Убийство Принца Теней - Хелен Шойерер

я задушила его своей перчаткой. — Она провела пальцем по левой стороне лица, где по центру щеки тянулся слабый шрам. — Он сопротивлялся. Но не настолько, чтобы спастись.

— А леди? Полагаю, убийство на светском мероприятии не останется незамеченным.

— Она, конечно, встала на мою защиту, рассказала всем, что произошло. Она теперь повар в оплоте. Дает мне еду, когда я захочу.

— Действительно, хороший друг.

— Дальше? — спросила Дрю.

Талемир рассмеялся.

— Однажды мы с Уайлдером поймали рейфа с помощью лодочного паруса. Конечно, есть только один способ убить их, но творческая поимка заслуживает упоминания, не так ли?

— Это точно, — согласилась Дрю. — А как насчет этого… Я выпотрошила человека с помощью клюва рыбы-меч.

Талемир остановил своего коня.

— Боже правый! Почему ты не начала с этого?

— Я никогда не раскрываю карты сразу, Боевой Меч.

Он издал низкий свист.

— Твоя очередь, — сказала Дрю, чувствуя себя самодовольным.

Талемир все еще качал головой, снова подгоняя лошадь.

— Мой друг Мариз убил парня летящей пробкой от игристого вина.

Дрю разразилась хохотом.

— Это было нарочно?

— О, конечно. Он пытался ограбить его погреб. Мариз очень бережет свой погреб.

Наконец они вышли к подножию скалы, и Дрю повернулась лицом к Талемиру.

— Кстати, история с пробкой не в счет. Это было не твое убийство.

Его ответная улыбка пронзила ее трепетом.

— Не беспокойся об этом. У нас еще много таких случаев.

Утро перетекало в полдень, пока они шли вдоль реки, и между рейнджером и Боевым Мечом установилась непринужденная атмосфера. Как ни не хотелось ей в этом признаваться, Дрю поняла, что смех легко находит ее, и ей нравилось слушать мелодичный голос Талемира, когда история за историей слетала с его губ.

Но за несколько часов до наступления сумерек он стал необычно тихим, и она заметила, что он обмяк в седле, а его широкие плечи слегка наклонились вправо.

— Что случилось? — спросила она, подталкивая свою лошадь ближе к нему и вглядываясь в его лицо. Он был бледен, на лбу выступили капельки пота.

— Ничего страшного. — Его улыбка была натянутой.

— Это не пустяк. — Она протянула руку и коротко натянула поводья, останавливая лошадей. Талемир едва не выскользнул из седла. Судя по всему, только сила воли удерживала его в вертикальном положении последние несколько часов.

— В чем дело? — спросила Дрю, помогая ему спуститься с лошади. Она усадила его на ближайший камень, и река тихо зажурчала рядом с ними.

— Понятия не имею, — пробормотал Талемир, поморщившись.

— Где болит?

— Я в порядке.

— Ради Фурий, не будь таким упрямым, — огрызнулась Дрю. — Я хочу найти Гуса и логово рейфов, и для этого мне нужна ты.

— Это единственная причина, по которой ты беспокоишься, Дикий Огонь?

— Скажи мне, где болит, прежде чем я начну тыкать.

— Ты можешь тыкать меня в любое время — черт! — Талемир зарычал, когда Дрю сжала мышцу между шеей и плечом, где была порвана кожа.

Текла кровь.

— Ты ранен, — сказала она ему, а ее руки уже переместились к шнуркам.

Он не протестовал, пока она развязывала их, отдирая промокший материал от его разгоряченной кожи.

— Ты не подумал промыть ее? — спросила она, глядя на сырой и злой след от когтей, прорезавший его плоть.

— Уайлдер выпил остатки моего огненного экстракта. Он нуждался в нем больше, чем я. И я не думал, что это так уж плохо.

— А вот теперь… — Она осторожно коснулась плоти вокруг раны. Она была горячая. — В нее попала инфекция. — Ее грудь сжалась. — Тебе нужен целитель, иначе она загноится, и ты…

— Мне не нужен целитель.

— Нет, нужен…

— Нет. — Талемир взял ее за руку и указал на реку. — Это источник пресной воды…

— Вода сейчас не поможет. Инфекция уже давно попала.

— Нет, ты не так понял. Обычно у такой реки растет особый сорняк — так называемый черноствольный плющ. Рейнджер должен знать о таком растении. У него звездчатые черные листья и растет он в виде беспорядочной лианы… Если ты сможешь найти немного такого растения, я не стану отвлекать тебя от поисков.

Дрю никогда не слышала об этой траве, но, оставив боевой меч на камне, отправилась к берегу реки, чтобы поискать описанную им листву. Она изо всех сил старалась не выдать своего беспокойства и сосредоточиться на задаче. Она встала на колени, пробираясь сквозь заросли, подавляя панику и не желая думать о том, что может случиться, если она не найдет.

— Нашла! — крикнула она, выхватывая горсть лиан, которые идеально подходили под его описание. Крепко сжимая черные листья в форме звезд, она бросилась к Талемиру и бросила их ему.

— Что мне с ними делать? — спросил он, напрягая голос от боли. — Ты должна их раздавить. Вот. — Он отодвинулся на камень. — А потом измельчить их в пасту.

Следуя его указаниям, Дрю использовала камень поменьше, чтобы измельчить листву в густую темную массу.

— Рейнджер действительно должен это знать, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Что бы вы делали, если бы вас ранили в дороге?

— Ну, мы обычно не пьем спиртное, которым лечим раны, — ответила Дрю. — Ну как?

Талемир осмотрел ее работу.

— Хорошо. Теперь, будь добра, приложи ее к ране…

От пасты исходил горький запах, когда Дрю набрала ее на пальцы. Осторожно она приложила ее к ране. Она почувствовала, как Талемир вздрогнул от ее прикосновения, и в этот момент поняла, что не хочет причинять ему боль, полурейф он или нет.

— Прости, — пробормотала она, прикладывая руку.

— Я в порядке, — тихо ответил он. — Плющ должен вытеснить из раны любую инфекцию. Он действует как очищающее средство против любых токсинов.

— Как долго он действует?

— Через час мне должно стать лучше, — сказал он ей, морщась от усиливающегося горького аромата. — Как раз то, что мне нужно. Еще одна грязь в этом бардаке. — Он жестом указал на свою забрызганную кровью и грязью одежду. — Хотя не могу сказать, что мне нравится отмораживать свои яйца в реке.

Когда Дрю смыла с рук остатки черноствольного плюща, ее пальцы мгновенно онемели под ледяным течением. Она вернулась к Талемиру и критически осмотрела его. — Я предложу тебе сделку, Боевой Меч…

Он поднял брови и посмотрел на нее.

— Что за сделка?

— Выздоравливай поскорее, и я покажу тебе, где ты сможешь смыть с себя кровь и вонь рейфов, не отморозив при этом свои драгоценные яйца.

Несмотря на то что его глаза все еще были остекленевшими от лихорадки, Талемир улыбнулся.

— Что ж, считайте, что я заинтригован. В самом деле, давай увеличим дозу этого черноствола, и мы отправимся в путь.

Дрю