Невеста дракона - Кэти Роберт

сантиметр за сантиметром. Я думала, что он вошел невероятно глубоко прошлой ночью, но это было ничто по сравнению с этой позой. Кажется, будто он разрывает меня надвое. Он не дает времени приспособиться, но мое тело уступает ему. Как и в прошлый раз.

Когда он входит до самого основания, я сжимаю простыни руками. Дыхание со всхлипами вырывается из легких. Я так наполнена, что, уверена, чувствую его в глотке.

– Сол, пожалуйста.

– Ты молишь о пощаде, жена? – Он сжимает мои ягодицы, и я подскакиваю. – Никакой пощады. – Он выходит так же легко, как и вошел. В какой-то момент в процессе я начинаю паниковать и пытаюсь снова прижаться к нему, но он удерживает меня, продолжая выходить, пока во мне не остается только головка.

– Мне нравится, когда ты такая. Дрожишь. Стонешь. Нуждаешься во мне.

Он перемещается позади меня, упирается огромной рукой в кровать возле моей головы и наклоняется. Его теплое дыхание овевает мое ухо.

– Умоляй.

Я снова пытаюсь толкнуться ему навстречу, но он легко отодвигается назад, каким-то образом умудряясь оставлять во мне только головку. Я бью рукой по кровати.

– Сол, перестань дразнить и трахни меня.

Мне вдруг становится страшно, что он этого не сделает. Что будет дразнить меня, пока я не сойду с ума.

– Прошу, Сол. Пожалуйста, возьми меня. – Слова, путаясь, срываются с губ и становятся почти неразборчивыми от желания. – Пожалуйста, не заставляй меня ждать. Ты нужен мне.

Его шипение гремит в груди и вибрацией проходит по моей спине. Когти Сола впиваются в простыни возле моего лица, и он делает именно то, о чем я молю. Набирает темп и трахает меня так сильно, что с моих губ срываются громкие вздохи и всхлипы.

Но не настолько сильно, чтобы причинить мне боль.

Оргазм застает меня врасплох. В один миг я пытаюсь приподнять бедра, принять его еще глубже, а в следующий кончаю так сильно, что кричу. Сол выходит из меня и переворачивает на спину. Я смотрю на него, ошалев и опьянев от удовольствия. Он широко разводит мне бедра, и, опустив взгляд, я вижу, как его верхний член блестит от следов моего оргазма.

Сол прижимает нижний член к моему входу, а потом смотрит на меня.

– Я оставлю на тебе свой след, жена.

Это вовсе не просьба, но я все равно киваю.

– Сделай это.

Глава 18

Сол

Я действую слишком жестко, но не могу остановиться. Только не после насмешек Раману, не после того, как они на моих глазах пометили Брайар своей кровью. Я не знал, что клеймо демонов-торговцев действует именно таким образом, и собственная недальновидность беспокоит так же сильно, как и все остальное, что происходило на кухне.

Мне необходимо, чтобы Брайар носила мою отметку.

Не имеет значения, что на ней уже есть отметка в виде следов моих зубов, покрывающих нижнюю часть ее живота с тех пор, как я ласкал ее языком. Это не одно и то же. Я не могу ее укусить. Только не когда пребываю в таком состоянии. Я едва держу себя в руках и с трудом могу гарантировать, что не причиню ей вреда.

Но существуют и другие способы.

Я вхожу в нее. Она издает один из тех жалобных криков, от которых все мое тело напрягается. Как бы там ни было, моей маленькой жене нравится, когда я ее трахаю. Я останавливаюсь, войдя в нее наполовину, и хватаю ее за бедра. Как бы мне ни хотелось войти в нее обоими членами, правда в том, что так я нанесу ей реальный вред. Поэтому будем импровизировать.

Я смотрю ей в глаза и сплевываю. Моя слюна капает на верхний член и ее киску. Она вздрагивает, а потом восхитительно виляет бедрами, когда я вхожу глубже.

– Ох. – И правда, ох.

Я свожу ее бедра, прижимая верхний член к клитору. Обхват отнюдь не такой тугой, как внутри нее, но все равно чертовски приятный. И становится еще лучше, когда Брайар просит:

– О боже, Сол. Не останавливайся.

Она бывает робкой время от времени, но когда на кону ее удовольствие, становится на удивление красноречивой. Мне это нравится. Перехватываю ее бедра одной рукой, а второй упираюсь в кровать возле нее.

– Ты так легко принимаешь мои члены, жена. – Слова будто силой вырываются из моей груди. Ее вид, когда она кончает, опьяняет сильнее, чем любой напиток, который я когда-либо пробовал. Меня успокаивает то, что она меня молит трахнуть ее глубже, сильнее, быстрее и кончает на мой член.

Моя.

Брайар кончает, сжимая меня так сильно, что мне ничего не остается, кроме как последовать за ней. В погоне за кульминацией вхожу в нее сильнее, чем намеревался. Отпускаю ее ноги, развожу их в стороны и, накрыв ладонью верхний член, зажимаю между нами, пока продолжаю ее трахать.

– Ты будешь хорошей девочкой и примешь мое семя.

– Да!

Я издаю шипение, наполняя ее, как и обещал. Я даже переполняю ее через край, и семя вытекает из нее вокруг моего достоинства. Верхний член подрагивает и покрывает ее живот и грудь, когда я кончаю на ее кожу. Помечаю ее.

Я успокаиваюсь еще больше, но все равно испытываю напряжение, от которого никак не могу избавиться. Выхожу из нее и убираю когти.

– Еще.

– Сол…

Окунаю палец в свое семя и ввожу его в нее.

– Еще, – повторяю я. Медленно ввожу его пальцем, позволяя ее всхлипам и вскрикам успокоить меня. Вот. Вот что мне нужно. Кто мне нужен. – Прими все, жена.

– Я… – ахает она. – О черт, я сейчас снова кончу.

Я хочу, чтобы она навсегда осталась такой. Обнаженной и распростертой передо мной, покрытой мной, переполненной мной, даже когда снова кончает на моих пальцах. Ее тело расслабляется, ноги, обмякнув, раскидываются в стороны.

Я едва не продолжаю.

Я хочу.

В попытке вернуть самообладание, закрываю глаза, но оттого ее запах ощущается острее. Мои члены снова возбуждаются. Черт.

– Мне нужно уйти.

– Нет.

Открываю глаза, когда она с трудом садится и хватает меня за запястье.

– Не смей.

Я мог бы с легкостью вырваться из ее хватки, но она ведь тянется ко мне. Мне требуется все самообладание, чтобы не повалить ее обратно на кровать и не пронзить снова.

– Если не отпустишь меня, я снова тебя трахну. – Я делаю резкий вдох. – Я сейчас плохо себя контролирую, Брайар.

– Из-за Раману.

Я вмиг опрокидываю ее на спину. Резко замираю, задержав руку в считаных сантиметрах от ее горла.

– Не произноси имя этого демона в моей постели. – Черт. Что же я творю? Убираю руку от ее нежной кожи, но не могу заставить себя