Офень флая федьма - Елена Амеличева

того достаточно, — сухо ответила ему, кивнув на поленья, разложенные с бочка пышущей жаром печи.

— И что, обратно тащить? — зло уставился на меня.

— Как хочешь, — пожала плечами.

Селина, сводница чешуйчатая, попадись ты под руку! Мирить нас с Эзрой вздумала, видите ли! Сталкивает нас лбами специально. Думает, раз она влюблена, так и всех остальных в это состояние ввести надобно. Я еще с ней поговорю. Прохиндейка этакая!

— … сами не знаете, чего хотите, — донеслось до меня бурчание демона.

Бросив дрова рядом с остальными, направился к выходу. Сейчас еще и дверью демонстративно хлопнет, чтобы все кастрюльки испуганно подскочили. Вот, я кивнула, так и есть. Ну и черт с ним! Как сказала бы моя бабуля, пусть тетешкает свой гонор, коли больше заняться нечем.

Так, а рагу меж тем почти готово. Оставляем томиться на небольшом огне. Скинула фартук, сполоснула руки и поправила волосы. Пора бежать на рынок, пока самое вкусное не раскупили!

— Сильвер! — позвала, выйдя в сад. — Сильвер!

Да где ж его носит? Опять розарий мой разоряет, чтобы Селине постель лепестками усеять? Романтик с жабрами, разорение сплошное! Чем свадьбу украшать буду, спрашивается? Ох уж эта любовь!

— Марьяна, он купаться ушел, — сообщила русалка, подойдя ко мне.

— Как это? Сказано же было ему, что на рынок поедем! Купаться и закупаться — две большие разницы!

— Я сбегаю, позову его.

— Не надо, так мы к пустым прилавкам явимся. — Махнула рукой. — Сама справляюсь. Попрошу кого-нибудь на месте помочь. Работнички! — ругаясь, потопала к телеге.

На ней обнаружился Эзра.

— Ты-то тут чего позабыл? — удивилась я.

— Ведьма, ты издеваешься? — рыкнул обиженно. — То нужны дрова, то нет! То за покупками едем, то чего здесь делаешь! Определись уже, хватит меня мотылять туда-сюда, как малОго на посылках!

— Селина сказала, чтобы помог с закупками? — покосилась на русалку, что шустрой рыбкой нырнула в дом, увидев, что я ей кулак показываю.

Дождется у меня, интриганка!

Ладно, делать нечего, на безрыбье — вернее, безрусалье — и демон щука.

— Хватит бухтеть, — велела ему, сев на телегу, — поехали!

Напряженная спина моего извозчика укоряюще молчала. Умеют же некоторые так красноречиво выражать свою обиду! Ни слова не сказал, а в тебе чувство вины буйным борщаком цветет и пахнет. Эх, и все же как тоскливо вот так ехать. Ни потрендеть ни о чем, ни сплетни свежие обсудить. А что? Нехорошо соседям кости перемывать, да. Но кто не любит посудачить о других, тот просто не любит людей. Истина спорная, но так бабуля моя говорила.

Я протяжно выдохнула. Скукотища!

— Чего вздыхаешь? — осведомилась спина.

То есть, демон.

— Размышляю о том, чего это ты такой обидчивый.

— А то так будто причины нет.

— А то так есть?

— Ведьма, тебе совесть при рождении совсем не выдали? — развернулся, зыркнул на меня. — Пожадничали?

— Кто бы говорил! Сам целоваться полез, отлуп получил и сам же обиделся, что от восторга до небес не запрыгала! — фыркнула, злясь. — Какие мы ранимые, надо же!

— Ты все на деньги перевела, меня выставила охочим до баб и озабоченным, как твой муженек, обвинила во всех смертных грехах, словами отхлестала и умчалась, хвост задрав, как корова, что дурман-травы объелась!

— Чегоооо? — я аж едва с телеги не свалилась. — Ты чего это несешь такое⁈ Кто тут корова⁈ Ты совсем… совсем…

Договорить не успела — случилось такое, чего и вовсе не ожидала!

Глава 32

Сплетни

Уверена, что и демон не ожидал того, что одно колесо у телеги решит более не сотрудничать с оставшимися тремя и, отвалившись, весело ускачет по полю — прямиком на свидание к стоявшей вдалеке мельнице, очевидно. И все бы ничего, но его подлое предательство произошло на скорости, что заставило телегу заскрипеть и ухнуть на бок. В итоге мы с Эзрой полетели прямиком в близлежащую канавку, из которой слышалось задорное кваканье местных лягух.

Демон приземлился первым, на спину, а я следом, прямиком на него. Не скажу, что это меня порадовало — мужчина оказался жилистым и твердым, а вовсе не мягким, как матрас, набитый гусиным пухом.

— Пшла вон! — грозно рявкнул рогатый.

— Хам! — обозлилась я, и без того находясь в недобром расположении духа.

Еще бы, какая женщина будет благодушно улыбаться после того, как ее сначала обозвали дурной коровой, а потом увлекли в тележную аварию, проглядев колдобину на дороге?

— Да я не тебе, Марьяна, — отвел от себя беду копытный, — а ей вон, — кивнул на лягуху, что сидела рядом, явно не радуясь тому, что в ее благоустроенную, полную сочной грязи и жирных мошек канаву шлепнулись незваные гости.

— Может, это принц, заколдованный, — съязвила я, решив пока что не прибивать демона. — Надо его поцеловать и он обратится в идеального мужчину.

— Рискни, — ухмыльнулся Эзра, — погляжу.

— Не буду.

— Почему?

— Потому что тебя целовала, толку-то? Нормальный демон превратился в бурчащее злобное отродье, что-то себе надумав и обидевшись. Так что, видимо, у меня поцелуй-отмычка работает в обратную сторону.

— Чего⁈

— Чего слышал! И вообще, вылезай отсюда. Я смотрю, ты на самом-то деле вовсе не копытный, а жаба!

— Не язык, а помело! — гаркнул, встав и поставив меня на ноги. — Никакая я не жаба!

— А чего тогда тебя так канавы к себе манят? — резонно возразила, отряхивая платье. — Нашла тебя в сточной яме. Сейчас тоже…. Ай! — вскрикнула, когда он подхватил меня на руки. — Ты что творишь?

— Я бы тебе сказал, что мечтаю с тобой сотворить, ведьмочка, — жарко выдохнул Эзра. — Но после этого ты меня оплеухой угостишь, уверен. Или все же сказать? — ухмыльнулся, обжигая сиянием глаз.

— Н-не надо, обойдусь, не любопытная.

— Тогда посиди тут, — усадил на облучок перевернутой телеги. — И постарайся не угодить в новые проблемы, хорошо?

— Не обещаю, — из вредности бросила в его спину и улыбнулась, глядя на то, как он, такой красивый и мощный, шагает к мельнице.

Не будет у колеса свидания с мельницей, шишеньки ему. И демону того же отсыплю. Пусть помучается, нахал!

Рынок ударил в нос дикой