Vereteno - Девять сердец бога

Я поднялся с колен и молча побрел в спальню, оглянувшись лишь раз, чтобы помахать рукой исчезающей в озере Лисси. Нахалка приняла образ русалки и, сверкнув в полутьме белой обнаженной грудью, плюхнулась в воду, махнув хвостом.

— Вертихвостка! Что-то подсказывает мне, что дамочка попалась с характером, — проворчал я.

Вернувшись в спальню и устроившись на кровати в объятьях Древних, я долго смотрел в темноту, пытаясь углядеть ускользающую нить предназначенного мне пути. Предчувствие и неясные образы посещали мою непутевую голову. Сейчас мне не хотелось страсти или секса. Только спокойная близость любимых тел. Постепенно сон сморил и меня.

Я проснулся от сладкого движения губ на моем члене. Его облизывали, как мороженное, сосали и заглатывали целиком. Соски ласкал другой влажный язык. Никаких объятий и отвлекающих прикосновений, все сфокусировано на сосках и горящем члене. Необычайная яркость ощущений! Из глубокого сна прямо в чувственность реальности, сотканной из возбуждающей мягкости ласкающего рта и влажности шершавого языка. Наслаждение шелковыми нитями тянулось к паху, пульсировало, заставляло выгибаться и стонать, пока оргазм не взорвался яркой вспышкой.

— Доброе утро, солнышко! — довольный смех и поцелуи, такие нежные.

— Черт, кажется, я готов просыпаться так каждое утро! — я целовал в ответ смеющиеся губы и сам глупо улыбался до ушей.

— Вставай, котенок. Ночью нам сделали подарок, — загадочно сказал Варк, расчесывая мои волосы и собирая их в высокий хвост.

— Вы бессовестные интриганы! Знаете, как правильно разбудить и заинтересовать меня, — я подмигнул ухмыляющемуся ашус, который протягивал мне одежду. Вот ведь паразиты! Сказали о подарке, а теперь с них не вытянешь ни слова подробностей. Подгоняемый любопытством, я быстренько умылся и оделся в шелковую рубашку и новые джинсы. А затем пулей выскочил на мраморные ступени у входа в особняк.

— Э-э-э…,- у меня просто не было слов! — Это что, все взаправду?

К большому серому камню у озера была привязана темнокожая девушка. Видимо ночью её принесли в жертву «Темному Богу», который сейчас как ни в чем не бывало, весело переругивался с Максимом. Лорд как раз появился в портале входных дверей и флегматично уставился на жертвенный камень. Рядом с «жертвой» сидела Лис в образе пантеры Багиры из мультика про Маугли и приветливо скалилась. Мультик по идее был веселый, и Лис хотела подбодрить девушку. Но дружеское подбадривание как-то не задалось. От девушки распространялись волны животного ужаса и страха.

— Лисси, брысь! — скомандовал я. Пантера сверкнула глазами и, гордо задрав хвост, удалилась. Типа оно ей не надо.

— Эй, волк! Да тебе очередную жертву привели! — ашур толкнул Варка в плечо.

— Да вот, имидж такой сложился. Приходится терпеть, — с притворной озабоченностью проговорил Варк, растерянно разводя руками. На самом деле, этот паршивец нисколько не смущался и не раскаивался. Я еще раз удивился переменам, произошедшим с вампиром за последние дни. Сейчас он был абсолютно другим и если бы я не столкнулся с ним раньше, то никогда бы не поверил, что может скрываться за обаятельной улыбкой Варка.

— И что ты с ней будешь делать? — спросил я, подходя поближе к трясущейся, испуганной девушке, — надеюсь не питаться? — мой серьезный взгляд заставил увять его ухмылку.

— Я стал горячим любителем только одного блюда…тебя! — он подошел ко мне сзади и обнял за талию, прикусив кожу на шее.

— Да ты гурман! — подколол вампира Макс. Мы все вместе подошли к «жертве». Бедняжка обливалась слезами, ее губы дрожали. Надо поскорей прекратить этот фарс, ведь она живой человек. Я попытался распутать веревки, опоясывающие ноги, руки и все тело девушки, но не смог. Слишком рьяно спеленали ее соплеменники, видимо боялись, чтоб не сбежала. Дверь в тонкий мир теперь была всегда для меня приоткрыта, и я нырнул в него мгновенно. Мне не составило труда просто развеять веревки в пепел, освободив, наконец, пленницу. Оказавшись на свободе, девушка рухнула на колени, видимо ноги затекли от перетянувших их пут.

Я склонился над ней. Что-то было не так, но что? Затравленный взгляд, короткие курчавые волосы, полные, разбитые губы. Я беззастенчиво разглядывал незнакомку. Соплеменники, по всей видимости, очень настаивали на данной кандидатуре жертвы. Да, добрые у нее родственнички.

— Как тебя зовут? — спросил я, приподнимая ее лицо за подбородок. В ответ лишь молчание. Она совсем не понимает меня. Я мягко коснулся ее сознания, вкладывая необходимые языковые знания и снимая стресс от страха, внушая спокойствие и доверие. Этому меня недавно научил Макс, посчитавший, что уже пора мне осваивать свои способности и развивать их. Вот и пригодилось.

— Как твое имя? — медленно повторил вопрос я. Глаза девушки расширились, она открывала и закрывала рот как рыба, выброшенная на берег. Но так и не издала ни звука. Меня осенило. Да ведь она немая! Я посмотрел на нее внимательно сквозь призму тонкого мира и был неприятно удивлен.

— Знаешь, Варк, она глухая и немая, видимо, с рождения. Племя решило принести ее в жертву и заодно избавиться от убогой, — я гладил девушку по щеке пальцами рук. Она перестала бояться нас благодаря моему внушению. Черты лица разгладились, исчезла обреченность и затравленность.

— Наверно я смогу помочь, только нужно ее усыпить, — я был спокоен и собран. Откуда-то пришла уверенность, что мне под силу излечить девушку. До этого случая мне не приходилось лечить людей, и я должен был бы испугаться. Но сейчас я просто знал, что нужно делать. Исток этого знания был спрятан глубоко в подсознании. Нужно лишь потянуться к этой двери, и она приоткроет для меня свои тайны.

Снова касание разумов и мягкое погружение в сон. Призма тонкого мира обнажила передо мной человеческую суть и все ее изъяны. Я выпрямлял искаженные болезнью нити, подпитывая их своей силой. Это была ювелирная, кропотливая работа, но подвластная мне физическая материя легко поддавалась изменениям. Дополнительно я убрал изъяны лица, шрамы и последствия неправильно сросшегося перелома на руке, синяки от побоев, мелкие ссадины на коленях. Короче, пластические хирурги удавились бы от зависти. Подумав, я произвел коррекцию сознания, добавив немного уверенности, речевых навыков и стремления к обучению. Кстати, у девушки оказались хорошие способности к целительству, заглушаемые ранее болезнью и забитостью. Ее нехитрая жизнь промелькнула у меня перед мысленным взором. Я поделился увиденным с Древними. Не скажу, что они поняли меня в стремлении помочь незнакомому человеку. Я не питал иллюзий на их счет. Они не были людьми, хоть и отлично под них маскировались. Психология Старших детей богов во многом отличалась от человеческой, и некоторые ее аспекты до сих пор шокировали меня. А я все еще оставался в какой-то мере человеком, хотя бы в сознании. Но они одобрили мой целительский опыт с точки зрения освоения новых способностей и тренировки. И на том спасибо. Я уже научился принимать их такими, какие они есть, и смог жить с этим.