Соня Сэнь - Колыбель чудовищ

— Не волнуйся, мне хватит стакана холодной воды. Я еще не успела проголодаться. А вот тебе не помешает чашечка крепкого кофе, милый.

Потянувшись с изяществом кошки, она выскользнула из постели и, обнаженная, направилась в ванную. Через минуту оттуда донесся шум льющейся воды.

— Ну, ты идешь?

Игорь, ошеломленный нелепостью ситуации, поднялся с кровати и, как во сне, пошел на ее голос. Что она предложит ему в следующее мгновение? Потереть ему спинку? Приготовить ему завтрак? Прокусить его артерию?

Душ они принимали вдвоем. Мари позевывала, расслабленно прильнув к его груди — наверное, привыкла спать в дневное время. Игорь осторожно касался мочалкой ее нежной кожи, боясь оцарапать ее, такую тонкую и нежную, почти прозрачную. Волосы ее, даже намокнув, продолжали топорщиться озорными пружинками.

— Ты очень красивая, — тихо сказал он.

Мари самодовольно улыбнулась.

— Знаю.

— Это потому, что ты — вампир?

— Не только, но в основном — да. Они не обращают некрасивых. Заботятся о породе.

— Они?

— Создатели таких, как я. Вриколакосов. Вторичных. Но тебе не стоит всего этого знать, милый — здоровее будешь. Я и так подвергла тебя опасности, придя сюда во второй раз. Теперь ты знаешь о нашем существовании.

— Я знал это и в первый раз.

— Да, но ты меня не запомнил. Все бы постепенно стерлось из твоей памяти, как дурной сон.

— Так зачем ты пришла?

Она теснее прижалась к нему, привстала на цыпочки — она была ниже его на голову — и потерлась носом о его щеку.

— Ты мне понравился. Особенно после того, как я вкусила твоей крови и узнала о тебе все… А я тебе нравлюсь, милый?

Он сглотнул, не в силах отвести глаз от ее мокрых, полыхающих маком губ.

— Очень.

— Я рада. Я побуду с тобой… еще немного. Скоро мне придется уйти. Но я еще вернусь… возможно. Если захочешь.

— Я хочу.

— Я вижу, — лукаво шепнула она в его ухо, и ее ладони с коготками-полумесяцами медленно скользнули вниз по его телу. Каждое ее прикосновение было обжигающим и вызывало в нем дрожь, которую он в последний раз испытывал при виде девушки еще в подростковом возрасте. Он просто физически не мог сопротивляться Мари. Поэтому он зажмурился, наклонился и принялся неистово целовать ее губы под льющейся им на головы водой, готовый отдать всю свою кровь за упоительные мгновения эйфории, которую дарила ее близость. Но в этот раз она не стала пить его кровь. Хотя без укусов и не обошлось…

— Мне обязательно туда идти? — уныло уточнила Яна — раз в третий за вечер. Ей совсем не улыбалось полночи провести в компании вампиров, и, хотя Алекс и обещал ей, что на вечеринке будут и другие люди, страхов ее этот факт ничуть не убавил.

— Женщина, что за капризы? — холодно осведомился Каин. — Я сказал — пойдешь со мной, значит, так тому и быть!

Они находились в спальне Каина — впервые за все время проживания Яны в новом доме. Выдержанная в мрачных темных тонах, она была весьма скудно обставлена: огромная кровать, застеленная черным шелком, старинный трельяж, стулья, стол да пара кожаных кресел по углам комнаты. Стена была застекленной, как и в спальне Яны, но доступ свету перекрывала тяжелая плотная портьера. В общем, обстановка была готичной, под стать хозяину дома.

Обнаженный по пояс Каин сидел перед зеркалом, а Яна, наконец-то, исполняла свои обязанности слуги — расчесывала его длинные волосы, роскошным водопадом струившиеся по его спине. Дело это было трудоемкое, учитывая, что космы он за многие годы отрастил чуть ли не до колен. Погрузившись в свои мысли о предстоящем выходе в свет, девушка нечаянно дернула спутанную прядь расческой, и Каин зарычал на нее, оскалив рот с мгновенно удлинившимися клыками. После этого Яна, ни жива ни мертва от ужаса, не могла издать и звука, не говоря уже о том, чтобы приставать к нему со своими просьбами. Ее руки дрожали, касаясь его волос, щеки или плеча, а глаза щипали невольные слезы. Ей было и страшно, и обидно — за эти дни, что они с Каином провели под одной крышей, она начала уже привыкать к нему, начала надеяться, что он не причинит ей вреда. Его насмешливые ухмылки и ехидные реплики в ее адрес стали казаться ей подобием панциря, прикрывающего нечто большее, чем сумасшествие уставшего от вечности вампира. И этот его странный взгляд, как тогда, в баре, или ванной Джейдена… Так он смотрел на нее в парке, когда она впервые его увидела, и в саду, где она пряталась за кустом сирени. Так смотрят друг на друга люди после долгой разлуки, молча вопрошая — ты узнаешь меня? Но эти его выходки! Как к ним привыкнуть? К этим жутким клыкам, иномирным черным глазам, нечеловеческой силе и скорости…к осознанию того, что он пьет кровь.

— Хватит. — Каин вдруг резко вскочил со стула, выдернул из ее руки расческу и, бесцеремонно ухватив девушку за локоть, подтолкнул ее к двери. — Иди лучше, займись своим внешним видом! Твое сердце так колотится, что у меня клыки скрипят от жажды.

Повторять дважды ему не пришлось — Яну как ветром сдуло. Каин усмехнулся, глядя ей вслед. Где-то в глубине коридора хлопнула дверь в ванную комнату, донесся приглушенный шум льющейся воды. Девчонка пошла принимать душ. Умопомрачительный запах ее насыщенной адреналином крови до сих пор витал в комнате. Пожалуй, он слегка переборщил с запугиванием. Приходилось все время напоминать себе, что она — всего лишь человек, слабый, пугливый, уязвимый. Один лишь вид его клыков приводил ее в полуобморочное состояние — что же было бы, вздумай он ее укусить? Она ведь не поддавалась гипнозу… Впрочем, он и не стал бы пытаться ее "зачаровать". Это было бы слишком…скучно.

Яна подставила лицо теплым струям, закрыла глаза, чувствуя, как напряжение постепенно покидает ее тело. Ей вдруг отчаянно захотелось домой, назад, в привычный, такой знакомый и надежный мир, пусть скучный, пусть серый и предсказуемый — но относительно безопасный. В жизнь, где не было вампиров, страха, одиночества. Где не было Каина…

Она взяла с полки цитрусовый гель для душа, и по ванной поплыл тонкий горьковатый аромат грейпфрута. Интересно, а Каин вообще моется? Должно быть, в его спальне была отдельная ванная комната. Обычно он выглядит довольно чистым, хорошо пахнет, вопреки ее представлениям о вампирах, и всегда гладко выбрит. Хотя, с чего она взяла, что вампиры вообще бреются? У всех них от природы гладкие нежные лица фарфоровых кукол, даже у мужчин… Люди по сравнению с ними кажутся грубыми поделками, смастеренными неумелыми руками. Зато люди не пьют кровь себе подобных.

Спустя четверть часа, хорошенько отмокнув и окончательно успокоившись, Яна укуталась в длинный махровый халат и тихо проскользнула в свою комнату. В предстоящей поездке на открытие клуба радовало одно: встреча с Алексом. Из всей виденной ей компании вампиров он единственный не внушал ей страха и, более того, был ей симпатичен, возможно, потому, что в момент знакомства она еще не знала, кто он такой. Он внушал ей доверие с той самой встречи в лунном парке. Каин же напоминал ей прекрасного волка, которым нельзя было не восхищаться со стороны, но приближаться к которому было смертельно опасно. А она жила с этим волком под одной крышей…