Дженнифер Эстеп - Холодная тьма

Но, в самом деле, когда он вообще был мной доволен? Что касалось Найкмедса, я ничем не могла ему угодить и не имела понятия почему.

Я посмотрела на часы, похожие на солнечные, которые весели на внешней стеклянной стене. – Нет, не опоздала. Я как раз вовремя.

Найкмедс отодвинул рукав своего чёрного свитера и посмотрел на часы. – Нет, ты опоздала. Сейчас одна минута после пяти, что означает, что ты пришла поздно.

Я снова закатила глаза. - Одна минута? Серьёзно? Вы собираетесь кричать на меня за то, что я пришла на одну минуту позже?

Голубые глаза библиотекаря сузились. - Не имеет значения, одна это минута или один час. Опоздала - значит опоздала, Гвендолин. Я полагаю, ты была усердно занята тем, чтобы пробраться тайком с кампуса и проведать свою бабушку, хотя ты знаешь студентам не разрешено покидать территорию академии в течение недели.

Его ехидный тон действовал мне на нервы. Да, может быть, это было то, что я обычно делала, но сегодня я оставалась в академии, точно так, как хотела бабушка Фрост. Даже когда я делала то, что от меня ожидали, у меня никогда не было передышки, если в этом был замешен библиотекарь.

- На самом деле я гуляла по территории кампуса, как хорошая маленькая девочка, - выпалила я. - Сегодня я не сделала даже шагу за стену.

Вытянула руку, да. Шаг же не сделала. Хотя я не собиралась упоминать это перед библиотекарем и тем более рассказывать о Нотт. Найкмедс выгнул свои чёрные брови и одарил меня кислым взглядом. Очевидно, он не верил мне.

Мне захотелось зарычать, как Нотт. Сначала во время обеда, в странном настроении ушла Дафна, потом сбежала профессор Метис, прежде чем я смогла поговорить с ней, а теперь Найкмедс выговаривал мне за одну единственную, паршивую минуту опоздания. Я так устала от людей и их поведения сегодня, особенно от Найкмедса, который открыто презирал меня с самого первого момента, когда я зашла в библиотеку.

Весь мой гнев и разочарование вырвались наружу, горели, как кислота в груди, и я открыла свой рот, не задумываясь о том, что я делаю.

- Почему вы ненавидите меня так сильно? - спросила я. - Что я вам такое сделала, что было настолько ужасно? Мне действительно хотелось бы это знать.

Один момент Найкмедс выглядел поражённым, как будто я не должна была заметить, как он меня отвергал или сколько усилий прилагал, чтобы донимать из-за каждой мелочи. Пожалуйста.

Даже если бы у меня не было моего дара цыганки, я всё ещё чувствовала бы холодный гнев, который исходил от него, кода бы его глаза не смотрели на меня. И казалось, что ненависть библиотекаря стала ещё сильнее, после того, как он увидел меня вместе с Логаном в Колизее.

Было так, будто тот факт, что я и Логан являемся друзьями - или чем бы это не было, усиливает его гнев на меня. Как будто этим я обидела его лично или что-то в этом роде.

Найкмедс стоял и смотрел на меня, сжав свои губы в плотную тонкую линию.

- Что теперь? - огрызнулась я. - Вы собираетесь ответить? Или вы хотите ещё немного покричать на меня? Потому что у меня есть работа, и действительно нет времени на ваши манипулятивные игры.

Сердитая краснота расцвела на бледных щеках Найкмедса, но я увидела, как что-то вспыхнуло в его холодных глазах - что-то, что было сильно похоже на печаль. Будто он что-то потерял однажды и никогда не сможет вернуть это назад. Из-за этого, он теперь вымещал свою злость на всех. Библиотекарь открыл свой рот, как будто хотел что-то сказать, но в последнюю секунду сжал плотно свои губы.

Найкмедс развернулся на каблуках, промаршировал в комплекс бюро и захлопнул за собой дверь, так что сильно, что зазвенело стекло.

Я сидела и наблюдала за тем, как он прошёл в своё бюро, сел за стол и начал передвигать бумаги туда-сюда, демонстративно игнорируя меня. Казалось, будто сегодня я действительно заработала очко против закомплексованного библиотекаря. Но по какой-то причине это не сделало меня счастливой, как я этого ожидала.

Глава 11

Я отложила мысли о Найкмедсе и провела следующий час за работой. Проверяла книги, просматривала информацию для других ребят, помогала найти справочные материалы, необходимые им для домашней работы.

Спустя час тут немного стихло, и это позволило мне заняться тем, чем я реально хотела заняться сегодня - начать поиски кинжала Хелькейма. Я достала из сумки карту библиотеки, которая принадлежала девушке Жницы, и разложила ее на полке под кассой, подальше от взглядов студентов.

Я не хотела, чтобы кто-нибудь заинтересовался тем, чем я занимаюсь, тем более, что все они наблюдали за мной. Это заставляло меня чувствовать себя очень неуютно. К тому же, я была подобием фрика в Мифах. И я не хотела бы быть известной как Гвен Фрост, странная цыганская девушка, которая изучает карты на досуге.

У меня не было возможности взглянуть на карту со вчерашнего дня, так что я потратила пятнадцать минут на то, чтобы изучить ее, запомнить каждую линию, каждую маленькую закорючку, каждое пятнышко краски и подозрительные, несущественный изгибы. Благодаря моему цыганскому дару, я никогда не забываю то, что я когда-либо вижу.

Теперь карта была в моей голове, и я могла в любой момент вызвать ее в воображении, что было намного лучше, чем таскать стопку бумаг между проходами в то время пока я ищу кинжал. Таскаться с картой было бы очевидным знаком того, что ты задумал нечто, а я хотела, чтобы то, что я делаю, было никем не замечено. Тем более, что я не знаю, присутствуют ли здесь Жнецы, наблюдавшие за мной сегодня.

Это не было из области фантастики. На самом деле, я бы сказала, шансы были велики, что хотя бы один Жнец присутствовал в библиотеке, среди всех Амазонок, Викингов и Валькирий. Учитывая, что они не смогли найти кинжал в музее, я была уверена в том, что Жнецы - кто бы это ни был - были в полной готовности сегодня, тем более, здесь было больше студентов, чем прежде.

Конечно, некоторые из этих ребят приходят сюда только для того, чтобы найти тихий уголок и удовлетворить зов страсти. В Мифе те, кто делает это в библиотеки, рассматривают, как один из способов получить острые ощущения. Всякий раз, когда я отношу пыльные книги и артефакты обратно на полки, я нахожу несколько использованных презервативов. Гадость.

Отбросив эти мысли, я сконцентрировалась на карте, особенно на метках «Х», которые стояли в разных местах библиотеки. Некоторые из них я смогла опознать. Например, телегу, что продавала кофе, энергетики и разные сладости, дабы студенты, не покидая библиотеки, смогли чем-нибудь перекусить во время занятий.

Рэйван, пожилая женщина, контролирующая вчера сбор тел студентов в музее, также заполняла кофе автомат. Я прежде никогда особо не обращала внимание на Рэйван, но в последние дни было такое ощущение, что она была везде, где бы я не была.