Упс... Ошибочка вышла (СИ) - Булгакова Ольга Анатольевна

Так было и в этот день. Дэрек старался не обращать внимания на оскорбительные формулировки вопросов, а думать о Вере, о ее улыбке и словах. Мысли о девушке помогали тем сильней, чем более личными были воспоминания. Воскрешенные в памяти объятия наяву смягчили жестокий удар ментальной магией, мысль о поцелуе в щеку помогла быстрей прийти в себя в коридоре, когда пытка общением с отцом закончилась.

Прижимаясь спиной к двери, Дэрек услышал, как скрипнуло колесо кресла, когда отец, пожаловавшийся под конец на недостаток сыновнего внимания, вернулся к столику у окна. Внимание, общение… Конечно, отцу его недоставало, но благодаря Сатти Татсу он всем сердцем верил в то, что дорогое лекарство, разработанное Дэреком, чуть ли не яд в чистом виде. Эта убежденность была столь сильна, что Корвин Алистер однажды на глазах сына, отказывавшего себе в еде ради покупки редких ингредиентов, вылил микстуру на пол.

Только чудо помогло тогда Дэреку сдержать магию и слова. Чудо, оказавшееся сильней расшатанного недоеданием и недосыпом резерва, сильней общей усталости из-за работы и непроходящей нервозности, обусловленной истощившимся запалом. Даже спустя много месяцев Дэрек поражался тому, что в тот момент просто попрощался с отцом и напомнил, что вернется через пять недель после восстановления запала.

Прислушиваясь к звукам, доносившимся из комнат отца, молодой дракон с привычной обреченностью думал, что ни Корвина Алистера, ни его сослуживцев невозможно убедить в том, что эмоции — ментальная магия — способны причинять боль. Деда даже судом не проняло. Это ж додуматься надо было вытащить отца на прогулку, зная, что тот вылил лекарство! Хорошо, что Дэрек не поддался на уговоры, а оформил временную передачу опекунства официально через законника. Иначе все судебные издержки, взятки пострадавшим, чтобы согласились на мировое решение, компенсации и штраф пришлось бы платить Дэреку, а не Сатти Татсу.

Отец тогда очень оскорбился из-за того, что сын не взял на себя драконью часть расходов, и до сих пор часто попрекал этим. Особенно в присутствии деда. Но вопреки нападкам Татса, недовольству отца и ударам эмоциями Дэрек позиции не сдавал, не заплатил и не одолжил деду ни медяка, прекрасно зная, что даже такая уступка будет расценена как признание вины и ответственности.

Наверху послышались шаги — Вера спускалась с чердака. Ее теплые пальцы уютно скользнули в предложенную ладонь, и думать о хорошем сразу стало несравнимо проще. Девушка, переодевшаяся в совсем простое светло-голубое платье с широким синим поясом, выглядела прелестно.

— Тебе очень идет, — признал Дэрек.

— Я подумала, что не стоит смущать тебя слишком уж облегающими штанами, — улыбнулась Вера.

— Я очень ценю твою заботу о моем душевном равновесии, — он ответил легким поклоном, жестом пригласил девушку пройти на кухню. Дэрек держал лицо и старался не показать, какую боль причинили направленные на него чувства отца. К привычному раздражению и зависти старшего Алистера, слышавшего короткий разговор, в этот раз примешивалось еще одно жгучее чувство. Лишь несколько часов спустя помогая отцу с купанием, Дэрек понял, что новое чувство называлось ревность.

На первом этаже дома всегда было неприятно находиться, но резких ударов, будто током, я не ожидала. Казалось, я продиралась сквозь заросли ежевики и крапивы. Но не столько телом, сколько душой. Премерзкое ощущение дополнялось отвратительным пониманием того, что Дэреку значительно больней, чем мне. Оглядываясь на закрытую дверь в комнату, заметила, что он держит улыбку, но выглядит она искусственной и вымученной, потому что взгляд стал тусклым.

К счастью, чем дальше мы отходили от прихожей, тем меньше ощущалось царапающее жжение. У плиты и вовсе стало терпимо. Для меня, не для Дэрека. Поэтому я молча взяла его за руку и вывела во двор. Только там, рядом с колодцем, он вздохнул с видимым облегчением.

— Я не хочу обсуждать это в доме, но что это только что было? — пытливо глядя на Дэрека, спросила я.

Он нахмурился, отвел глаза.

— Не вздумай притворяться, что не понимаешь, о чем я говорю. В доме находиться невозможно. Почему?

— Это сложная тема. Очень сложная, — прозвучало блекло и сухо.

— Ладно. Тогда обсудим за ужином и бокалом вина. Не зря же купили, — решила я. — Пока я не хочу возвращаться в дом. И тебя отпускать не хочу.

— Ты же голодная, — возразил он. — Нужно еду разогреть.

— Обойдусь пока. Психическое здоровье дороже, — заявила я и, заметив, как тяжело вздохнул Дэрек, шутливо предположила: — Или ты боишься, что я тебя съем?

Он покачал головой и, хвала местным высшим силам, в тон ответил:

— У меня всегда есть возможность сменить ипостась. Чешую ты не прокусишь, какая бы голодная ни была.

— Кстати, Лирс в магазине одежды упомянул частичное превращение. Это как?

Мое чистое, незамутненное любопытство Дэрека озадачило и смутило.

— Вообще-то частичное превращение — очень плохой признак. Дракон или драконид в этом состоянии уже плохо контролирует себя и свою магию.

— Но Лирс явно вызвал это состояние нарочно.

— Иногда так делают для устрашения, — признал маг. — Или предупреждают, что предел близок. Лицо меняется, черты заостряются, становятся…

— Грубыми, резкими, — подсказала я, вспомнив, как преобразился Дэрек, когда велел леди Айле сменить тему.

Он кивнул:

— Вот-вот, правильная характеристика. Скулы становятся более выраженными. На них появляется чешуя.

— Зеленая? — брякнула я.

— У кого как, — спокойно ответил Дэрек, не заметивший, к счастью, моего ляпа. Мне ведь неоткуда было знать, что его крылья зеленые. — Зависит от цвета дракона.

— А что, много вариантов?

— Не так чтобы очень. Ты точно не хочешь вернуться в дом? Там бы и обсудили. Может, уже легче будет.

Я отрицательно потрясла головой:

— Нет, пока переждем. Хотя ты прав, стоим без дела неприкаянные. Огород давай хоть польем. То, что в тени.

— Не надо, у меня оросительная система отлажена. Нужно только будет соединить в нескольких местах вечером, — он неопределенно махнул в сторону большущих бочек, стоящих под крышей. Заметив мой живейший интерес, предложил показать.

Система из множества трубочек, идущих к грядкам, в самом деле была хорошо отлаженной не только с точки зрения простой физики, но и магически тоже. Так все растения получали необходимое количество воды, а Дэрек после рабочего дня не носился по большому огороду с лейками. Почувствовав, что травки, кусты, плодовые деревья и прочее в умело обустроенном хозяйстве мне действительно интересны, мой похититель провел экскурсию. Тогда же выяснилось, что подавляющая часть грядок была занята вовсе не овощами, как я думала, а лекарственными травами.

— Когда мне на работе заказывают эликсиры для сослуживцев, в смету, разумеется, входит и плата за травы. Начальник знает, что я выращиваю сам почти все, что нужно. Он экономит на перекупщиках, мне выгодно, потому что он платит по средней розничной цене, и мы оба лишены необходимости торговаться, — поправляя на опоре плеть незнакомого растения, объяснил Дэрек.

Меня же не покидало ощущение, что шеф знал о финансовых сложностях подчиненного и помогал. Видимо, ценил работника.

— У тебя хороший начальник.

— Да, хороший, — улыбнулся Дэрек. — Но нам обоим повезло друг с другом. У меня стабильная работа, ничего, что порой очень напряженная, дополнительные заказы, обмундирование. А у него надежный специалист высокого уровня с сильным магическим даром.

— Ты скромный, оказывается, — улыбнулась я.

— Это просто правда, — он пожал плечами. — Алхимик я очень хороший, тут нет смысла приукрашивать действительность. Артефактор — хороший, целитель — средний.

— А боец?

— Тут сложно, хотя, скорей, тоже средний, — чуть нехотя признал Дэрек. — Во время обучения хвалили, сейчас тренер стражи тоже мною доволен. Но опыта боевого у меня немного. Сама понимаешь, работа у меня кабинетная. На месте преступления я оказываюсь, когда там все под контролем. В дуэли не ввязываюсь, так что настоящий уровень и не проверить.