Невеста-полукровка 2 (СИ) - Лестова Ксения Алексеевна

— Если хочешь, можно немного полетать перед сном, — неожиданно предложила мне эльфийка, когда мы с ней закончили составлять план на следующий день. — А потом поужинаем. Идет?

Я задумалась. С одной стороны, было весьма любопытно прокатиться на живом драконе. А с другой… Бывают же транспортные драконы. Кстати, раньше, еще каких-то лет десять назад за неимением достаточного количества порталов, эльфы передвигались через большие расстояния именно на них. Искусственно выведенные, травоядные, они были изящным и, главное, безопасным аналогом своих диких собратьев. Да и мысленно общаться умели, что существенно облегчало жизнь обитателям Ирийского леса. И почему я еще ни разу в жизни не прокатилась на таком вот живом и смышленом виде транспорта?

— Они нас не тронут, — подмигнула мне Самари, верно расценив мое затянувшееся молчание. — Мы попросим моих знакомых девчат из клана Вига. Думаю, Рака и Тан не будут против показать своей гостье окрестности их гнездовья.

— Гнездовья… — эхом повторила. — Девчата?

— Ну, да, — тихо рассмеялась женщина. — Эти драконы мне уже, как родные стали.

— И со многими у вас такие тесные отношения?

— В основном, мои друзья из аквамариновых семейств, — пожала плечами Коара. — Но есть еще парочка платиновых и один белый. Несколько лет назад мне довелось разнимать их в драке.

Я с открытым ртом слушала историю, как белый дракон Роко хотел заполучить себе платиновую самку Гиру. Но на нее уже имел виды ее соклановец Анке. И неизвестно, чем бы дело закончилось (все-таки Гира была первой претенденткой на место будущей предводительницы клана Мако), если бы эта невероятная эльфийка не рассудила влюбленных самцов и не сняла бы с Роко чары цветка Ноури, которые белый дракон вдохнул вместе с «любовными спорами». И ведь нашел же столь редкое растение на свою голову.

Потом я немного рассказала о своей учебе. Не жаловаться на свою участь не получилось. Все-таки отношение парней и преподавателей к моей незаурядной личности занимало очень важную роль в повествовании. Доверять ей все свои проблемы не собиралась. Просто разговор зашел о моем магическом резерве и о том, как я собираюсь им пользоваться во взрослой жизни. Вот я и раскрыла свои планы на будущее.

— Амбиций много, а уверенности в себе не хватает, — покачала головой Самари Коара, когда я окончила свой рассказ. — Люди чувствуют это, Холли. Хотя, в основном своем и не сознают этого.

— А как это? — нахмурилась.

— А так, — таинственно улыбнулась моя собеседница. — В этом плане мы мало чем отличаемся от животных. Знаешь, я много наблюдала за драконами и поэтому могу ясно отличить сильную особь от слабой. Это идет изнутри. Понимаешь?

— Не совсем, — честно призналась. — Мне казалось, что я достаточно сильна. Просто мне не достает знаний и практики. И из-за этого я пока не могу по праву называться магессой Смерти.

— А почему ты решила, что ты не можешь называться магессой Смерти?

Признаться, этот ее вопрос поставил меня в тупик. Действительно, а кто я тогда такая? Я ведь с рождения обладаю магией Смерти. Кому, как не мне называться некромантом?

— Я не знаю, — пожала плечами. — Просто считаю, что не имею права громко и с гордостью так себя назвать.

— В этом-то и проблема, — прищурилась Самари. — Мальчишки всегда более уверенные, дерзкие, сильные. И девушки для них — что-то вроде противоположности и в то же время половинки. Спутницы по жизни, просто подруги или любовницы. Но ты попала в их среду и стала конкурентом. Вроде и ровня, а слабее их по разным параметрам.

— Кажется понимаю, — кивнула. — Но почему так? Ведь до меня рождались магессы Смерти!

— Их было мало, — покачала головой женщина. — И, как я понимаю, единицам удается поступить в Институт благородных магов.

— Действительно, зачем мне столько сложностей, если есть Институт благородных магесс, — невесело усмехнулась. — Только вот некромантов там не обучают.

— А знаешь, почему? — лукаво спросила у меня Коара.

— Потому что нет смысла создавать новый факультет для нескольких девушек, — хмуро озвучила прописную истину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Не поэтому, — довольно протянула магесса. — Вернее, основная причина заключается совсем в другом.

— И в чем же?

— А в том, что Смерть называется стихией лишь отчасти. Она ведь не то же самое, что Огонь, Вода, Воздух и Земля, — принялась пояснять мне Коара. — Смерть — это детище Сумеречного бога Саа. Некромантия — это целый загробный мир, с которым маги и магессы так или иначе соприкасаются. С ней тяжелее всего сладить. А уж подчинить… Поговаривают, что только жрецы Сумеречного бога могут получить некоторую власть над мертвыми. Ну, и безумцы, которые жаждут мирового господства. Как правило, они все равно становятся марионетками Саа.

Мне сразу же вспомнилось кладбище неподалеку от институтов. И правда, тамошние «жители» существуют среди нас не потому, что им позволяют это некроманты, как казалось бы на первый взгляд. Между живыми и нежитью существует негласное взаимовыгодное соглашение. Одни приводят к могилам своих студентов на практику, а другие — развлекаются под покровом ночи. Как интересно…

— Маг Смерти должен быть не только силен, но и уверен в собственных силах, — продолжала говорить Самари. — Представь себе некроманта, который бегает по всему погосту от восставшего скелета, оглашая округу своими воплями. Вместо того, чтобы отбросить в сторону все страхи и хладнокровно действовать. Ведь только в этом случае его дело увенчается успехом.

Представила и даже вспомнила себя, когда попала на заброшенное кладбище в Ирийском лесу на вступительном испытании. Вот поэтому я и не могу по праву называть себя магессой Смерти. И профессор Хилт не может. Потому что своими глазами видел, как я бегала от зомби.

— Но разве это не нормально на начальном этапе обучения? — поморщилась, понимая, что мне могли бы и пораньше рассказать об этой истине. Да хотя бы тот же Шеннон!

— Не нормально, — тяжело вздохнула Самари. — Но если тебя этому никто

не учил, то другого поведения ожидать не приходится.

— И все равно не понимаю, — с досадой проговорила я. — Если все вокруг такие умные, то почему никто не помог? Над слабыми ведь не смеяться надо, а поддерживать во всех трудностях.

— Ты еще такая наивная, Холли… — мягко улыбнулась Коара. — Кому это надо, скажи?

И, правда, никому. Терять свое время на слабачку, которая впервые в жизни на днях подняла из могилы часть трупа. И то, не часть, а всего. Потому что он уже был поднятый. Да, мне точно надо быть жёстче. Иначе так и останусь девочкой со странным желанием стать специалистом по тотальному контролю нежити.

— Молчишь… — промолвила Самари. — Значит, о правильном думаешь. Ну, да ладно. Еще успеется все и образуется. Ты еще только в начале своего пути.

Я благодарно ей улыбнулась. Кто бы мог подумать, что очередная моя передряга закончится таким вот откровением.

— Пойдем, — Самари кивнула в сторону двери. — Рака и Тан уже наверняка переварили все, что съели за обедом, и теперь готовы к новым подвигам в небе.

Глава 7. Расправить крылья

Аквамариновые драконицы немного отличались от медных. У них были более длинные шеи и хвосты. И глаза казались не такими злыми. А уж когда мы к ним подобрались совсем близко, то оказалось, что эти рептилии очень добрые и милые. Но обольщаться не стоило. Ведь если бы я пришла к ним без всякого сопровождения, меня наверняка бы приняли за врага.

Самари говорила с ними на древнеэльфийском, а я просто стояла и мысленно кусала локти. Так хотелось понимать этот красивейший (как оказалось) язык! Он звучал, как песня. Интересно, а в Институте благородных магесс меня ему кто-нибудь сможет обучить?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Как я взбиралась на спину Тан — это отдельная история. На хребте имелись неострые, но довольно высокие шипы. Конечно же, никакого седла предусмотрено не было. Зато у меня была возможность обхватить руками шип и «приклеиться» к нему на время полета. Кстати, а почему драконы (если уж позволили немного полетать с ними) не могут отвезти меня в Киас? Или хотя бы домой, к маме?