Кирка и Вороновы дети (СИ) - Оса Яна

Кстати, о небесах, если планету растащили на Нижний и Верхний мир искусственно, то что со светилами?

Они и раньше так злобствовали на небосклоне? Или это результат вмешательства захватчика?

Именно в этот момент, я поняла, что не строю иллюзий, по поводу того, почему нас с Амиром закинуло именно сюда.

Исправлять собственные ошибки, это обязанность или скорее сказать повинность бога. Не знаю, как бы повернулось все, если бы тогда, на экзамене, я не предложила использовать животную составляющую.

Предложить то предложила. Через столько веков птицы опять бьют мое эго крыльями, или это уже клювы долбят мне в голову?

Вынырнув из размышлений, я неожиданно поняла, что мысли о клювах возникли в них не случайно, откуда-то издалека доносился стук в деревянные двери.

Обед-то кончился, — подпрыгнула и понеслась прочь из Хранилища. Вечером продолжу, — дала себе обещание, поглаживая артефакт на выходе, — спасибо, что просветил, Хранитель.

И в ответ прилетело травянистым ветерком. Опять, что ли сельва?

— Даже не сомневалась, — именно этой фразой встретила я того, кто выламывал мою дверь.

Амир окинул меня нечитабельным взглядом и протиснулся мимо меня, оттеснив, точнее отодвинув плечом.

— С тобой, Кирка, не соскучишься, — начал он.

Сразу же за ним в библиотеку забежала стайка первокурсниц, я махнула ему рукой в сторону прохода между шкафами.

— Девушки, — обратилась к хохотушкам, — вы случайно не забыли за чем пришли?

— Ой, — простите, — самая серьёзная сделала шаг в мою сторону, — нам нужна литература по минералогии.

Я открыла рот, потом закрыла и подумала, что рассказ Сома про самоцветы, которыми расплатились нижние с одним из его предков, это единственное упоминание о полезных ископаемых, которые мне доводилось слышать.

Но мне на помощь, как всегда, пришёл помощник. Он вывалился из междурядья и медленно поплыл в нашу сторону.

— Вот, девушки, все вопросы к нему, и конкретизируйте, а то знаете, он в последнее время слишком буквально воспринимает запрос, и вы можете не утянуть все предложенное им.

Амир обнаружился на подходе к укромному уголку. Он держал в руках толстый том и только успевал перелистывать страницы, бубня себе под нос о скорочтении и отсутствии интернета.

— Что там? — спросила у увлеченного оборотня, и только и успела отскочить от него, потому что реакция последовала незамедлительно. Лев подскочил, развернулся и чуть не огрел книгой меня по башке.

Взяв себя в руки, поклонился и сообщил, — занимательные вещи происходят, Кирка, вот этот том свалился мне на голову пару минут назад.

— Сам?

— Да, откуда-то сверху.

— И я так погляжу, там много интересного?

Амир прижал книгу к своей необъятной груди и сообщил, что упало, то пропало, тьфу ты, должно быть прочитано, так что я побежал.

И не успела я ничего сказать, как за ним только облачко пыли взметнулось.

— И чего спрашивается приходил, — пробубнила, глядя ему в след.

— Пожаловаться на безобразия, — сообщил вывалившийся с потолка второй помощник.

— Какие безобразия?

— Ну, если я правильно понял его помощника, вот этот громила утром истолок все грядки в теплице.

— Э, — даже не знаю, — у всех мужчин зуд сажать дерево?

— Не знаю, как дерево, но у них зуд, это точно. Преподаватели хоть как-то в руках себя держат, а вот студенты!

— Я что-то пропустила?

— Ага, — вздохнул зигот, — резкий скачек либидо у мужской части и вакханалию, связанную с этим скачком.

— Они что, ко всем пристают?

— Не ко всем сразу, до такой степени их умы не задеты, но каждый выбрал себе объект и распускает вокруг него флюиды.

— И каков твой вердикт?

— Дык это, прости, госпожа, но мы Химке, опять помогали. И утром она кухонным хвалилась, что студенты будут есть все и даже тарелки вылижут с ее добавкой, и пузырек им подарила, наверное.

Сома говорил, что после дегустации сваренного помощницей почувствовал вторую ипостась, то есть он оборачивается в какую-то птицу. На студентах она точно тестирует какую-нибудь виагру, вот же уникум.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И при чем здесь я?

Не на ту стрелки Амир переводит, но тут же решила не проводить оправдательно-разъяснительную работу. А то, мало ли. Мне Сома целый нравится.

— Так, библиотека на вас, — а я в теплицу, погляжу, чем там Амир остался недоволен, и почему Сома так восхищается местным агрономом.

12.3

Одна половина теплицы поражала ровными рядами растений, отдаленно похожих на капусту. Вторая — представляла мешанину листьев, земли и навевала мысли о том, что кто-то с огромными когтистыми лапами рыл землю, играя в догонялки. Даже не могла представить льва, охотящегося в столь небольшом пространстве, или все же здесь пространство с под вывертом?

За капустой виднелись плети какого-то лианоподобного растения, сплошь усыпанного крупной алой ягодой.

Пахло землей, спелой ягодой и сексом.

Я постояла, соображая почему именно это сочетание запахов мне кажется несколько странным, и заорала, — эй, есть здесь кто.

Секунду ничего не происходило, а потом моя вернувшаяся магия потянула пространство и перед мои очи вывалился самый настоящий сатир.

Всклокоченный и с подбитым глазом.

— Ты как? Зачем? — тьфу ты, — не ожидала увидеть представителя вашего племени на этой планете. И кто это вас так?

Нервный нрав сатиров был известен всем, но мало кому удавалось не только догнать, но и набить ему фингал.

— Уважаю, — пронеслось у меня в голове, прежде чем мохноног соизволил ответить.

— Приветствую, богиня Кирка, это маленькое недоразумение. — Он потрогал свежий синяк и скривился. — Недопонимание. Но мы уже все решили.

— А скажи-ка мне, — я замялась, сатир не представился, и мне не хотелось указывать ему на его промах.

— Я — Скиртос, богиня. И послан на Дуалию с инспекцией.

— И давно послан? — это хорошо, что он отвечает, видимо хорошо намяли бока. Надо будет поблагодарить Амира. Обычно эти засранцы не идут на диалог, даже больше, юлят и уходят от ответов.

— Давно, — согласился он, — но ведь с инспекцией совсем ничего не понятно!

— Да уж, вот стоит сочувствовать непонятливости или восхищаться тому, что у тебя здесь огород вожделений?

Сатир забегал глазками, — я не утратила способности чувствовать это похабное и любвеобильное племя.

— Да у нас связи с Контроль центром уже пару веков нет, — пошел он в наступление.

— У нас, — прижмурилась я.

Он вздохнул, глянул с повинной и сообщил, — я с напарницей здесь. Богиня она, но отказавшаяся от квалификации, чтобы работать в Контроль центре.

— Сомта сё ра-ли Кирка? — это она что ли рекрутер персонала для Высшей школы?

Сатир кивнул, опасливо косясь на меня.

— Ну что ж, видимо у нее не хватало полномочий вскрыть Хранилище самой, — сделала зарубку и вновь обратила взгляд на сатира.

— Скиртос, душечка, а зиготы, это твоих рук дело?

Он так улыбнулся и покосился на свой фаллос, что стало понятно, если нельзя провести инспекцию, не раскрыв свое инкогнито, то воплощать зигот в надежде, что хоть кто-нибудь вспомнит и попадет в нужное место, сообщив о проблемах в системе, это так сатиристично, я бы сказала.

Хотя думаю, что Амир сказал бы по-другому.

— Ступай, я попрошу Сома принести тебе мазь от синяков, и тебе еще нужно прибраться?

— Богиня, — сатир переминался своими лошадиными копытами, словно не знал, как высказать мне просьбу, — шепнула интуиция.

— Да, Скиртос, говори, не бойся!

— Про зиготы мне подсказал камень.

— Какой камень?

— Очень древний. И к нему можно попасть только ночью, и, если он захочет показаться. Моей напарнице не захотел.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты думаешь, я должна сходить на аудиенцию?

— Я думаю, что если вы богиня, то сходить не мешает. Может с вами будет разговорчивее.

— И когда?

— Когда вновь появиться тропа и кивнул на переоранное поле.