Единственная для черного дракона - Марина Николаевна Александрова

нужна и если я могу хотя бы так помочь ей не оказаться на улице без средств к существованию это уже что-то!

Глава 8

Стоило нам повторить вчерашний путь по лестнице, где я совершенно не видела ступеней, а потому инстинктивно держалась за край его куртки, чтобы иметь понимание о том, где поворачивать, как мы оказались в широкой прихожей. Сейчас тут было светло и в разы теплее, чем внизу. Неприятные колики побежали от кончиков моих заиндевевших пальцев по всему телу. Дом был отделан темным деревом, и всё здесь выглядело довольно строго и внушительно. Но времени на то, чтобы толком что-то разглядеть, мне никто не дал.

— Иди и приведи себя в надлежащий вид, — Ардэн небрежно махнул в сторону темной двери, что располагалась вдоль по коридору. — Всё, что тебе нужно найдёшь внутри. Как закончишь, позавтракаем и отправимся в путь. И, прошу тебя, просто поберечь моё время и не пытаться сбежать. С того самого момента, как на твоём запястье появился мой зверь — это невозможно.

«Нет ничего невозможного», про себя подумала я, а в ответ на слова дракона просто кивнула.

Не сейчас значит завтра, если возможности не появится завтра, то значит она придёт ко мне через неделю. Я не сдамся ни за что!

С силой сжав кулаки, я старалась как можно увереннее шагать вперёд. Пусть мне очень страшно от возникшей неопределённости. Я не знаю, чего он хочет от меня раз пошёл на такие меры? Но я обязательно узнаю и сделаю то, что нужно, чтобы избавиться от клейма на своем запястье. В конце концов, я совсем ещё ребёнок, не так ли⁈ У меня есть ещё время повзрослеть и не растратить свою жизнь на прислуживание не пойми кому.

Иногда мне казалось, что я одержима призрачным чувством свободы. Да, именно так. Жила же как-то Каас и многие тысячи других бесов. Их жизнь казалась им сносной и единственно возможной. Быть может, и я могла бы так? Дракон, должно быть, не бедняк и тоже любит путешествовать. Вдруг, и он бросит меня в своём замке и забудет? Разве плохо?

Это было нестерпимо. Именно так. Я не знала, откуда эти чувства? Как в принципе что-то подобное могло возникнуть в моей бесовской голове⁈ Но, так или иначе, именно эти мысли держали меня за руку вот уже четыре года.

В комнате, на которую указал Ардэн, была узкая кровать, на которой лежала стопка одежды и обувь, стол и стул. На этом мебель заканчивалась. Но была тут ещё одна дверь, ведущая в ванну. И к моему удивлению, если у Римана ванная комната для прислуги была просто отдельной комнаткой с подведенной холодной водой, то тут была настоящая ванна и два крана. Я знала, что это значит. Потому просто наплевав на то, чьё время я там должна сберечь, решила, что после такого длительного пребывания в подвале, мне жизненно необходимо согреться. Тем более, я начинала ощущать лёгкую ломоту в костях, что было похоже на симптомы простуды? Во всяком случае так описывала свои болезни Каас, сама я за последние четыре года, слава богу, ни разу так и не узнала, что это такое. Каас хорошо позаботилась обо мне. Не стоило и начинать.

Как только исходящая паром жидкость заполнила небольшую, но чистую ванну, как я поспешила раздеться и тут же замерла. Что-то было не так. Казалось тело ещё моё, но какое-то другое. Словно изменилась пропорция и грудь…появилась пока небольшая, но грудь! За одну ночь отросла! Сначала глаза, теперь это! Начав часто-часто дышать, я принялась осматривать комнатушку в надежде, что здесь есть какое-то зеркало! Хоть какое-нибудь⁈

Зеркало, как ни странно, нашлось за небольшой ширмой в углу. Отерев с его поверхности пар, я замерла, отказываясь так просто принимать происходящее. Ну, не бывает так, что за одну ночь ваше лицо преображается до неузнаваемости. Да, да, подружки Каас часто болтали, что одно из чудесных действий холода — это сохранение красоты. Но для этого и замораживать надо красавицу! Но, когда в ледяной подвал засовывают невзрачную девчушку непонятной наружности, а по утру вы достаёте уже не ребёнка, а такого себе сформировавшегося подростка, у которого тонкие бледные ниточки губ вдруг стали точно наливные вишенки, поменялся цвет глаз с бледно-зеленого на темно-серый, кожа стала молочно-белой с приятным румянцем на щеках… Шея! Даже шея стала длиннее и изящнее, сформировалась небольшая грудь, появилась талия и бёдра! Ещё вчера я была похожа на полено! Сегодня я не узнавала своё отражение. И, кажется, у меня начиналась паническая атака. Я никак не могла успокоить дыхание.

На негнущихся ногах, я дошла до наполнившейся ванной и залезла в неё, решив хотя бы согреться.

— Ничего страшного, — пробормотала я себе под нос, — ничего страшного… Хорошо, я изменилась. За одну ночь. Ну, вот как-то так взяла и изменилась, — одними губами, шептала я себе под нос, боясь, что меня могут услышать, а выговориться очень хотелось, пусть было и некому. — Что такое бесы? Смески, верно? Может и во мне что-то намешалось, что привело вот к таким последствиям? Может быть, в моих предках какие-нибудь хамелеоны с цветочными бабочками? И всё это время я окукливалась…

Предположение было не просто бредовым, а невозможным. Не было никаких таких демонов на нашем континенте!

— Хорошо, хорошо, самое главное не дать никому из тех, кто притащил меня сюда понять, что со мной что-то не так. Как здорово, что глаза поменяли цвет ещё вчера, а потом большую часть времени я была спиной к ним… После очень удачно упала в грязь и конечно особая благодарность Каас и её наставлениям в одежде. Она всегда была свободной плюс разлохмаченные волосы, вымазанные в грязи, конечно нормально, что они толком меня и не разглядели… Я надеюсь…

Да, думается мне, самое главное, не позволить драконам решить, что я какая-то неправильная…

«Быть может они смогут помочь тебе?»

Робкая мысль была задвинута куда подальше.

Любая ненормальность — это прежде всего опасность. В это я твёрдо верила. Будь то красота или уродство найдутся желающие навредить. Безопаснее всего жить не привлекая к себе внимание, особенно, когда тебе не чем себя защитить.

Как следует вымывшись, я поспешила отереться найденным тут же небольшим полотенцем и вышла из ванной, решив больше в зеркало пока не смотреть. Нужно успокоиться.

На кровати лежал комплект одежды, состоявшей из брюк, теплой рубашки, жилета и просто скроенного черного пальто. Одежда была мужской