Тайный обожатель (СИ) - Лавру Натали

Оля снова недовольно вздохнула:

– Так ты поешь, никто тебе не запрещает, – обратилась она к Хастаду.

Кухонный стол был маленький, и все четыре места за ним оказались заняты, но Хастаду достаточно было бы просто посидеть на коленях рядом со своей женщиной.

Однако великан чувствовал, что, стоит ему лишь прикоснуться к Оле, она отпихнёт его руку. За стол его никто не пригласил, хотя со стороны гостей был явно заметен интерес к его персоне.

– Я поем потом, – ответил великан, но никуда не исчез, а остался наблюдать за общением компании.

– Да как-то некрасиво получается… – вступилась за великана Алёна. – Мы тут чревоугодничаем, а он сидит на полу голодный.

«По её словам Хастад просто бедный родственник, – фыркнула про себя Оля. – Уже и заступница нашлась!»

– Хастад, а все великаны умеют так вкусно готовить? – решила вступить в диалог Женя.

– В моём мире нет сладостей, – серьёзно ответил Хастад. – Я здесь научился.

– А сам ты чем питаешься?

– Ну, разным… мясо люблю, пироги и фрукты, особенно гранаты, – великану льстило внимание, но в то же время он стеснялся отвечать, боясь, как бы не выкинуть очередную глупость.

– Садись с нами, мы подвинемся, – за всех предложила Женя.

Хастад вперил вопросительный взгляд в Олю. Она спиной почувствовала немой вопрос, но только дёрнула плечиком. Великан грустно вздохнул и отказался теснить гостей.

– Эй, именинница, чего ты сидишь с таким лицом, словно похоронила всех родственников? – поинтересовалась осмелевшая Женя. – Да всё, забыли уже. Лёша не злится, мы тоже не собираемся закладывать вас. Пусти своего… хм, эм-м… друга за стол.

Вместо ответа Оля подвинула стул, освобождая край стола.

Радостный Хастад схватил свою кружку, отрезал кусок пирога и устроился между Олей и Женей. Однако, когда дело дошло до трапезы, великан стушевался: что если вид его зубов приведёт Олиных друзей в ужас? Или вблизи он покажется людям ещё страшнее? Нет, ему никогда не стать частью компании. Хола, и та сторонится его. Ей стыдно, что об их связи узнали посторонние.

И Хастад переставил свои столовые приборы на кухонную столешницу, сказав, что там ему будет удобней.

– Ну и ну… – протянула Женя. – А как вас угораздило познакомиться?

– Я водила детей в кино и нам попался он, – Оля кивнула в сторону Хастада.

– Так это в тот самый раз? Это же давно было? – удивилась подруга, которая была наслышана о трагедии в кинотеатре.

– Ну да. Он попал в наш мир следом за красными толстосумами. А потом выследил, где я работаю и живу, и тайком поселился у меня в квартире.

– Очуметь! – хохотнула Женя. – Может, и мне посчастливится познакомиться с великаном? Раз уж они вовсе не такие страшные людоеды, как о них говорят…

– Встретишь великана – беги, – не понял Жениной весёлости Хастад. – Великаны приходят сюда, чтобы взять еду или женщин.

– А зачем им женщины? – полюбопытствовала подруга.

– Продать на рынке или взять себе.

– Ого… а ты почему здесь, а не у себя дома?

– Там плохо, а здесь хорошо. Моей женщине не место среди великанов.

– И где гарантии, что завтра ты не похитишь её?

На Женин щекотливый вопрос Хастад ответил по-детски бесхитростно, но с уверенностью:

– Хола будет злиться. Я не хочу её расстраивать.

– Ты так хорошо знаешь русский язык, – продолжала любопытствовать вконец осмелевшая Женя. – Неужели всего за год успел выучить?

– Меня учила Хола, – просветлел лицом великан. – Я уже умею читать, считать и писать. Книги мне очень нравятся.

– В твоём мире нет книг?

– Нет.

– А как ты так исчезаешь в одном месте и появляешься в другом?

– Серые великаны умеют ходить порталами. Просто сгибаешь пространство и прыгаешь, куда тебе нужно.

– Э-э, ничего не поняла, но круто… – разулыбалась Женя. – А можешь нас с Алёной переместить в комнату?

– Могу, – важно кивнул Хастад и покосился на Олю, как бы спрашивая, не против ли она. Но та лишь равнодушно махнула рукой.

Спустя мгновение девочки и великан исчезли со своих мест, а из комнаты донеслось дружное: «Вау! Круто!» Таким же образом Хастад вернул Олиных подруг обратно.

Больше всего великан хотел сделать приятное своей женщине; он решил, что налаженный контакт с её подругами позволит замять обиду.

***

Разговор продолжился. Из присутствующих молчали только Лёша и Оля.

Лёша переживал разочарование в Оле, а Оля потихоньку осознавала, что живёт бок о бок со зверем, который в любой момент может потерять самообладание и убить её.

Но за столом Хастад казался до тошноты милым и безобидным, на радость девочкам.

Оля уже устала от присутствия гостей, а те, кажется, позабыли, что находятся не дома. Один только Лёша не разделял девчачьего восторга.

Умный парень первым поднялся из-за стола и объявил, что ему пора домой. Женя с Алёной печально вздохнули, но тоже встали.

Прощались шумно. Девочки игриво пожали великану свои ручки и были чрезвычайно взволнованы новым знакомством.

***

Когда дверь за гостями, наконец, закрылась, Оля вышла на балкон подышать прохладным воздухом.

– Хола? – донеслось из комнаты, но девушка проигнорировала зов.

Оля понимала, что поговорить придётся, но в данным момент ей было больно и хотелось плакать. Но слёзы как назло не текли. В конце концов она вернулась в комнату и устроилась на диване, поджав под себя ноги.

– Хола, прости… – виновато произнёс Хастад.

– А в следующий раз ты не остановишься и убьёшь меня.

– Нет, Хола, я никогда не сделаю тебе больно, – пообещал великан.

– Уже сделал.

И без того пришибленный вид Хастада стал ещё виноватей. На Олю смотрели преданные щенячьи глаза, и она снова подумала, что кое-кто переигрывает или, иначе сказать, притворяется.

– Знаешь, Хастад, я передумала: ты мне не нужен. Уходи.

Великан застыл и замер статуей на целую минуту, не меньше.

– Ты так сильно испугалась, да? – наконец, отмер он. – Хола, ну ударь меня, ну побей… Только не прогоняй, – он переместился на диван, поближе к Оле, и прижался к ногам возлюбленной.

– Ты зверь и это твоя природа. Я – человек. Мне нечего тебе противопоставить.

– Твои друзья больше не боятся меня.

– Хм. Здорово же ты умеешь притворяться.

– Притворяться? Ты не веришь мне?

– Нет.

– Что мне сделать, чтобы ты меня простила?

И тут плотину, сдерживаемую каменными обидами, прорвало, и Оля всхлипнула. В грудь словно зашили булыжник, горло сдавило, а глаза наполнились слезами.

Рассудительная и уравновешенная Оля билась в истерике, и чем тут помочь, Хастад не знал. Его ненависть к себе росла и крепла. Он обещал, что никогда не обидит свою возлюбленную, но вот итог: его обожаемая Хола плачет из-за него, дикого, глупого и уродливого великана.

Он знал лишь один безопасный способ успокоить любимую: усыпить её.

Спустя несколько секунд Оля уже спала. Всхлипы ещё какое-то время продолжались и во сне, но Хастад хотя бы выиграл время, чтобы придумать, как помириться со своей женщиной.

И хотя великан не блистал умом, мысли в его голове были простые и чёткие. У него имелась одна чёткая цель: заботиться и оберегать Холу.

Глава 18

Оля проснулась на рассвете. Под боком никто не сопел, на полу тоже. В квартире царила тишина.

Воспоминания о вчерашнем дне воскресли в Олином сознании не сразу, давая возможность насладиться спокойствием и тишиной.

На кухне был наведён образцовый порядок, холодильник изобиловал всем, о чём только может мечтать голодный желудок.

Оля же голода не ощущала, зато давало о себе знать не снятое утреннее сексуальное возбуждение. Да, что-то определённо было не так, раз Хастад снова исчез. И тут память начала подкидывать картинки вчерашних событий…

– Чё-ё-ёрт… – протянула она, сутулясь и сгибаясь от внезапно накатившей эмоциональной боли пополам.