Мой желанный мужчина - Ольга Сергеевна Шерстобитова

и поделилась силой, как я тогда думал, но и перетянула на себя мой откат. Иначе бы следующую волну я бы не удержал и вовсе, там практически не было шансов.

Но Николь тогда спасла меня и во второй раз – прижалась, поделилась силой, снова каким-то образом, явно даже не подозревая об этом, забрала последствия использования моей способности. Своего отката у нее на тот момент не могло быть, она ведь не использовала силу, та в ней только пробуждалась.

Океанская бездна! Получается, если бы Николь раз за разом не спасала мою жизнь, делясь силой и перетягивая откат на себя, то тогда бы во флаере ее способность точно бы не вырвалась из-под контроля. Все могло остаться в тайне, у нее бы появилось время…

Только смысл жалеть о том, что уже произошло? О том, что остался жив, встретил эту удивительную девушку, вместе мы спасли столько жизней на том острове…

И сейчас уже имело значение только одно:

– Чем я могу ей помочь? – спросил, с трудом отрывая взгляд от Николь и переводя его на целителя Дария.

– Нужно убрать последствия вашего отката, со своим она справится, – отозвался он, сверяясь с какими-то данными. – Да, это лучшее из решений, – подтвердил тут же. – Доза вакцины, рассчитанная для вас, нар Эрик, наре Николь вполне подойдет.

Я на миг закрыл глаза, делая глубокий вдох и выдох.

– Что-то не так?

– На меня не действует вакцина. Есть определенные… особенности, – уклончиво ответил я, решив не вдаваться в подробности о своем проклятье, они сейчас ничем не помогут Николь. – Кассандра разрабатывает для меня индивидуальную вакцину, но она пока на уровне эксперимента.

– Хм… Это, конечно, усложняет нам дело, – заметил Дарий. – Но, думаю, выход есть. Судя по вот этим данным, – целитель показал на непонятные мне голограммы с цифрами и схемами, – сила и у вас, нар Эрик, и у нары Николь не просто одного уровня, но они еще и тесно связаны. Осмелюсь предположить, что подобное произошло, когда вы оба оказались в критической ситуации, и жизнь одного из вас висела на волоске.

То есть все мои предположения были верны. А как бы я хотел ошибиться!

– У нара Нарана и нары Эльзы в свое время при первой встрече произошло нечто схожее, но там способности разные, поэтому откат перетянуть невозможно. У вас же… ситуация несколько иная.

– Я могу забрать откат обратно? – уточнил, прикидывая варианты.

– Нет, – покачал головой целитель. – Но вы можете поделиться силой, и она поможет вашей подопечной справиться с последствиями, погасит их.

– Хорошо, – я впервые за все это время почувствовал, как внутри ослабевает напряжение, а сила не стремится вырваться из-под контроля и разнести весь целительский центр. – Что я должен делать, чтобы поделиться силой?

– То же, что в свое время делала нара Николь, когда передавала ее вам.

Полная. Нескончаемая. Бездна. Вот как это называется.

Наверное, выражение моего лица стало совсем непередаваемым, потому что Дарий не удержался и спросил:

– Что-то не так?

Да все не так!

– Николь в тот момент делала мне искусственное дыхание, а после обнимала, – сознался я, не увидев смысла это скрывать.

– Отлично!

Дарий потер ладошки, словно для него сказанное было тем, что требовалось.

– Слияние должно быть безболезненным, не потребуется каких-то сложных процедур, – пояснил он, поймав мой очередной, надо полагать, угрюмый взгляд. – Отключайте приборы, – велел Дарий своим помощникам, и вскоре Николь оказалась с одним-единственным датчиком на руке, фиксирующим ее состояние. – Мы вернемся через несколько минут, нар Эрик.

Я не сразу осознал, почему все это сделано, зачем нас оставили наедине, понадобилось несколько мгновений. Вдохнул поглубже, подходя к Николь и присаживаясь на ее постель. Все еще бледная… И, если бы не это обстоятельство, она казалась бы спящей. Вот как я ей объясню свои поцелуи, когда она придет в себя? И тот факт, что она перетягивает на себя мой откат, а я бессилен это изменить?

Впрочем… сейчас это неважно. Главное, чтобы Николь пришла в себя.

Еще один вдох – и я склонился к Николь, находя ее губы. Мягкие, теплые, нежные… Меня ударило навылет сразу же, разобрало на атомы от одного-единственного прикосновения. И я замер, даже не пытаясь остановить эти ощущения, лишь пережить их. Разбираться, почему реагирую так остро и так ярко, даже не попытался.

Вдох. Николь не отозвалась на мой первый поцелуй никак, разве что меня коснулось ее едва заметное дыхание.

Вот же бездна! Давай же, Николь, приходи в себя! Давай!

Я лишь на мгновение оторвался от ее губ, а после обжег их снова. Сильно, горячо, почти болезненно…

И вновь ничего.

Да что же это такое-то!

Прикосновение пришлось повторить и вновь усилить. Позволить себе невозможное – пропасть в этих поцелуях, дышать Николь, желать каждой клеточкой себя, чтобы она открыла глаза.

В какой-то момент я отпустил силу, просто почувствовал, что это будет правильно, что сейчас она не разнесет весь мир, устремится к Николь. Так и случилось. Моя способность обволокла и меня, и Николь, спеленала нас в кокон, стала живой водой. Но отметил я это, отвлекшись лишь на мгновение, а после снова окунулся в поцелуй. Отдавая и отдаваясь ярким и непривычным чувствам, которым так и не нашел названия.

Я еще не успел оторвать своих губ от ее, чтобы нормально вдохнуть, как запищали приборы, а Николь открыла ясные голубые глаза. Наверное, так и выглядит моя личная бездна, но до чего же она, оказывается, прекрасна.

Николь Дайрон

Из темноты меня вырвало прикосновение к моим губам. Жадное, сильное, какое-то ненормально отчаянное. Будто я тут умираю, и меня пытаются вытащить с грани. Старательно, без шанса сдаться, обжигая поцелуем так, что горело все тело, и ненормальное желание растекалось по венам.

Вдох. Я открыла глаза и пропала в аквамариновом шторме глаз Эрика. И в следующие мгновение мои руки оказались в его волосах, пальцы запутались в прядках, и наши губы снова встретились, разрушая всю существующую до этого реальность. И остановить этот, уже совершенно другой – медленный, чувственный поцелуй оказалось просто невозможно. Поддаться ему, покориться, застонать от сладости…

Я уткнулась в плечо мужчины, силясь отдышаться и прийти в себя. Но сделать это, когда под твоей ладонью гулко и бешено бьется сердце Эрика, а его сила буквально пропитывает тебя, было невероятно сложно.

Осторожно отстранилась, делая несколько глубоких вдохов.

– Как ты себя чувствуешь, Николь? – раздался голос Эрика, в котором сквозила легкая хрипотца.

Я уставилась на него, потому что, ну, вот ни в одной моей фантазии мужчина не должен задавать такого вопроса после того, как поцеловал женщину. И что за ответ он от меня ждет? Сейчас мне отчаянно хотелось ухватиться за подушку и опустить ее на чью-то голову. И я бы так и сделала, если бы в глазах мужчины не плескалась