Выбрать Зверя - Ляна Вечер

— И ты себя, — похлопав меня ладошкой по спине, улыбается грустно. — И немого своего береги, — кивает на дверь кухни. — Взаимная любовь — самая большая награда в жизни.

Я закрываю замок, слушая, как Юва спускается по ступенькам, и на глаза наворачиваются слёзы. Мы с ней не подруги. Совсем нет. Но я по-женски понимаю волчицу. У меня был муж, который любил не меня, а комфорт, который ко мне прилагался. Кай в этом смысле чем-то похож на Колю.

— Юва ушла, — захожу в кухню и, присев за стол, подпираю щёки кулаками.

— Угу, — Ивар ест тушёнку прямо из банки.

Последние консервы, больше нет…

— Это выбор Ювы, — вздыхаю. — Важно, что ты меня понял и был готов ей помочь, — сажусь на табуретку рядом с любимым и кладу голову ему на плечо. — Ты лучшее, что есть в этом мире, — шепчу и глажу его по руке.

Оборотень на мгновение замирает с ложкой у рта, а потом втыкает её в тушёнку и встаёт. Он делает вид, что занят уборкой посуды со стола, а на деле прячет от меня лицо. Ивар больше не стесняется страшного рубца на щеке — он знает, что я люблю его таким, какой есть. Волк прячет от меня влажные от слёз глаза. Мои слова попали в самое сердце оборотня, но он не хочет, чтобы я видела эти эмоции. Ивар — самец, защитник, моя стена. А слёзы он расценивает как слабость. Но этот волк сильнее всех, кого я когда-либо знала. Сильный телом и духом мужчина.

— Нужно ехать за едой, — разбавляю тяжёлое молчание.

— Поэхали, — тихо отзывается любимый.

Каждая вылазка — большой риск не вернуться. Какой мир — такие перспективы, и с этим, увы, ничего не поделать.

* * *

Последние несколько дней чётко дали понять, что оставаться в нашем районе нельзя. Ворги вкрай озверели! Ходят стаями по десять голов по двору, вламываются в подъезд. Вчера вообще в квартиру пытались попасть — дверь расцарапали. Я с психу пошёл валить тварей и валил их всю ночь. К утру стало тихо. Надолго ли? Сутки максимум. Потом снова начнётся… И неизвестно, чем закончится.

Самое хреновое, что такая ситуация во всём городе. Оборотней в день гибнет в два, а то и в три раза больше, чем гибло ещё неделю назад. Ворги множатся в геометрической прогрессии. Единственный спокойный район в Дестрое — тот, который держит Альфа-слюнтяй.

Всё утро я ходил сам не свой — думал, как быть. Единственное решение — переезжать в безопасное место. Понятно куда… Мысль об этом встаёт поперёк горла, давит на нервы и страшно злит. Но у меня есть моё рыженькое счастье — любимая девочка. Моя пара. Ради неё я готов на всё. Придётся наступить себе на глотку и потерпеть соседство слюнявого. Лишь бы с Венерой ничего дурного не случилось. Это главное.

Решаю ехать к Альфе. Пока ворги под впечатлением от ночной бойни, близко сюда не сунутся. И это хорошо. Брать с собой Венеру я не собираюсь — она остаётся дома под защитой фамильяра. Да и наша с девочкой связь предупредит меня, если ей будет грозить опасность.

Если я буду один, то смогу переступить через себя и договорюсь со слюнявым. Но если со мной будет рыженькая — не уверен. Эта встреча — перелом в отношениях с соперником. Нельзя облажаться. От результата зависит наша с Венерой жизнь. Признавать это горько, но я признаю.

— Ты уверен, что жить на районе Кая — хорошая идея? — моя истинная расхаживает по комнате, пока я собираюсь.

— Нэт выб-бора, — объясняю коротко.

Кроме того это ненадолго. Мне нужен надёжный тыл, чтобы спокойно подумать, как выбраться из Дестроя. Говорят, это нереально. Много чего говорят, а нужно действовать. Этим и займусь, как только мне не придётся каждый день пачками убивать воргов.

— Ты прав, — Венера обнимает меня сзади, — выбора нет. Я буду ждать тебя, Ивар. Пожалуйста, возвращайся.

— Вэр-рнусь, — обещаю негромко.

Я всегда возвращаюсь. Сам не знаю, как это работает…

Моя истинная прижимается ко мне всем телом, о ноги трётся фамильяр, и на сердце у меня камень. Я должен делать, что должен. Ради любимой.

* * *

К дому слюнтяя пристроен гараж — там его мастерская. Раньше он сам чинил машины, а теперь здесь работает волк. Его волк. Кай неплохо развернулся — стал вожаком. Талант? Не думаю. Но это не моё дело.

Встаю у открытых ворот и, скрестив руки на груди, наблюдаю за работником. Он продолжает делать вид, что занят, но на меня поглядывает. В испуганных глазах оборотня мелькает настоящая паника. Его вожак — Кай, но кто такой Ивар, он отлично знает. И не только он.

— Зовы Альфу, — требую грозно.

Парень вскакивает с канистры и мчится в дом. Хороший пёсик. Послушный. Жаль, что я волк-одиночка. Из меня бы вышел неплохой вожак стаи.

Пары минут не проходит — слюнявый уже в гараже, встречает дорогого гостя.

— Надо же, — окидывает меня надменным взглядом, — ко мне пришёл Ивар! Дай угадаю… — трёт пальцами щетинистый подбородок, — машина сломалась?

Не угадал. Боюсь представить, какие мысли посетят голову волчары, когда он узнает, зачем я здесь. Но на его влажные фантазии у меня аргументы найдутся.

Я только учусь говорить, и корячиться перед соперником, пытаясь объяснить цель визита, не собираюсь — подготовился заранее. Достаю из заднего кармана штанов вчетверо сложенный лист бумаги и протягиваю его слюнтяю. Пусть вникает.

Кай неспешно подходит ко мне, забирает записку и, встряхнув её, с ухмылкой читает. С каждой строчкой ему всё интереснее — это видно. Ухмылка превращается в однобокую улыбку, потом в злорадный оскал.

— Значит, ты хочешь жить на моём районе? — комкает листок в лапах.

— Да, — киваю. — Хоч-чу.

— Здесь могут жить только мои волки, — бросает записку на пол и демонстративно давит её ботинком. — Ты никогда не станешь членом моей стаи, — заявляет, глядя в глаза.

Чего-то подобного я от слюнявого и ждал. Не удивил он меня. Я даже немного разочарован.

— Эт-то отк-кааз? — спрашиваю без эмоций.

— Для тебя да — это отказ, — Альфа хмыкает. — Но ты ведь решился прийти сюда из-за рыжули. Я прав?

— Допустэм.

— В таком случае я пойду тебе на встречу — приму Венеру в стаю, — расправляет плечи. — А ты катись к чёрту, Ивар, — хрипит со злостью.

— Он-на и я. Вмэстэ-э, — достаю из кармана золотой перстень с красным камнем и демонстрирую его слюнявому. — Или сдэлки нэт.

— Ты не в том положении, чтобы ставить условия, — Кай пытается