Перерождённая (СИ) - Агидель Ксения

После объяснений Кэсадин о моей «находке», та вмиг стала серьёзной и быстрым шагом вошла в мою комнату, где сладко спала та, кто с первого взгляда, даже не зная об этом, зацепила меня, привязала к себе. Теперь я хотел быть только лишь с ней. Она моя пара, я это почувствовал. Истинную пару невозможно не узнать, это ощущается самим сердцем. Она моя шанлли!

Позже, выйдя из комнаты, Кэсадин рассказала мне, что эта девушка непростая, в ней течёт магия нашей сестры Эмарии, а значит, она перерождённая для нашего мира, чтобы спасти его от верной гибели.

Спустя какое-то время, я старался проявлять Лекси больше внимания, но она в упор не замечала моих действий, тогда я решил, что нужно попробовать другую тактику, что бы она обратила на меня больше внимания, а не просто как к брату Кэс. После долгих раздумий, я пришёл к гениальному плану, я стану её учить пользоваться магией, стану учителем и она, наконец, обратит на меня внимание.

К сожалению, всё пошло не совсем как задумывалось, я пытался сделать всё, чтобы она просила от меня внимания и защиты, но получил лишь звание «мучителя», что, к слову, меня огорчало. Когда всё более-менее пошло гладко, и сестра с Лекси отправились к озеру на отдых, я надеялся, что со свежими мыслями и расслабленным состоянием, я смогу к ней приблизиться и получить звание не только брата подруги и «мучителя», но и возлюбленного.

Какого же было моё удивление, когда две дорогие для меня женщины, пришли в компании четверых мужчин!

— Лисички, вас вообще одних отпускать нельзя что ли? — удивлённо спросил я, обводя всю эту компанию удивлённым взглядом.

Они вернулись домой с уже действующими мужьями Лекси и её хранителем, которым оказался тот самый феникс. Я решил больше не пытаться сделать какие-то попытки в нашем сближении, я просто понял, что не достоин её, пусть всё идёт так, как задумано этим миром.

Случай с призванными духами от Сербиуса, высосал из меня слишком много жизненной силы, я лежал в постели с отвратительным состоянием, но, когда думал о ней… Моей шанлли, то сразу становилось хорошо и спокойно.

В очередной раз думая о Лекси, я услышал, как ручка на двери дёрнулась и, посмотрев в ту сторону, из которой выходило нечто с растрёпанными волосами и безумием на лице, обомлел. Я, как испугавшийся ребёнок, вскочил и встал на кровати, выдвинув перед собой руки, чтобы в любую секунду запульнуть магическую сферу. Как вдруг, это нечто, искажённым голосом моей любимой заговорил:

— Выпей это зелье и станешь крокодилом, здоровым и сильным… — несносная девчонка… совсем меня прикончить решила, что ли?

— Рофики пушистые! Лекси! Ты что, совсем меня в могилу свести решила? — огласил я свою мысль, убирая руки и снова ложась в постель.

— Поверь, если бы хотела, ты уже был там! — с серьёзным лицом проговорила она, чуть снизив тон. — А-ха-ха, нет, Том, ну в самом деле… Я сейчас живот надорву, я больше не могу сдерживаться, ты бы себя видел!

— Ничего смешного в этом не было! — сказал я, и вдруг осознал причину, по которой она так смеётся, увидь я себя со стороны, то наверняка вообще не смог бы сдержаться даже секунды. Резко сменив гнев на милость, я подхватил её смех, и мы несколько минут не могли успокоиться.

— Так, всё, хватит, стоп!!! — она вдохнула глубже, успокаиваясь и вытирая тыльной стороной ладони слёзы от смеха, продолжила: — Вот, мы с Кэсадин старались, выпей, тебе станет легче.

Приподнявшись и взяв в руки эликсир, я одним махом выпил весь флакон, отчего мне мгновенно стало лучше. Неужели это из-за того, что к его приготовлению приложила свою руку моя шанлли? Подняв взгляд на неё, я не поверил своим глазам, она смотрела на меня с похотливыми нотками, я почувствовал её желание. Она хотела меня! Моя шанлли, наконец-то, увидела во мне мужчину! От своего восторга я хотел обнять и расцеловать весь мир, молясь, чтобы это оказалось именно так!

Глава 39

Лекси

После того, как парень выпил то, что мы с Кэсадин приготовили, ему сразу же стало лучше. Было видно, как прямо на глазах он приобретает нормальный цвет лица, а самое главное, я почувствовала, как его жизненная энергия приходит в норму. Это, конечно, просто невозможно, так быстро восстановиться из-за эликсира, но, да что я несу? Это магический мир, здесь всё возможно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мой взгляд снова упал на его обнажённое тело, губы пересохли, отчего я провела влажным языком по ним, а Томас не упустил этого момента, заметив мои действия. В одно сердцебиение он приблизился ко мне, взял меня за подбородок и, наклонился к левому уху, опаляя своим горячим дыханием, пробуждая волну мурашек и желания. Я не понимаю, что со мной творится…

— Лисичка, я больше не могу сдерживать себя в руках, — прошептал парень, отчего внизу живота завязался приятный тянущий комочек желания.

— Я тоже, — также, еле слышно, ответила я, а затем, после моих слов, он поцеловал меня.

Этот поцелуй был не как впервые с мужьями, в нём не было робости. Томасэвиан сразу прижался к моим губам требовательно, властно, будто этого момента ждал всю свою жизнь. Нас захлестнула волна страсти и возбуждения, весь мир будто перестал существовать, всё было просто неважным. Только я и он, только наши губы и тела.

Когда мужчина понял, что я не отстраняюсь, а подаюсь навстречу, его действия стали ещё решительнее. Его руки бродили по моей спине и груди. Ловко расстегнув молнию на плече, он стянул одним движением мой костюм, благодаря чему, я осталась в одном нижнем белье, точнее в одних трусиках, потому как кружевной лиф отправился следом за шёлковым брючным костюмом.

Потянув меня за руку, он ложится на спину и увлекает меня за собой. Я оказываюсь сверху, Томас прижимает меня к себе и целует с новой страстью, с новой настойчивостью, сгорая от желания. Пальцы запутываются в моих волосах, губы мягкие, пылающие, как огонь и мёд. Моё тело дымится. Немного отстранившись, Томас целует меня в нижнюю губу, прикусывая её на мгновение. Его кожа на несколько градусов горячее, чем была секунду назад. Он водит губами по моей шее, а я глажу его грудь, живот, плечи, не понимая, почему в моём сердце набатом стучат товарные поезда, а грудь Томасэвиана хрипит, как сломанная гармонь.

Уложив теперь меня на спину, он наклонился, прижавшись губами к моей щеке лёгким прикосновением — и это лёгкое прикосновение послало дрожь сквозь мои нервы, дрожь, заставившую трепетать всё моё тело.

— Если ты хочешь меня остановить, то скажи это сейчас, — прошептал Томас. Когда я промолчала, он коснулся своими губами впадинки у моего виска. — Или сейчас. — он провёл линию по моему подбородку. — Или сейчас. — его губы находились в опасной близости от моих губ. — Или… — но я притянула его к себе, и окончание его слов затерялись у моих губ. Он целовал меня нежно, осторожно, но не мягкости я сейчас хотела, не сейчас, не после всего, что сейчас было… И я, сжав его рубашку в кулаках, сильнее потянула его к себе. Он тихо застонал, низким гортанным звуком, а затем, обхватил меня руками, прижав к себе.

Он стал спускаться ниже с поцелуями, оторвавшись от моих губ, проведя дорожку нежными прикосновениями губ по шее и ключицы, парень добрался до налитой упругой груди с чувствительными, набухшими вершинками. Когда он взял один из них в рот и слегка прикусил, я получила разряд по всему телу, который остановился лишь внизу живота, отчего из меня вырвался лёгкий стон, а моё тело чуть выгнулось дугой.

Заметив мою реакцию на его прикосновения, Томас подул на вершинку и опустился ещё ниже, покрывая поцелуями каждый миллиметр моего тела на пути к главному. Разорвав на мне трусики и откинув их на пол, он прильнул к моему самому сокровенному месту. Лаская языком между складочек и дразня пальцами внутри, мужчина почувствовал, что я уже на грани. Я действительно больше не могла сдерживаться, мне хотелось принять его в себя и получить взаимную разрядку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Хитро мне улыбнувшись, Томасэвиан снова накрыл своими губами мои, нежно кусая нижнюю губу и переплетаясь своим языком с моим, а после, сразу же вошёл в меня. От неожиданности, во мне смешался и крик, и стон, моё тело изогнулось, а ноги обвили его бёдра, позволяя мужчине входить в меня глубже.