Академия магии на дистанционке - Ольга Олеговна Пашнина

МагПада. И последствия, которыми может обернуться его шутка.

— Но это ведь кто-то из студентов?

Сложно представить, чтобы коллеги так себя вели, но Малкольм был готов к любым сюрпризам.

— Я не знаю. Но постараюсь узнать.

— Спасибо. И можешь накидать базовые правила безопасной работы с МагПадом? Чтобы опубликовать для адептов?

— А ректор…

— С ним я поговорю.

— Договорились. Ну и раз уж ты сам со мной связался… так что там у вас с адепткой?

Малкольм поперхнулся воздухом и укоризненно посмотрел на собеседника.

— Ты что, серьезно?

— Я заперт в крошечном доме с женой, тещей и тремя детьми! Да, демоны тебя раздери, я серьезно! Сплетни и мысль о том, что хоть кому-то круто — единственное, что держит меня на этом свете. Если хочешь, чтобы я занялся твоей проблемой — плати.

— Так может лучше премию? Об этом я тоже могу поговорить с ректором.

Карсон заметался. Премия — а для многодетного отца это практически подарок судьбы — или сплетня?

— Нет уж. Премию они потратят на очередные игрушки, костюмчики и ноготочки, а сплетня мне согреет душу. Так что?

— Последний раз даю шанс выбрать премию, — усмехнулся Малкольм.

— Сплетня!

— Хорошо. Ничего у нас нет. Анастасия — дочка моего друга. Живет тут, учится, с подружками щебечет и.

Он выдержал театральную паузу.

— Вздыхает по своему парню.

На лице Карсона отразились все душевные терзания разом.

— А я говорил, что премия лучше. Жду памятку и результаты. Спасибо.

— Да иди ты! — буркнул тот и отключился.

МагПад отправился в ящик стола, под замок, а Малкольм — в душ, размышлять о смысле жизни, Осином носе и Асином хвосте. Хотя стоило бы думать совсем не об этом.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Перед началом конкурса по зельеварению меня тошнило.

Нет, я не пробовала результаты экспериментов на вкус, и не позавтракала просроченным тартаром, просто я никак не могла решить, чего хочу, поэтому нервничала, дрожала и была в шаге от того, чтобы разрыдаться.

Больше всего на свете мне хотелось стать незаметной. Тихо завалить конкурс, уйти от внимания общественности и спокойно учиться, выгуливать Осю, спорить с Малкольмом и шушукаться с девчонками. Мне тоже хотелось обсуждать участниц, делать ставки на победительницу, предвкушать финал и мечтать поскорее выбраться с карантина.

Но я еще помнила совсем другую себя. Ту полную энергии первокурсницу, которая дружила с половиной курса, встречалась с парнем и не боялась выступать. Уверенную, что впереди — только светлое будущее, полное захватывающих приключений столичного мага.

Внезапно прорезавшиеся рога перечеркнули все надежды, мечты, умение радоваться новой жизни. Я ненавидела их, себя, родителей.

Но, может, перечеркнули не рога, а я сама?

Когда на паре пришлось снять берет и показать всем хвост, я на секунду превратилась в прежнюю Анастасию, которая не боялась чужого мнения и недовольства. Которая не пряталась за спинами друзей, а готова была защищать их, если потребуется. Правда, потом я увидела, как вся академия обсуждает, что я сплю с магистром и снова впала в тоску. Но миг-то, сладкий миг внутренней свободы, был.

И вместе с ним пришел соблазн взять и ударить по чужим предрассудкам магическим интеллектом. Ибо я знала: если облажаюсь на конкурсе, то и это хорошенько обсудят, злорадно посмеявшись над бездарностью. Всем будет совершенно наплевать на то, специально я завалила зелье или нет.

Должно быть, я с таким жалким видом сидела над омлетом, что Малкольм с утра посмотрел на меня с опаской.

— Если решишь завалить конкурс, заставлю делать уроки, — сказал он.

— Издеваетесь?

— Нет, просто вечером у меня две лекции, так что МагПад будет у меня.

Я тяжело вздохнула и уныло доковыряла в омлете дырку до самого дня глубокой миски.

— Вы считаете, мне надо участвовать, да?

Глупо было спрашивать это у препода, который и так проявил невиданную благосклонность, пустив меня пожить. Но что было делать? Девчонки готовились к конкурсу и нервничали не меньше, приятели, которых во время романа с Генри была прорва, куда-то подевались. Ося ответить не мог, а папу волновать такими глупостями не хотелось.

— Вообще мне плевать, будешь ты участвовать, или нет, — после долгой паузы, когда я отчаялась уже услышать ответ, заговорил Малкольм. — Но хочешь, я тебе кое-что честно скажу?

Я активно закивала.

— Ты уже начинаешь меня подбешивать. Ты определись, что тебе надо, и не трать мое время. Хочешь быть магом огня? Значит, забудь об идее прятаться. Маги не ныкаются по темным углам и не кутаются стыдливо в плащик, это ты их с извращенцами путаешь. Они всегда на передовой. Всегда на виду. Их всегда обсуждают. Хочешь быть магом — учись справляться сейчас, пока ты в академии и преподы вокруг всегда могут поставить в угол зарвавшихся идиотов. Потому что давай начистоту, адептка Драйвер, ноющие и размазывающие сопли маги всех бесят, а если у них есть диплом — то особенно.

— Извините, — пробормотала я, чувствуя, как съеденные крохи завтрака встают комом в горле, — я не хотела вас… подбешивать.

— Да ты сама себя уже раздражаешь.

— Я не…

Он жестом заставил меня умолкнуть.

— Ты не тупая… ладно, не самая тупая из адептов. Ты прекрасно знаешь, что красивая. Тебя смущают рога и хвост — да, не без основания, демонам среди людей часто достается. Но ты либо туда, либо сюда. Хочешь принять решение не участвовать, слиться с мебелью и пытаться не привлекать внимания? Хорошо, иди и учись, все полезнее. Хочешь участвовать, избавиться от насмешек и выгрызть себе место под солнцем? Неси котел и готовься.

Он поднялся, прихватив пару бутербродов.

— Только хватит уже ныть, Анастасия. Ты заставляешь думать, что за год я вас ничему не научил. За что тебе вообще поставили экзамен? А… точно. Тебе же его не поставили. В общем, если тебе не нужен МагПад — изволь принести мне в кабинет.

Подумав, к бутербродам он добавил стопку оладьев, схватив их прямо рукой и напрочь проигнорировав тарелки. Ося проводил Малкольма взглядом, полным надежды на упавший оладушек, а когда чуда не случилось, протяжно и жалобно вздохнул.

— Ты слышал? — спросила я тролля. — Он сказал, что я красивая.

Хотя стоило бы больше обрадоваться комплименту про «не тупая». Хотя Малкольм наверняка бы забрал свои слова обратно, если бы узнал, что после того, как я решила участвовать честно, продемонстрировав весь талант к зелье варению, главным поводом для волнения стало то, как удержать хвост подальше от котелка и не сбиться.

Но как показала практика, волноваться стоило немного по другому поводу.

Накануне испытания все участницы