Вера Чиркова - Глупышка (СИ)

— Подождите, Эсталис! — Остановил девушку герцог, — так вы что… считаете, что она… там?!

И он показал пальцем в сторону окна, куда недавно так храбро лазила глупышка.

— Не считаю, а видела, — печально кивнула монашка, — и больше видеть не желаю. Потому и ухожу и Хара заберу… и если вам интересен мой совет, вызовите начальника городской стражи и пусть его люди этим занимаются. И лучше не принимайте сегодня гостей. Иначе вечер будет посвящен не вам, а этой воровке.

— И еще… — уже с лестницы оглянулась Эсталис, — не забывайте, Змей, про пункт двенадцатый.

— А что там в двенадцатом пункте? — герцог, прятавший в кошель платочек с завёрнутыми в него ценностями, невольно хлопнул себя по карману, где в дороге хранил контракт и нахмурился, — а сколько дней прошло?

— Не волнуйся, я выучил все тринадцать пунктов наизусть, — успокоил его не менее хмурый граф, — двенадцатый пункт гласит, что не при каких обстоятельствах нельзя никому сообщать об участии сестер Тишины в каком-либо происшествии.

— Значит, мы должны всем сказать, что сами нашли драгоценности? И эту… Лиззи, — покосился в сторону окна герцог, — только не пойму, почему ее не унесло водой.

— Я посмотрю, — двинулся к окну Дагорд, но граф схватил его за рукав.

— Не смей! Ты же помнишь, что сказала Эсталис, теперь нужно быть еще осторожнее!

— Я не буду вставать на окно, просто выгляну, — Змей снял плащ, бросил его на подоконник, и сначала встал на колени, а потом и вовсе лег, свесив наружу голову.

И уже через минуту повернул лицо вверх, рассмотреть край крыши, где сделала свой тайник погибшая воровка.

— Там большой осколок скалы, — мрачно сообщил он Герту, возвращаясь и отрясая плащ, — и она попала в расщелину между ним и подножьем стены. Ты же знаешь, что к этой башне вода не подходит. Придется отсюда спускать людей на веревках, а потом опускать тело в лодку. Мне почему-то не хочется втаскивать ее в замок.

— Мне тоже, — глухо пробормотал его светлость, вспоминая, какой миленькой и проказливой была кареглазая Лиззи. Ну чего ей не хватало, он ведь не скупился ни на наряды, ни на украшения?!

Глава 14

На ужин Эсту пришел приглашать дворецкий. Вежливо постучав в дверь, вошел, удивленно поглядел на ирбиса, растянувшегося у ног сидящей в кресле девушки, и сообщил, что ужин подан в малую столовую, поскольку сегодня его светлость сказался больным и велел никого не принимать.

— Что вы говорите?! — очень натурально встревожилась глупышка, — я говорила, что в такую ветреную погоду лучше не гулять по стенам. Так может мне не ходить в столовую, а попросить принести ужин сюда?

— Его светлость желает, чтоб ему почитали, — в голосе слуги скользнуло огорчение, — у него сегодня плохое настроение.

— Ах, ну тогда конечно, — девушка собрала в дорожный мешочек для рукоделья недовязанные кружева и встала с места, — а вы не знаете, что так расстроило его светлость? После обеда, на прогулке, он казался мне вполне всем довольным.

— Нашли Лиззи, — понизив голос, сообщил дворецкий, — это наша горничная, пропавшая весной. Очень ловкая была особа, ну, вы понимаете, почему я вам это говорю. Чтоб не задеть случайно этой темы, и книжку выбрать осторожно.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Эста дворецкого за такую заботу о господине, — я постараюсь. Идем, Хар, будем сегодня говорить о тебе.

— Вот вам списки, — перейдя после ужина из столовой в соседнюю гостиную Змей протянул Эсте несколько листков дорогой бумаги.

— Спасибо, — свернутые листки мгновенно исчезли в одном из незаметных карманов, которых, как начинал понимать граф, было на юбке монашки в несколько раз больше, чем положено самой запасливой девушке, — я посмотрю их вечером. А описаний или каких-то особых примет вы туда не добавили?

— Нет, но я могу это сделать.

— Буду ждать, — серьезно кивнула монашка, посматривая на герцога, принесшего в гостиную бутылку красного лиарнского, с которым он подружился еще за ужином.

— Можно задать вам вопрос, — дождавшись, пока слуги уберут посуду и уйдут из столовой, плотно прикрыв двери в коридор, приступил к расспросам Змей, — как вы догадались, откуда Ирбис принес чепчик?

— Можно, — спокойно сообщила глупышка, — только заберите сначала у его светлости бутылку и унесите подальше. У меня для вас важное сообщение, а разговаривать с пьяными герцогами я не люблю.

— Эсталис! — оскорбленно поджал губы Геверт, — я не давал вам права…

— Ах, простите меня, ваша светлость, — несчастно захлопала глазами монашка, — так про что вам почитать? Вот вполне достойная книга…

Эста наугад взяла верхний из томов, принесенных слугами, и открыла на первой странице.

— Жизнеописание великого короля Ангерна третьего, прославленного полководца и мудрого правителя, составленное братьями монастыря таинства Равновесия в лето семнадцатое после…

Минут пять Эста хорошо поставленным голосом профессиональной чтицы перечисляла совершенные дальним предком короля деяния, в основном походы в приграничные районы и нападения на сопредельные крепости.

Наконец герцог, нарочно наливший в бокал вина, не выдержал.

— Эсталис, прекратите.

— Как угодно вашей светлости. Я могу идти?

— Не можете. Вы хотели мне что-то рассказать.

— Разве?! Не может быть. Вы что-то спутали. Позвольте мне уйти… или желаете, чтоб я еще почитала?

— Тебе лучше отдать мне бутылку и бокал, Герт, — сочувственно сообщил Дагорд, — иначе она так и будет читать.

Эста сидела с таким безучастным видом, словно говорили не о ней.

— Змей! — снова возмутился герцог, и Эста встала с места.

— Спокойной ночи, ваша светлость.

Геверт смотрел, как она невозмутимо идет к двери, так гордо неся свою скромную прическу, будто это она герцогиня, и все яснее понимал, что об ее непреклонность легко разобьются все способы, какими он умел управлять людьми.

— Хорошо, — с досадой стукнул он бокалом, — заберите эту бутылку. Но неужели, по-вашему, я похож на пьяницу?

— Я не делаю предположений, — холодно отозвалась глупышка, наблюдая, как Змей уносит в столовую вино, — но так же не желаю, чтоб вы неверно поняли мое сообщение.

— Хорошо, — устало сдался Геверт, и сам понимавший, что она права.

Не пристало человеку его положения всякую трудность или неудачу праздновать вином, как какому-то сапожнику.

— Вы хотели сказать нам про чепчик, — поторопился Змей увести разговор на более безопасную тему.

— Как вы помните, он был грязный и сырой, — невозмутимо села на место Эста, — а почва в парке намного суше, дожди, как мне сказали слуги, были на прошлой декаде. Стало быть, он лежал в таком месте, где нет сквозняка, и не попадает солнце. И таких мест несколько, но нигде не было видно ямки. А Хар этот чепчик выкопал.