Поцелуй, плавящий лёд - Александра Неярова

долго я об этом мечтал. – Накрываю пару своим телом, словно щитом. Да, больше никому и никогда не позволю отнять Айлу у меня. Разорву когтями, загрызу зубами, порву голыми руками, но не позволю причинить боль.

– Эйган… – она дрожит и закатывает от удовольствия глаза, когда веду ладонью по нежной коже, по совершенным женственным изгибам.

Внутренне обмираю от предвкушения. Да, теперь ты моя. Полностью. Под мелодию ночи наши тела сплетаются в древнем танце любви и лишь одна луна станет свидетелем единения. Наши сердца с этого мгновения бьются в унисон. Всегда.

***

Год спустя в замке лорда зимы на рассвете раздался громкий плач новорожденного младенца, а через несколько минут закричал и второй. Супруга лорда Брама родила королевскую двойню. В небе тут же послышались орлиные крики, а с земли заревели в приветствии и почтении львы.

Жителям Загоравии тут же разнести долгожданную радостную весть, королевство стало готовиться к празднованию рождения наследников рода.

Уже после состоявшегося приема, когда все гости разъехались, вымотанный и уставший Эйган Брам спешил по крутой винтовой лестнице башни к своей жене. Тихо отворив дверь, мужчина зашёл в спальню и обнаружил, что дети крепко спят, а Айла стоит у большого зашторенного тяжёлыми вишневыми портьерами окна и, отодвигая край занавеси, всматривается вдаль, где солнечный диск вот-вот встанет в зенит.

Осторожной поступью он прокрался до супруги и обнял её со спины, подбородок уложил на макушку. Вдохнул полной грудью витавшие по комнате запахи молока, свежевыстиранных и выглаженных детских пелёнок, масел и трав, аромат любимой женщины и ощутил насколько же он стал счастлив. В его замке пахло жизнью.

– О чём думаешь, милая? – Удовлетворенно улыбнулся и зарылся носом в простой прическе жены, дурея от запаха корицы и ванили.

Айла встрепенулась, совсем ушла в себя и даже не заметила прихода мужа. Она накрыла обнимающие её за талию руки лорда поверх своими, и тоже улыбнулась.

– Эйган, ты ничего странного не заметил?

– Странного? О чём это ты? – Переспросил, оглядываясь в поисках этого самого чего-то странного. Айла еле слышно засмеялась.

– Да нет же, не здесь, а на улице.

– Так, хватит уже говорить загадками, – нахмурил брови лорд. Загадки он жуть как не любил.

Айла развернулась в кольце рук мужа, обхватила ладонями его лицо и направила к окну:

– Смотри внимательно на самый ближний холм. Видишь зелёные проплешины в снегу на самой вершине, а первый сиреневый подснежник? В Загоравию, милый, идёт весна.

– Но ведь… это невозможно, – выдохнул потрясённо лорд, недоверчиво всматриваясь в одинокий крохотный цветок. – Многие века наши земли покрывали толщиной снега и льды.

– Так было не всегда, – мягко возразила Айла. Она прижалась головой к груди мужа, слушая как мерно стучит сильное львиное сердце: – В далёкие прошлые времена, когда Фарибус ещё не стал тёмным магом, полная светлой магии Загоравия утопала в зелени и цветах. Я видела это и многое другое в памяти Фарибуса. Год назад с его смертью природа начала очищаться, и похоже сейчас баланс наконец восстановился. Пришла весна.

– Да. Любовь победила смерть…

Эйган посмотрел на двух мирно сопящих младенцев, которые вдоволь наелись молока и теперь спят крепким сном. Лиан и Рольф были похожи, как две капли воды. Угадывались в них и черты отца, и черты матери, но пока точнее не скажешь на кого малыши походили больше. Да и не важно это.

– Спасибо тебе за них. Никогда не думал, что можно быть таким счастливым.

Эйган нежно поцеловал жену, а потом не выдержал и углубил поцелуй, сминая сладкие от меда губы, с которым Айла недавно пила чай.

– Знаешь, а ведь твой поцелуй действительно растопил лёд моего сердца вместе с проклятьем.

– Поцелуй, плавящий лёд? – Хихикнула Айла, жмурясь от удовольствия и ласки мужа. – А красиво звучит.

– Да, звучит красиво. А чувствуется ещё приятнее.

Конец.