Тушемля. Дети Велеса - Тина Крав

ребенок Велесов. Тут не поспоришь. -Так как он проклятие снять может коли человек? - резонно заметил Зорян, рассматривая стоящую напротив девицу. - Ведающие говорят, что он род объединить должен. Новой силой напитать, - пожала та плечами и с интересом посмотрела на него, - так ты наш волхв? -Не думаю, - ответил Зорян, отводя взгляд в сторону, - при родителях рос. Род свой ведаю. Пращурам с измальства поклоняюсь.С ее губ сорвался разочарованный вздох. И она машинально вновь отряхнула свою одежду. -Откуда ты?-Тушемлинский я. С верховьев Сожи.Девица призадумалась, поднеся руку ко рту и постукивая пальцем по губе.-Слыхала, купцы, что с Батеков шли, на праздник туда собирались. Говорят нового волхва посмотреть хотели, - ее взгляд скользнул по его лицу, - значит указал Велес на сына. Ты тепереча волхв?-Вроде как, да. Но мне еще на Комоедицу надо с хозяином леса сразится. Силу свою показать. Так что я пока ведающий. А стану или нет волхвом, по весне ясно станет.-Но тебя Велес выбрал.-Выбрал. Но и свое право мне ему тоже доказать надобно.Девица кивнула и встревоженно оглянулась. -Темнеет. Мне домой воротиться пора. Пошли со мной. С отцом да братьями познакомлю. -По утру зайду, - оборвал ее Зорян, - а ночь в лесу проведу.-Не боязно тебе? -Боязно, - признался Зорян, - да попривык я уже.-А путь куда держишь? -Не знаю. Сказано было на север идти, в земли, где кривичи осели. Да возвращаться мне скоро надобно. По губам девицы мелькнула улыбка. -Так ты пришел, мОлодец. Мы и есть те, кого кривичами величать стали. Оттого, что рода крепко держимся. Землю родимую помним и пращуров своих чтим. Кровь наша в нас сильна и силу свою из рода в род передает. -Вот как, - пробормотал себе в бороду Зорян, поднимая взгляд к темным макушкам деревьев, - я думал вы дальше осели. Выше по течению. Там, где Двина Славутичу песни на закате поет.-Там тоже живем. Да места там кривые, сложные. Болот много. А землю пахать, да урожай собирать итого сложнее.-Кривые…- с нотками горечи произнес Зорян, чувствуя, как в душе обида возникает, за землицу родимую, - места здесь хорошие. Красивые. Богатые. Только жить. А чтобы урожай собирать, потрудиться надо. Каждому колоску в поле не раз поклонится. Тогда и урожай отменный будет.-Мы трудиться не брезгуем. И не жалуемся. Наши деды сказывают, что когда-то еще их деды, уходили с этих мест, когда зима да стужа лютая здесь до самого лета стояла. Да и летом снега почти не таяли.-Уходили, лучшей земли искать. Что же воротились? – приподняв брови спросил Зорян,- чужбина так и не стала родной матушкой? -Своя земля сердцу милее, - тихо ответила девушка, опуская голову, - знаю, не любите нас, за то, что тогда ушли. Но и вы могли за нами последовать. Но не захотели. Да, вы выжили. Но и нас винить не стоит, что лучшей доли искали. Ты вон тоже по земле ходишь.-Так тож по своей, родимой хожу, - парировал Зорян. В его памяти всплыли слова старого волхва и он добавил, - да и не виню вас, человек всегда ищет, где лучше. А мы с вами одного дерева ветки. Пращуры у нас общие. Как корни у дерева одни. Чего уж друг на друга серчать? Помогать да поддерживать друг дружку надо.На лице девицы вспыхнула надежа, а по губам пробежала робкая улыбка. -Твоя правда, волхв, - молвила она, - мудро мыслишь. Зорян ничего не ответил, лишь взглянул на стремительно темнеющее небо.-Пойдем до избы провожу. А то мало ли кого еще в лесу повстречаешь. Хватит с тебя и болотника. -Меня Сияной звать, - прямо глядя в его глаза представилась девица. Зорян кивнул, внимательно вглядываясь в нее.-То родовое имя, али так тебя кличут? -Кличут меня Славяной, - призналась она. -Так что ж ты чужаку родовое имя открываешь? – пожурил ее Зорян. -Так тебе можно, - спокойно пожала она плечами, -ты меня вон от смертушки спас. И ты сын Велесов. Отчего ж тебе правду не молвить? Мужчина кивнул. -Меня Зоряном кличут, - просто сказал он. Родовое имя он открывать не собирался. Ему еще силу набирать, кто знает, что натворить могут? Лучше поостеречься. Да и не знал никто его родового имени кроме Осьмуши, старого волхва, да Годлава. Славяна спокойно восприняла лишь одно его имя. Обхватила себя руками, поеживаясь от пробирающей ее прохлады. Ярило уже спрятался за горизонт, и мокрая одежда неприятно льнула к девичьему телу. Заметив то, Зорян протянул ей руку. -Пойдем, ворочу тебя отцу. Хватит тебе по лесу шастать. Далеко твое селище? -Нет, там, на излучине. С Демидовки я. Зорян направился в указанном направление. Вскоре перед его взором предстало, обнесенное частоколом укрепленное поселение. Кругом был выкопан небольшой ров, наполненный водой. Через него, к воротам вел небольшой мост, по которому могла проехать в одну сторону телега.-Вот наша Демидовка, - с гордостью в голосе проговорила Славяна. -Вы одни тут живете? Али есть еще кривичи?-Есть, - согласно кивнула Славяна, - там, чуть южнее Лубня. А там, на том берегу Славутича, в двух днях пешего хода Гнездовское селище и Батеки. -А Двина севернее?-Ну да, там где борейские ветра дуют. *( холодные северные ветра) Зорян задумчиво обвел взглядом пространство. Места просторные. Ничуть не хуже их, тушемлинских. Коли сюда Велес их ведет, научатся жить и здесь. С кривичами мир найдут. Землицы-то на всех хватит. Вон ее сколько. -Так ты придешь по утру? – робко переступив с ноги на ногу спросила Славяна, бросая на него искрящиеся заинтересованные взгляды. Зорян кивнул, думая о своем.-Зайду, - коротко бросил он и девица, поклонившись, направилась к мостику, время от времени оглядываясь на него. Зорян постоял немного, дождавшись, когда она ступит за ворота, и отвернувшись побрел в лес. Найдя удобное для ночлега место, между поваленных деревьев, собрал немного опада и хворосту, расстелил поверх них шкуру и блаженно вытянулся. Его взор устремился вверх. Туда, где на фоне темного неба смыкались острыми пиками верхушки деревьев. Между их ветвями можно было даже рассмотреть вспыхивающие белесоватыми огоньками искры звезд. Где-то вдали раздался рык медведя.Зорян прикрыл глаза, прислушиваясь к ночному лесу. Как-то неспокойно было на душе. Что-то тревожило его. Усевшись на шкуре и скрестив ноги, он попытался понять, что его беспокоит. «Осьмуша» Сердце тревожно сжалось в груди, стоило образу любой девушки предстать перед его взором. Мужские пальца запутались в медвежьей шерсти. Зорян сосредоточился на своих ощущениях.