Искра Судьбы (ЛП) - Хейл Тесса

- Нет, - защитил Холден. - В больницах каждый день используют что-то вроде суперклея.

Энсон откупорил тюбик.

- У меня есть свое собственное медицинское дерьмо прямо здесь.

- Удобно, - пробормотал Лукас.

Кин придвинулся ближе, поднимая руки к моему лицу.

- Прости, если я сделаю тебе больно.

- Все в порядке, - прошептала я.

Они с Энсоном в тандеме двигались над моими порезами, запечатывая их. Я не была уверена, сколько времени им это потребовалось, но в конце концов они оба отступили.

Энсон внимательно осмотрел мое лицо, а затем вернулся к аптечке, доставая пузырек с таблетками. Он вытряхнул две штуки и схватил стакан с водой.

- Выпей это.

Я сделала, как было сказано.

- Можно мне принять душ? Мне... мне нужно помыться.

Отчаянная потребность терзала мои внутренности. Будто кровь, окрашивающая кожу, закрепит боль и мучение и там тоже.

Это чувство отразилось в глазах Энсона.

- Мы приведем тебя в порядок.

-30-

Я передвигалась по дому, как робот. Энсон не убирал руку с моей поясницы, пока вел меня вверх по лестнице и по коридору. Он открыл двойные двери и провел меня внутрь.

Когда я вдохнула, меня охватило чувство дома. Знакомое утешение от Энсона, от сознания, что я в безопасности. Жжение в глазах снова усилилось.

- Ванная здесь, - сказал Энсон, пересекая большое пространство.

Я чувствовала, что остальные ребята следуют за нами по пятам. Их коллективное тепло почти достигало цели. И все же я дрожала.

Лукас шагнул вперед, обнимая меня рукой.

- Холодно?

Я кивнула.

- Душ поможет, - сказал Холден. Он посмотрел на Энсона. - Нужно ли нам закрыть клей, чтобы он не намок?

- Да. Но через двадцать четыре часа все будет в порядке. - Он вытащил из кармана бинт и жестом пригласил меня в ванную. - Мы можем снять повязку после того, как ты примешь душ.

Я не сказала ни слова, просто шагнула вперед и наклонила голову, чтобы дать Энсону лучший доступ к щеке. Его большие руки были удивительно нежными, когда он осторожно разглаживал повязку на моем лице. Затем он наклонился и вытащил комплект полотенец.

- Они чистые. Я принесу тебе футболку и спортивные штаны, в которых ты сможешь спать.

- Спасибо. - Мой голос был едва громче шепота, но, похоже, я не могла сделать его громче.

Он вышел из ванной, и Холден шагнул вперед, провел рукой по моей неповрежденной щеке.

- С тобой все будет в порядке. Ты такая чертовски сильная.

Я знала, что со мной все будет в порядке, что я пережила и худшее и переживу и это тоже. Но иногда мне не хотелось быть сильной. Прямо сейчас мне хотелось развалиться на части.

Погрузиться в ту темную бездну, которая, как я чувствовала, парила подо мной.

Энсон обошел Кина и Лукаса, выкладывая стопку одежды на столешницу.

- Они будут тебе велики, но у свитеров есть завязки. - Он прочистил горло. - Тебе нужна помощь?

Глаза Кина вспыхнули.

- Думаю, она справится с этой частью сама.

- Справлюсь, - вмешалась я прежде, чем успел начаться спор. - Спасибо.

Парни медленно вышли из ванной, закрыв за собой дверь. Их приглушенные голоса просачивались сквозь дверь, но я отключила звук. Я не хотела слышать их беспокойства или жалости. Я вообще ничего не хотела слышать. Я подошла к душевой кабине, достаточно большой, чтобы вместить двадцать человек, и включила горячую воду.

Медленно я сняла с себя одежду, оставив ее кучей на полу. Мои мышцы ныли при каждом движении. По-настоящему пострадало только лицо, но мне казалось, что меня избили.

Я открыла дверь в душевую и шагнула внутрь. Горячая вода обожгла кожу, но я была рада этому, позволяя ей литься на мое лицо и вниз по телу. Я наблюдала, как она кружится вокруг водостока, испещренная красными прожилками.

Красный цвет крови смылся. И все же, каким-то образом, я знала, что он всегда будет пятнать мою кожу. Мир не увидит, как она стекает по лицу, покрывая коркой шею, но я увижу. Свидетельство ненависти моей матери.

Рыдание вырвалось наружу, когда я упала на пол. Я подтянула колени к груди и крепко обхватила их, раскачиваясь взад-вперед. Женщина, которая любила и заботилась обо мне почти всю мою жизнь, теперь презирала меня всем своим существом.

Слезы текли по лицу, смешиваясь с водой из душа. Я больше не могла сдерживаться. Боль. Горе. Потеря того, что когда-то было.

Рыдания сотрясали тело с такой силой, какой я никогда раньше не испытывала. Я изо всех сил пыталась втянуть воздух, но легкие отказывались подчиняться.

Раздалась стук в дверь.

- Роуэн? Ты в порядке? - спросил Лукас.

Я не могла вымолвить ни слова, так как плевалась и хрипела.

- Ро? - Теперь его голос звучал более настойчиво.

Пальцы начало покалывать, а перед глазами заплясали темные пятна, но рыдания не прекратились. У меня было такое чувство, будто у меня случился сердечный приступ. Может быть, это был конец. Я перестану существовать из-за разбитого сердца.

Дверь приоткрылась, но я ничего не могла разглядеть сквозь запотевшее стекло. Я услышала приглушенное проклятие, а затем дверь в душевую распахнулась. Я не могла найти в себе сил беспокоиться о наготе.

- Ро. – Лукас запнулся, когда опустился на выложенный плиткой пол. Он притянул меня к себе на колени и обнял.

- Что, черт возьми, происходит? - рявкнул Холден.

- Выключи воду и принеси мне полотенце, - выпалил Лукас в ответ.

Холден сделал, как было велено, выключил душ и обернул меня полотенцем, пока я пыталась отдышаться.

Лукас положил одну руку на мою неповрежденную щеку, а другую - на шею, издав при этом хрюканье.

- Оставь это. Ты должна отпустить, Ро. Это убьет тебя, если ты этого не сделаешь.

- Я-я-я не могу. - Я с трудом выговаривала слова.

- Отдай это мне. Я могу вынести. - Он прижался губами к моему виску. - Закрой глаза и расслабься.

Я закрыла глаза, будто послушалась его, а не себя. Я чувствовала, как что-то сжимает мою грудную клетку, призрачную энергию. Вместо того чтобы бороться, я отдалась этому целиком. Я ослабила свою хватку на всей боли и позволила ей улететь.

Потом все погрузилось во тьму.

-31-

Мне было тепло. Почти слишком тепло, но все, чего я хотела, - поглубже зарыться в это тепло. Я чувствовала себя в безопасности. Завернутой в кокон. Будто ничто не могло причинить мне вреда, пока я оставалась там, где была.

Я распахнула глаза, мягкий свет наполнил зрение. Постепенно окружение обрело четкость. Большая, смутно знакомая спальня. Комната Энсона.

Прошлая ночь вернулась ко мне вспышками, а вместе с ней и боль. Ярость в глазах матери. Укол стекла.

Чья-то рука обхватила меня за талию и крепче прижала к мускулистой груди. Знакомый запах Энсона наполнил нос. Фигура передо мной повернулась, казалось, следуя за нами. Песочно-каштановые волосы Лукаса и точеный подбородок оказались в фокусе, когда его рука нашла мою под одеялом.

У меня защипало в носу, когда мой взгляд скользнул по остальной части комнаты. Холден спал на нескольких одеялах, расстеленных на полу, а Кин свернулся калачиком на диване. У меня обожгло горло, когда я увидела еще одного человека в изножье кровати.

Вон. Он был взъерошен, его черные волосы торчали во все стороны, и он никак не мог чувствовать себя комфортно. Но он был здесь. Он не ушел.

- Ро? - прошептал Лукас.

- Привет, - прохрипела я, встречаясь взглядом с этими карими глазами.

Он сжал рукой мою руку.

- Как ты себя чувствуешь?

- Хорошо, думаю. - Лучше, чем следовало бы. Глаза и горло болели от слез, но больше ничего. У меня даже щека не болела.

Я ждала, что меня захлестнет стыд или смущение из-за того, что ребята видели, как я вот так разваливаюсь на части, но этого не произошло. По какой-то причине я чувствовала себя в безопасности, давая им точно знать, в каком я беспорядке.