Вернись, я все прощу. Дракон передумал разводиться - Таня Драго

другой. Не той Телианой, которая четыре месяца назад покинула замок Анмира с опущенной головой и сердцем, полным страхов.

Мои волосы, которые я перестала туго стягивать в узел, мягко обрамляли лицо, отражая свет фонарей. Глаза... боже мой, когда я в последний раз видела, чтобы мои глаза так сияли?

Даже движения изменились.

Раньше я старательно контролировала каждый жест, боясь споткнуться или сделать что-то не так. Теперь моя врождённая неуклюжесть превратилась в... как это назвать... грациозную непредсказуемость?

Я по-прежнему спотыкалась, по-прежнему роняла вещи, но это больше не казалось недостатком. Это стало частью моего очарования — по крайней мере, так говорили люди.

Я выглядела на десять лет моложе, и чувствовала себя ещё моложе.

— Для самой очаровательной хозяйки в округе, — послышался знакомый голос.

Я обернулась и увидела Иванара, местного травника, с букетом полевых цветов. Букет был скромный, но собранный с явной заботой — каждый цветок подобран по цвету и аромату.

Иванар был мужчиной средних лет, с добрыми глазами и руками, которые всегда пахли лечебными травами. Мы познакомились месяц назад, когда я обратилась к нему за советом по поводу одного из моих рецептов. С тех пор он регулярно появлялся в поместье — то с советом, то с редкой травой, то просто поинтересоваться, как дела.

— Иванар, какая красота! — я приняла букет, и аромат полевых цветов мгновенно напомнил мне о детстве, о временах, когда жизнь казалась простой и понятной. — Вы очень добры...

— Леди Телиана, — прозвучал другой голос, низкий и бархатистый. — Этот праздник украшен вашим присутствием больше, чем всеми гирляндами вместе взятыми.

Лоренцо.

Статный аристократ из соседнего поместья, который появился в моей жизни три недели назад под предлогом "добрососедских отношений". Высокий, элегантный, с безупречными манерами и улыбкой, которая наверняка покорила не одно женское сердце.

Появление Лоренцо мгновенно изменило атмосферу. Иванар выпрямился, его добродушное лицо приобрело настороженное выражение. Лоренцо окинул травника оценивающим взглядом, в котором читалось явное превосходство.

— Лорд Лоренцо, — я слегка кивнула, чувствуя, как между мужчинами возникает напряжение, которое можно было резать ножом. — Какая приятная неожиданность.

— Для меня большая честь присутствовать на празднике столь... процветающего предприятия, — Лоренцо изящно поклонился, но в его голосе я уловила едва заметную снисходительность. Он явно считал мой "шишковый бизнес" чем-то вроде милого женского хобби.

— Госпожа Телиана создала настоящее чудо, — твёрдо сказал Иванар. — Её средства помогли половине деревни. Моя мать говорит, что её настойка от кашля лучше любого столичного лекарства.

— О, конечно, — Лоренцо улыбнулся покровительственно. — Народная медицина имеет свою... примитивную эффективность.

Я почувствовала, как во мне поднимается знакомое раздражение. Эта интонация, этот взгляд сверху вниз — всё это болезненно напоминало мне об Анмире. Только Лоренцо был более изысканным в своём превосходстве.

— На самом деле, — я попыталась разрядить обстановку, — успех нашего... э... предприятия больше зависит от удачи, чем от моих способностей. Мы просто оказались в нужном месте в нужное время с нужными шишками.

Боже, как глупо это прозвучало!

Нужные шишки!

— Вы слишком скромны, — Иванар покачал головой. — Я видел, как вы работаете. Это не удача, это талант и доброта.

— Талант к коммерции — редкое качество для леди, — заметил Лоренцо, и я не могла понять, был ли это комплимент или завуалированное осуждение. — Хотя, должен признать, результаты впечатляют.

Мужчины явно соревновались за моё внимание, и эта ситуация одновременно льстила мне и приводила в замешательство.

Годы брака с Анмиром научили меня не ожидать мужского восхищения. А тут сразу двое...

— Вообще-то, — я нервно рассмеялась, — самое интересное в нашем деле — это разнообразие применения сосновых продуктов. Вот, например, мы недавно разработали три различных сорта сиропа: один — больше для лечебных целей, другой — как десерт, третий...

Я замолчала, поняв, что с энтузиазмом рассказываю о шишках двум мужчинам, которые пытались мне льстить. Наверное, не самая романтичная тема для беседы.

— Простите, — я смущённо улыбнулась. — Наверное, вам не очень интересно слушать о...

— Напротив! — Иванар наклонился ближе. — Расскажите про лечебный сорт. Я мог бы порекомендовать его своим пациентам.

— Безусловно, — кивнул Лоренцо, хотя по его лицу было видно, что сосновый сироп интересует его в последнюю очередь. — Ваша... предпринимательская жилка достойна восхищения.

В стороне от нас, за одним из столов, Илиран и Эйлани склонились над листами с расчётами. Даже в праздничный вечер они умудрялись спорить о чём-то деловом.

Их голоса становились всё громче.

— Нет, вы не понимаете! — возмущалась Эйлани. — Если мы увеличим производство зимних сортов на двадцать процентов...

— А если мы этого не сделаем, то весной останемся без оборотных средств! — перебил её Илиран.

— Это математически невозможно! — Эйлани вскочила с места, схватила лист с формулами и помахала им перед носом моего сына. — Вот, смотрите сами!

И тут произошло нечто совершенно неожиданное.

Илиран потянулся за листом, Эйлани отдёрнула руку, лист выскользнул из её пальцев и упорхнул прочь, подхваченный вечерним ветерком.

— Мои расчёты! — завопила Эйлани и бросилась в погоню за беглым документом.

— Эй! — Илиран вскочил и помчался за ней. — Это же копия! У нас есть оригинал!

— Не в этом дело! — крикнула она через плечо, перемахивая через цветочную клумбу в погоне за листком.

Я наблюдала за этой сценой с нарастающим изумлением.

Мой серьёзный, рассудительный сын гонялся по двору за девушкой, которая преследовала лист бумаги, развевающийся на ветру. Весь их деловитый спор внезапно превратился в нечто похожее на детскую игру.

И самое поразительное — на лице Илирана было выражение чистого веселья.

— Простите, — я повернулась к своим кавалерам, которые с недоумением наблюдали за погоней. — Кажется, мне стоит...

Но тут Эйлани споткнулась о лейку, Илиран попытался