Отвергнутая королева (СИ) - Вольная Мира

- С той только разницей, что на этот раз она полностью моя, - отчеканил холодно. – Я помню, ради чего все это делаю, не заблуждайся на этот счет. Вернусь к поискам королевы, как только разберусь с сукой.

- Как скажешь, - поднял Март обе руки вверх. – Я на твоей стороне, не злись на меня за правду, на себя тоже не злись. Все совершают ошибки.

- Мои ошибки слишком дорого обходятся, - покачал я головой, ощущая, как разжимается кулак, стискивающий кишки еще несколько вдохов назад. Отвернулся и направился к выходу из дома. – И потом, появление вдовы Равен показалось странным не только мне, Март.

- Я разве спорю с этим? Но нам надо быть очень осторожными. Если она под покровительством Альяра, просто к ней подобраться не получится.

- Я знаю, помню, - кивнул, соглашаясь, снова заворачиваясь в тени. – Обещаю держать себя в руках, - продолжил, скривившись. Кажется, что это обещание в последнее время я даю уж слишком часто, кажется, что Март ждет от меня взрыва, и кажется, что в чем-то он все-таки прав.

 Ночь снова прошла, как и любая другая, без сновидений, но в их ожидании, а утром, сразу после завтрака, мы отправились на черный рынок Сарраша: присмотреться, примелькаться и, если повезет, найти саррашца, в руки к которому попали части гром-птицы. Жиром за завтраком сказал, что стая продолжает сокращаться, и еще, что кроме птиц в Меокте начали пропадать еще и василиски.

Провести нас должен был один из осведомителей: василиск, а не теневой, а вот добраться до места нам предстояло самостоятельно.

Мы сменили личины, на обычном рынке взяли сармисов и уже к полудню оказались у северной стены Сарраша. По слухам то, что мы искали, находилось за стенами и под дюнами. Старый город, ушедший под землю больше тысячелетия назад, точнее его южная окраина за стеной. Сам старый Уриш был по непонятным причинам запечатан и забыт.

Стража, дежурившая на стене, выезжающих из Сарраша путников не удостоила и взглядом, что наводило на мысли о том, почему черный рынок все еще не накрыли.

- Жиром сказал, - проследил за моим взглядом Март, - что Альяр знает о том, что творится почти под его ногами, но никак не может выйти на хозяина, поэтому выжидает.

- С учетом того, что за последние полгода василиск казнил почти половину своих советников, на месте хозяина я бы свалил подальше, - кивнул согласно. – Ну или попробовал бы договориться, как теневой хозяин Бирры или наш Борак.

- Вы с Кристофом достаточные психи, чтобы пойти на подобный шаг, - усмехнулся Март. – Альяру мешает гордость.

- Если стая птиц продолжит сокращаться, змею будет не до гордости, - натянул я поводья своего ящера, всматриваясь в однообразный пейзаж. – Он придет к этой мысли, рано или поздно. Даже Гротери заключил сделку с хозяином на востоке.

- Ты уверен? – нахмурился Март, поворачивая ко мне голову. – Я считал, что Северные земли избавлены от этого дерьма из-за ледяных волков.

- Сид недавно рассказала, - кивнул, сворачивая вслед за другом. - Ледяных на востоке почти нет, так что Алексу пришлось.

- Представляю, как он при этом матерился, - хохотнул Март. – У Гротери гордости и морализаторства на шестерых правителей хватит.

Я лишь дернул уголком губ, согласно кивая, умолчав о том, что Алекс хозяина чуть ли клятву перед Миротом принести не заставил, выдвинул такие условия, что несчастному человеку оставалось либо их принять, либо удавиться. И что-то мне подсказывало, что, когда Альяр дойдет до светлой мысли, мягче действовать вряд ли станет.

Я поправил ниам и пустил ящера быстрее, хотелось успеть попасть назад в город до заката, потому что Жиром должен был вернуться от Альяра с решением по нашему участию в расследовании. И что-то мне подсказывало, что василиск согласится. К тому же Варрик тоже должен успеть найти хоть что-то о Гленне Равен и его вдове к нашему возвращению. День и вечер обещали быть насыщенными.

А спустя пол-оборота мы с Мартом стояли возле колючих зарослей чего-то и груды плоских, наваленных друг на друга камней возле небольшого оазиса и наблюдали за тем, как василиск в темном, пропыленном халате уверенно стирает с них песок. Через несколько вдохов перед нами предстало небольшое углубление в камне справа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Проводник вставил в его центр рукоятку кинжала и повернул: три раза на восток, четыре на запад, и земля под ногами дрогнула, взвился в воздух песок, заставляя прикрыть глаза и крепче сжать в руках поводья занервничавших сармисов, потянуло холодом.

- Размах впечатляет, - прокомментировал Март представшую перед нами картину, убирая руку от глаз, когда это стало возможным. 

- Не стоит задерживаться, господа, - прошелестел василиск, первым делая шаг в темноту. – Мы же не хотим привлекать лишнее внимание.

Змей двигался уверенно и плавно, как и все змеи, нес себя с таким достоинством, как будто кровь в его жилах из чистого золота, а ступает он как минимум по ковру из шелка, голос звучал немного надменно, но без вызова. Судя по выражению глаз дознавателя слева от меня, он тоже был впечатлен небольшим представлением.

Я усмехнулся и шагнул на каменную широкую ступень, зажигая на правой руке светляка, потянул за собой ящера. Размах действительно впечатлял. Широкий свод, прочный камень и толстые стены, к удивлению тут не пахло сыростью или плесенью, просто тянуло прохладой подземелья, а ступени были отполированы почти до блеска, очевидно, тысячью ног.

Лестница уводила в темноту и, что удивительно для подобного места, в тишину. Под каменными сводами разносилось лишь эхо шагов, шуршание одежды и громкое сопение сармисов.

- Вы ищете что-то конкретное, господа? – прошелестел василиск, останавливаясь на площадке перед гранитной округлой дверью. Тонкая рука потянулась к рычагу на стене, а вход в каменный коридор закрылся с тихим шипением.

- Скорее да, чем нет, - бросил Март, скользя взглядом по стенам, полу, самому провожатому. Василиск явно начал сомневаться в собственном решении. Не потому, что что-то заподозрил, а скорее из природной осторожности. Нервно и неуверенно дрожала его тень за спиной, колебалась и дергалась, выдавая состояние мужчины.

Поздно он спохватился.

- Возможно, я помогу вам в поисках, если буду знать, что именно вы ищете.

- В этом нет необходимости, господин Риас. На мой взгляд, вам заплатили достаточно, чтобы вы выполнили свою роль и не лезли в наши дела, - пророкотал старый друг, добавляя в голос ехидство, замешанное со сталью.

- Да, конечно, я лишь желаю убедиться, что вы найдете то, что нужно.

- Не сомневайтесь, - вышел я вперед. – А теперь, будьте добры, откройте наконец-то проход.

Тощий, длинный, словно плеть, змей повернулся все-таки к двери, вставил в прорезь слева все тот же кинжал, провернул его, как ключ, и огромные створки с натужным грохотом наконец-то разошлись в стороны. В следующий же вдох коридор наполнился гомоном, звоном монет, звуками булькающего на жаровнях масла, кипящего чая, запахами мяса, кофе и чего-то сладкого, криками торговцев.

Чадили вокруг факелы, мерцали светляки и светильники, сновали змеи, оборотни, эльфы, взгляд выхватил из толпы даже несколько физалийцев, гордо выставляющих свои стрекозиные крылья. Я скривился, не удержавшись.

Пятнадцать лет прошло, а в Физалии, кроме королевы, не поменялось ровным счетом ничего. Кого-то жизнь ничему не учит. С другой стороны, полностью изменить тысячелетний уклад существования целой расы за все те же пятнадцать лет вряд ли возможно.

Рынок был действительно огромным: палатки и лавки стояли в несколько рядов, сновали вдоль них и среди толпы торговцы с тележками и коробами, мошенники и карманники, предсказатели.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- У самой стены – оружие, господа, ближе к центру – яды и редкие камни, а на окраинах продают зверей и рабов, - снова обратился к нам василиск. – Ваших ящеров можете оставить здесь, - проводник указал рукой налево, на огромный загон. – Их не возьмут, если увидят охранки. Желаю удачных покупок, - змей едва кивнул и тут же растворился в толпе.