Исцеление любовью - Елена Северная

они друг друга дополняют. И чем вы ближе друг к другу, тем дар сильнее.»

«Да я бы полностью в нем растворилась!»

«Рано ещё!» — кошка муркнула и погладила хвостом. «Я скажу, когда будет можно. А пока — ни-ни. И никому знать не надо, что вы можете общаться ментально.»

Катя испытала необыкновенное чувство, когда её зверь махнул хвостом — как мама погладила своими ладонями по голове. Она раньше не очень понимала, как это — иметь вторую ипостась. А сейчас — не понимала, как она жила без своей строптивицы.

«Я ведь не зря за тобой аж в твой мир ходила.»

«Так тот котенок на детской площадке, это ты была?»

«Ну да, я. Знаешь, сколько пришлось ждать, пока тебя удалось приманить?»

У Кати даже перед глазами появились золотистые кошачьи глаза — так зашкаливали эмоции у её зверя.

«Я не специально!» — пришлось успокаивать свою красавицу.

«Ладно. Я- спать. Не выспалась ещё.»

И кошка свернулась клубочком и замурлыкала себе под нос свою нехитрую песенку.

А Катя прошлась по покоям — везде чисто убрано, посуду забрала Наяра. Она стояла и зорко следила, чтобы Катя все доела. И причитала — какая девочка худенькая. Кати осмотрела себя в большом зеркале в гостиной — ну да, ключицы торчат и позвонки пересчитать можно. Но в основном ничего — и грудь появилась и попа округлилась. Грудь как раз помещается в ладонь Вейдена. Катя вспомнила, как он мял её, с каким упоением целовал — значит, ему нравилось. Это для Кати важнее всего — нравиться Вейдену. И, если питаться так как она ела вчера, то и спина скоро станет гладкой. Вейдену, наверное, ещё больше понравится, ведь тогда и грудь подрастет и потяжелеет, и попку она ещё подкачает. Кати крутилась около зеркала и представляла, как её мужчина оценит увеличенные формы.

Самосозерцание прервал резкий стук в дверь — девушка аж подпрыгнула от неожиданности. Ну нельзя же так неожиданно! Это оказался Торен. Он пришел позаниматься с ней магией. Катя обрадовалась — конец безделью!

Заниматься оказалось труднее, чем она себе представляла. К обеду Катя была выжатым прошлогодним лимоном без единой косточки. Пальцы с непривычки ломило — плести даже азы — начальные составляющие простеньких заклинаний — тяжело давалось. Торен оставил пару мячиков и деревянные бусы, похожие на четки — чтобы разрабатывать пальцы. Катя решила заняться этим сразу после обеда. Но не дали — после обеда прибыли компаньонка и портнихи. До самого вечера в гостиной стоял шум и движение — выбирали ткани, фасоны, аксессуары и обувь. От драгоценностей Кати отказалась сразу и наотрез. Компаньонка, нанятая принцем, недовольно поджала губы и нажаловалась ему о проблеме. И вообще, она не понравилась Кате. Слишком уж манерная. Такая точно с живой не слезет, пока не добьется своего. Однако, принц был слишком занят, чтобы заниматься такой чепухой. Что-то буркнул и отключился.

И потекли дни, заполненные учебой. Занятия с Тореном магией, этикет с компаньонкой, лечебные процедуры с Самоли, примерки и пополнение гардероба — это занимало все время с утра до позднего вечера. Катя очень уставала. С Вейденом они почти не виделись. Отдушиной были лишь уроки танцев — тогда в пару вставал Вейден и Кати наслаждалась его обществом, его руками, его голосом. Иногда ему удавалось незаметно для компаньонки поцеловать Катю и девушка ещё долго оставалась под впечатлением требовательных жестких губ. Компаньонка постоянно твердила, что нужно стараться. Стараться в учебе, стараться соответствовать требованиям высшего света, куда принц собирался ввести её.

Но Катя старалась. Старалась соответствовать прежде всего Вейдену. И училась самозабвенно, до одури, до темных кругов перед глазами, чем заслужила расположение пожилой компаньонки.

Она оказалась не такой уж и занудой. Поближе познакомившись с леди Эстер, Катя поняла, что за мишурой чванливости и чопорности скрывается веселая и неунывающая дама «средних лет и приятной наружности с очаровательным внутренним миром.»

Это случилось, когда леди Эстер понадобился выходной. Она уведомила об этом за 2 дня и Катя уже мечтала о свидании с Вейденом и, может быть, он останется на ночь. Поздно вечером в покои девушки раздался осторожный стук. Катя караулила около двери своего любимого и поэтому, не задумываясь — а кто же ещё может прийти к ней на ночь глядя? — распахнула дверь.

Радостная улыбка медленно сползла с лица — в покои ввалился Анжи и тут же заблокировал дверь.

Глава 18

Катя.

С похабной ухмылочкой он прижал к стене девушку и тут же стянул с неё ночной халатик.

— Что, не ждала? — он впился в губы девушки жадным поцелуем, в яростном порыве сминая их и кусая до крови. — А я ждал, считал дни, караулил, когда ты останешься одна. И дождался. Теперь мне никто не помешает.

Он не стал предаваться прелюдии к сексу, а прямо сразу же перешел в наступление — повалил на пол, разорвал тоненькую ночную сорочку и полез рукой в кружевные трусики. Голодный рот всосал темную бусинку соска и парень замычал от удовольствия, одной рукой удерживая остолбеневшую от неожиданности жертву а пальцами другой усиленно лаская чувственный бугорок между вожделенных лепестков. В живот Кати уперся каменный член. Анжи рвано и часто дышал, то обдавая лицо девушки жарким дыханием, то приникая к её груди и терзая соски. Его распирало желание наконец-то овладеть желанной добычей, которая однажды ускользнула от него и которую он так долго караулил, но продлить удовольствие наблюдать за бессмысленным трепыханием девушки было сильнее. Анжи был на седьмом небе, чувствуя под собой юное нежное тело и осознавая, что вот теперь-то он завершит начатое в бабкиной избушке. Он разорвет эту недотрогу и будет трахать целую ночь, раз за разом претворяя все свои мечты в действительность. Член алчно дернулся к вожделенной дырочке и выпустил смазку в готовности ввинтиться во влажное горячее лоно. Катя сопротивлялась и с силой сжала ноги. Но это только раззадорило парня и придало его наступлению огня и жесткой страсти. Оставалась всего одна преграда — кружевной клочок ткани на молочных бедрах — трусики. Анжи решил растянуть наслаждение и разрывал их потихоньку, с удовлетворением наблюдая, как страх вспыхивает с новой силой в синих омутах девичьих глаз.

— Тебе надо было не сопротивляться тогда, один раз перетерпела бы и все — дальше каждый раз улетала бы на небеса от счастья. Знаешь, какой он у меня страстный?

Анжи схватил руку Кати и положил её на свой член. Тот дернулся ещё