Измена. Кукольная лавка попаданки - Елена Белильщикова

«Я знать не знал, что именно Раймон – потомок того идиота, женившегося по любви, – растерянно думал Альберт. – Но наши перстни… и правда похожие. И в глазах Раймона ни капли лжи».

Альберт вздрогнул от звона стекла, будто только-только проснувшись. Его глаза широко распахнулись, глядя на зазубренный край разбитой бутылки. Проведя кончиком языка по пересохшим, разомкнувшимся губам, Альберт вжался в стол сильнее.

– Я… тоже о нем слышал. Но не знал деталей! И если бы не нашел его, то Сильвия просто была бы послушной женой! В них же в монастыре должны были вбить покорность мужьям! Она стала бы моей марионеткой, но… – голос вдруг поменялся, из испуганного, почти надрывного, превратившись в коварный и бархатный, когда Альберт сам мягко подался навстречу. – Скажи честно, Раймон, такая ли это плохая участь для сиротки, оборванки без гроша за душой? Купаться в роскоши, носить атлас и бархат, спать на шелковых простынях и командовать прислугой. А взамен помогать своему мужу. И закрывать глаза на некоторые его, хм, слабости. Я предлагаю Сильвии не такую уж плохую судьбу!

Терпение Раймона было небезгранично. Скорее, оно напоминало мелкую и вонючую лужу рядом с Альбертом. Так что быстро лопнуло. И Раймон сорвался. Снова толкнул Альберта на стол спиной, крепко прижимая ладонь к груди, не давая дергаться и шевелиться. И играясь, провел острием края бутылки рядом со своей ладонью. По шее побоялся, чтобы не навредить. Раймон хотел просто напугать.

– Сильвия потеряна для тебя, братец. Потеряна навсегда. Скажи… а разве ты не думал о том, что я могу сыграть твою же партию в этой нехитрой игре? Мы с Сильвией очень хорошо… поладили.

Раймон сладко улыбнулся, поднимаясь бутылкой выше и выше. Все-таки направляя острие к шее. Но пока не касаясь кожи. Лишь вспарывая тонкую ткань камзола. Нарочно. Под ним была еще рубашка. Ее Раймон не тронул. Пока не тронул.

Зато мысленно прошипел: «Если выведешь, то вполне… изрежу все твои нарядные тряпки, поросенок. И выпущу тебя полуобнаженным к подданным, прямо посреди охоты. А что? Нечего говорить гадости о Сильвии и намекать на ее убийство, подтверждая мои догадки!»

– Я член королевской семьи, Альберт. Мне плевать на все мрачные тайны вашего рода. Мои родные мертвы, никто мне не указ. Я могу обнародовать эти документы. Предоставить доказательства: перстень и другие безделушки, особенные магические артефакты, который принадлежали лишь королевской семье. И… соблазнить Сильвию, – Раймон выдохнул это на ухо, наклоняясь, почти придавливая собой к столу, чтобы Альберту стало страшно, чтобы уже он стал послушным к концу разговора. – Сильвия даже без брака со мной станет выполнять любые мои просьбы. А возможно, мы сочетаемся и священными нерушимыми узами брака? И никто не станет ее убивать. Ты прав. Когда Сильвия влюблена, она очень послушная хорошая девочка. А в меня она влюблена. С ее помощью, с созданной ей армией живых магических кукол, я с легкостью совершу государственный переворот. И свергну твоего отца. И тебя. А сам сяду на трон Эрлая. Хороший план я придумал, Альберт? Наверное… очень похожий на твой собственный заговор против твоего отца?

Глаза Раймона сверкнули каким-то загадочным, жутким огнем, и Альберту стало совсем не по себе… Он чувствовал, что это правда. А не попытка напугать.

Зрачки Альберта были расширены от страха до предела. Сердце колотилось настолько, что прижимая ладонью к столу, Раймон мог почувствовать его отчаянное, шкалящее биение. На секунду даже взгляд помутился, словно поплыло перед глазами от страха, когда бутылочное стекло слишком близко оказалось к шее. Альберт нервно сглотнул, закрывая глаза, пытаясь не задрожать, как мальчишка, впервые почувствовавший опасность. Даже не глядя на Раймона, пока с губ слетело тихое:

– Ты прав… Так вот какой твой план, Раймон… – Альберт открыл глаза, щурясь, глядя снизу-вверх. – Мы не такие уж и разные. Даже по отношению к этой милой крошке Сильвии. Так… чего же ты хочешь? Ты не рассказывал бы мне все это просто так. Если бы просто хотел ударить исподтишка, погубив нас с отцом, чтобы заполучить власть. Говори, может, мы и договоримся?

Альберт протянул руку, скользнув пальцами по запястью Раймона, пытаясь отвести острый край стекла от шеи. Безотрывно глядя в глаза, будто пытаясь убедить, что не враг.

«Как же! – мысленно прошипел Альберт. – Я сегодня же пришел бы к отцу, рассказав про твои мысли, Раймон, чтобы он швырнул тебя в темницу! А я с удовольствием навестил бы тебя там. Со стражей и палачами. Но… тогда и ты можешь раскрыть мой секрет».

Раймон скрипнул зубами, разжимая пальцы. И отпустил эту мерзкую тварь – как только его земля носит? – из рук.

– Значит, это правда? Ты собирался жениться на Сильвии только затем, чтобы собрать свою магическую армию и убить… собственного отца? – не выдержал Раймон игры в подлеца и стратега, отворачиваясь на секунду, чтобы привести мысли в порядок.

Потому что тошнило от той роли изменника короне, которую приходилось сейчас играть перед Альбертом. А он… принял все за чистую монету.

Раймон иронично подумал, обращаясь сам к себе: «Поздравляю, Раймон, ты в своем гениальном плане обмануть, припугнуть и перехитрить Альберта, чтобы тот оставил в покое Сильвию, превзошел сам себя! Теперь… Альберт всерьез предлагает мне сотрудничество? И… что теперь делать? Отказываться нельзя. Альберт почувствует слабину и прибежит к отцу с требованием швырнуть меня в тюрьму. Значит… придется соглашаться. Но, о дьявол, до чего же мерзко на душе!»

– Даже я до такого бы не додумался, Альберт, – спешно попытался Раймон вернуться в прежнее русло беседы, отбрасывая бутылку в сторону. – Убить отца – это же грех… Хотя не мне тебя судить. Расскажи свой план?

Раймон вдруг резко сменил тон и подвинул Альберта от стола. Сам вскочил на него, присел и подогнул ноги, уставившись своими огромными серыми глазами на побледневшее лицо напротив. Альберт молчал. Раймон решил немного надавить.

– Я готов договариваться с тобой на тех условиях, что ты и пальцем не тронешь Сильвию. Она не должна погибнуть. Никогда. Ни при каких обстоятельствах, понятно? Если ты согласен, то я готов выслушать твой план. И разделить… – лицо скривилось от отвращения, но Раймон продолжил. – И разделить триумф насчет трона твоего отца вместе с тобой. Мне не обязательно править лично. Я просто… хочу власти. И хочу Сильвию. Ну, что, обменяемся договоренностями?

Альберт выпрямился, поправляя одежду, смахивая несуществующую пыль