ситуация… Я застал свою невесту, когда она вернулась с твоих занятий. У нее очень интересный внешний вид: ты так не считаешь? – недобро сощурился голубоглазый шатен. - Нельсон, я, кажется, задал вопрос: как часто она приходит такая?

- Крестен, тебе следует больше доверять своей невесте. Такой я ее вижу впервые, и считаю, что нужно выяснить: что случилось, а не подозревать мою дочь в… ну…

- Вот и у меня нет слов! – прервал родителя мой злой жених. – Зато есть глаза! Дай сюда! – рыкнул он, выхватывая из рук Арила пакет, в котором оказалась моя одежда. – Что и требовалось доказать! – в меня полетели вещи, а следом за ними на пол и я упала от неожиданной пощечины.

- Не смей! – заорал отец.

- Убью! – кинулся на Крестена Арил и врезал тому по лицу кулаком, а тот, в свою очередь сомкнул пальцы на шее обидчика.

- Нет! – бросилась я между ними и повисла на руке жениха. – Не трогай его! Мы ничего не делали! Отпусти!!

Крестен послушно опустил руки и отошел. Я стояла перед Арилом, заслонив его своей спиной, и боялась пошевелиться.

- Как ты докатился до такой жизни, мой друг, - брезгливо хмыкнул он. - Прячешься за юбку моей невесты… или уже не моей… или уже не невесты, а шлю…?

- Ор Лирган! – взревел отец, прерывая оскорбление.

- Мы ничего такого не делали! Дай мне объяснить…

- Амелия, ты не обязана ни перед кем оправдываться, – спокойно произнес Арил.

- Обязана! Он мой жених!

- После того, как он поднял на тебя руку и оскорбил: ты собираешься стать его женой? – не успокаивался мой защитник.

- Крестен, мы плавали в море! – выпалила я, желая поскорее прервать скандал, пока еще не запахло жаренным. – Я не делала того, в чем ты меня подозреваешь, - градус напряжения снизился, но не намного. - Арил правда со мной занимается. Просто сегодня для некоторого упражнения мне необходимо было максимально расслабиться. Он знает: что меня успокаивает плавание и перенес нас к морю.

- И почему же ОН знает: чем тебя успокоить, а Я – нет? И что за упражнения появились в политологии, для которых нужно расслабляться?

- Не могу сказать… - прошептала я.

- Отлично! Ты меня за дурака держишь?! Вешаешь какую-то лапшу на уши! Ты хочешь сказать: что меня обманывают собственные глаза?! С меня довольно! – взревел мужчина и покинул мой дом, громко хлопнув дверью.

Повисла тишина. Я буквально упала на диван. Арил скрылся на кухне. Отец присел в кресло напротив и задумчиво на меня уставился. Мужчина вернулся в комнату с подносом и положил его на придиванный столик, разлил по стаканам принесенный виски и раздал всем. Присел рядом на диван, затем взял в руку кусок льда, видимо: достал из морозильного шкафа, и приложил к моей горящей скуле.

- Допрыгались… - прошипел родитель, делая глоток алкоголя. – Итак: у меня к вам несколько вопросов и я думаю: что достоин вашего доверия, чтобы получить правдивые ответы.

- Я отвечу на любые ваши вопросы, - кивнул Арил.

- Что за занятия такие. которые официально прикрывает ректор? Для которых потребовалось плавание? И о которых моя дочь не может рассказать своему жениху?

Я услышала шепот Арила, услышала: как щелкнул замок входной двери, увидела: как ветерок запахнул все окна и занавесил их портьерами. Он снял с шеи артефакт.

- Кхм-кхм… - поперхнулся отец и допил содержимое бокала. – Это все объясняет. Ты ее чем-то учишь? Я имею ввиду тому: что не преподают здесь?

- Да. У нас действительно проходят учебные занятия, - спокойно подтвердил декан.

- Что ж, задание тебе, Амелия. Поклянись честью своих сестер: что твоя честь еще при тебе.

- Клянусь, – коротко ответила я. – Мы плавали в море.

- Тогда у меня последний вопрос: как вы собираетесь налаживать отношения с Крестеном?

- А надо ли такое налаживать? Он ударил вашу дочь и оскорбил. Если он сейчас такое себе позволяет, то вас, как родителя, неужели не волнует: что же будет после свадьбы?

- После свадьбы не будет тебя, и налаживать ничего не придется. На правах супруга он просто запретит ей какие-либо встречи наедине с другими мужчинами, - парировал отец.

- Даже если Амелия откроет ему свой секрет, то я не намерен раскрывать свою личность. Это затруднит ей задачу объяснить природу наших занятий.

- Амелия, а ты вообще собираешься посвящать Крестена в свою тайну?

- Я боюсь. Как он к этому отнесется? Не сдаст ли меня гонцам? И не пожалею ли я о своем доверии? – честно призналась я, освещая вопросы собственной растерянности при данных обстоятельствах.

- Эти вопросы ты должна была себе задавать до того: как я застал тебя в его спальне. Ты забыла, как остро стоит вопрос о твоей чести?

- Мы просто спали! – рыкнула я и залпом опрокинула в себя виски.

- И ты будешь каждому встречному так заявлять, если Крестен обнародует это? Ты забыла: что теперь от него зависит благополучное замужество твоих сестер?

- Девочка моя, у тебя плохо с ориентированием? Какого… кхм… ты заплутала в домиках? В спальнях? В постелях?! – на последнем повысил голос Арил.

- А я бы и не заплутала, если бы меня кое-кто не обидел! – выпалила я.

- Ты предлагаешь мне вылавливать тебя в мужских объятиях после каждой нашей ссоры? – парировал он.

- Если ты не веришь в мою невинность, то не понимаю: что ты еще здесь делаешь?! Катись следом! Один нравственник уже не удовлетворился лишь моими словами! – разозлилась я.