Жизнь и Месть Чёрной Королевы (СИ) - Головач

— Не думай… Что мы так просто отстанем от тебя, — он вобрал в себя остатки сил и откинул меня прочь и тут же его взгляд пал на Азбиля, что буквально съедал ногу Алисы, что лупила его изо всех сил по морде и дергала за уши. — И это тебе моё напоминание…

— Азбиль! — Зигирилл понял, что Клод нападёт, но ангел не успел вовремя. Фаустус пронзил горло Дьявольским Мечом и прошелся им до самого пупка, заставив его внутренности мигом повиснуть в воздухе в раскрытой ране. Зиг пришёл в ужас: — Нет!

— Себастьян! — Грелль бросился в атаку и на нашего врага, но тот отбросил жнеца в сторону.

Подняв на руки окровавленную Алису, он презренно сплюнул на упавшее тело моего фамильяра:

— Мелкая дворняга…

Мои глаза сначала с диким ужасом и болью посмотрели на раненного и окровавленного Аза, который даже не успел понять, что произошло.

Он в последний раз одарил меня верным, заботливым и в то же время печальным взглядом своих преданных собачьих глаз и медленно закрыл их, испуская последний вздох.

— Не прощу… Не прощу… НЕ ПРОЩУ! — прокричала злобно и яростно я, поднимаясь на ноги, после чего буквально за секунду оказалась возле своего врага, резко выбив из его рук Алису, а его самого вновь с силой отшвырнув в противоположную сторону. Затем только одни мои губы тихо, чётко и холодно произнесли: — А теперь смотри ты, как Я лишаю тебя твоей последней жалкой человеческой игрушки, Клод! Душа Алисы вместе с частичкой души твоего драгоценного Алоиса сейчас станет моей!

С этими словами я в то же мгновение вонзила свою руку в грудь этой мелкой дряни и без всякой жалости быстро и резко вырвала её чёрное прогнившее полностью сердца, сразу же приблизившись к губам и начав высасывать душу.

— Не велика потеря… — процедил сквозь зубы Клод, который в итоге исчез, забрав с собой ошмётки Ханны.

Алиса же сквозь боль и последние остатки дыхания рухнула на землю и начала бледнеть, захлёбываться в собственных грудных вздохах и хрипеть. Глаза её быстро потускнели, а тело застыло в уродливой скрючившейся позе.

— Азбиль…. — Зигирилл едва сдержал дрожь в своём голосе. Он хотел плакать, но держался изо всех сил: — Я… Я мог бы…

— Нет… — Себастьян сочувствующе посмотрел на заледеневшее тело моего фамильяра, чья кровь медленно окрашивалась в чернь. — Он был платой… И заплатил за Регину своей жизнью.

— Кто ещё помечен? — сразу же спросил Грелль Михаэлиса.

— Зира… — ответил честно тот. — И мой брат.

— Дорос? — голос ангела дрогнул сильнее. — Нет… Нет, он же не…

— Я не знаю, чем он заплатит за Регину, знаю только, что плата будет примерно такой же высокой…

— Себастьян, — более строго ответил жнец, убирая бензопилу под свой необычный плащ. — Уводите с Зигириллом Регину домой… Позаботьтесь о ней, как следует. Я отнесу Азбиля к Гробовщику. Он даст ему хорошее упокоение.

— Позвольте мне хотя бы проститься со своим фамильяром… — тихо произнесла я с болью в голосе, закончив поглощение души Алисы и грубо откинув её тело в сторону.

— Да… Да, конечно, — тут же кивнул Зигирилл, отводя Сатклиффа и Себастьяна от меня и тела Азбиля. — Пусть попрощается.

Я же подошла к израненному и окровавленному телу Аза, рухнув на колени рядом с ним.

— Прости… Прости меня, Аз… — шептала я, с горечью роняя слёзы, что падали на пол, смешиваясь с кровью моего близкого погибшего друга. — Я не должна была доводить всю эту ситуацию до такого… Не должна была…

Мои руки коснулись чёрной шерсти любимого друга и фамильяра, зарываясь в неё пальцами. Горячие слёзы боли, вины и горечи лились ручьями по моим щекам, не переставая.

Как жаль, что не осталось даже минуты, чтобы мы смогли сказать друг другу последние слова.

Я так хотела услышать голос Азбиля в последний раз…

Я знала… Он говорил, мне что умрёт… Но… Не так быстро… И не так беспощадно…

Вся я была измазана его кровью, тело его окоченело… Но стоило мне отстраниться, чтобы ещё раз посмотреть в глаза фамильяра, я увидела, как по его шерстистой щеке прокатилась последняя слезинка, что застыла почти на кончике его холодного носа.

— Азбиль… — дрожаще прошептала я и заплакала ещё сильнее, прикрыв рот ладонью, чтобы заглушить собственные рыдания.

Вот и оплатилась часть жизни Себастьяна, ценою которой был Азбиль.

Мне было очень трудно прощаться с ним и смотреть, как Грелль всё же решил накрыть тело фамильяра старой тканью и пытаться оторвать его от меня.

— Пусти, Регинушка… Ему уже не помочь…

— Регина, мне жаль, но Грелль прав… — произнёс с сочувствием и сожалением Зигирилл, который вместе с Себастьяном пытался осторожно поднять меня на ноги, пока я продолжала горько плакать, неотрывно смотря на тело погибшего друга.

— Дайте… Дайте его подержать… Всё же не так… — всхлипывала я, выпуская демонические когти из подкожных подушечек моих пальцев.

— Пора, милая… — сочувствующе прошептал Себастьян, беря меня на руки, как малышку. — Чш-ш-ш… Тише, любимая.

— Я пойду с Греллем, — сказал негромко Зиг. — Вы возвращайтесь лучше в поместье. В квартиру опасно возвращаться.

— Так и сделаем, — Михаэлис кивнул в ответ. — Будьте тоже осторожны оба. Мы не знаем, не оставил ли Клод кого-нибудь из своих прихвостней следить за нами или нет.

— Оставил. Но осторожны будем, — Грелль поправил свои очки и добавил: — Вы возвращайтесь поскорее и будьте на стороже. И на всякий случай сбейте следы.

Себастьян же вновь кивнул и поспешил убраться из церкви, прыгая по крышам домов в тяжёлом молчании.

Никто из нас так и не проронил ни слова за всю дорогу до самого дома.

Мой возлюбленный понимал, что сейчас точно слова никак не помогут и, возможно, даже могут наоборот сделать только хуже. Так как я ещё не совсем привыкла к своему теперь уже демоническому существованию и пока плохо контролирую свои чувства и эмоции, тем более после смерти фамильяра.

Мы добрались до поместья за час, учитывая, сколько раз ещё сбивали след, чтобы сбить с толку прихвостней Клода.

Мы пробрались в нашу комнату незаметно для остальных.

Себастьян помог мне обмыться, одеться и лечь поудобнее на кровати. Он же просто лёг рядом со мной и прижал меня к своей груди:

— Поплачь, мой маленький демон. Поплачь.

— Я просто… Поверить не могу… — я уткнулась носом в грудь брюнета, тихо всхлипывая и сильнее прижимаясь к нему. — Азбиля вот так не стало…

Демон молчал и ласково гладил меня по волосам.

Он давал мне выплакаться,