Тамара П. - Бог равновесия

— Мы каждый день встречаемся на протяжении пяти месяцев. Надо было ему закончить седьмой год обучения, сдать экзамены, войти в двадцатку лучших, правда, на последнее место. Попросить перевод в другую страну. Мне пришлось заниматься перепиской с королевой и королем гномов. Сегодня я получил ответ Гроххорта Сырокожого Твердого. Они приготовили первому студенту все условия для обучения: домик в горах на зеленом поле, кузницу рядом пристроили, вход в шахту открыли, выделили трех учителей. Король написал еще, что через пол года заканчивают главное здание Унивирсиума, достроены три туннеля под реками. Все, устал перечислять, — закончил я.

— Слышал, Сулл оставил службу телохранителя и послал запрос на зачисление его в академию на пятый курс.

— Да, вчера он радостно мне проорал, что его приняли, когда я скакал по арене с Седриком.

— Как твой друг поживает? Ты в последнее время ничего о нем не рассказываешь.

— Не могу рассказывать об этой счастливой морде, — буркнул я.

— Что, зависть замучила?

— Еще чего, он досрочно закончил свое обучение, вот чего. Через десять дней уезжает в семью своей невесты. Она познакомила Седрика со своей высокородной семьей, так они схватились за него всеми лапами. Отец невесты уже устроил его своим помощником в министерстве внутренних дел.

— Жаль, еще одна потеря. Хотя тебе до конца обучения осталось всего два года вместо девяти, все равно грустно, что не можешь вернуться домой, — угадал советник.

— Я скучаю по своей стране, лицам, запахам. Мне хочется объездить ее до самого океана. Снова слиться с разумами моего народа, — я замолчал на один удар. — Что-то со мной не то. Может оттого, что весна приходит?

— Весна, пора любви, а твой любовник улетает к гномам. Когда?

— Завтра, я одалживаю ему свою хрустальную карету, с единственным моим телохранителем, который тоже скоро помашет мне лапкой.

— Он что, тоже в академии учиться будет?

— Нет, он получил должность учителя Боевых Искусств в зеленом корпусе.

— А мне не рассказал.

— Занят он был, с Лорианом. Мальчик пожелал улучшить свои навыки боя, — защитил я телохранителя.

— Если сложить мозаику случайных поворотов судеб, то могу смело предсказать тебе, что судьба твоя начнет свой новый путь. И чтобы расчистить тебе дорогу она спасает тех, кто дорог душе твоей, — внезапно громко пропел суккуб.

Я понял, что сейчас услышал. Мне стало холодно или это страх?

Демионарий встал и вышел из кабинета. А я пошел одеваться на ночное свидание.

Ариэль с нетерпение ходил вокруг фонтана, ожидая меня. Я вышел к нему с отдельным письмом для него от короля гномов.

— Ну, какой ответ пришел? — возбужденно спросил дракон. Я молча отдал письмо.

Бумага была прочитана быстро. Гамму эмоций показал Ариэль: от радости до печали, его голос дрожал, когда он спросил меня:

— Завтра я должен покинуть тебя?

— Да, для такой поездки одолжу свою карету, — мой голос был спокойным.

— Я даже не успею нормально попрощаться.

— Перед смертью не надышишься, — сказал я любимую фразу суккуба.

— Но кое-что я успею сделать, — тихо сказал дракон и обнял меня.

Секс был жадным, как будто голодные дорвавшиеся до еды. Мы расстались только под утро.

Я шел домой, уже начинало светать, но спать совершенно не хотелось. Я вглядывался в небо, считая его виновником моих расставаний. Мне казалось, что я вечно буду искать способ влюбиться, меняя одного партнера на другого, а в конце тот, кого я полюблю, отвергнет меня. Опять стало холодно или это страх?

Дома я долго сидел в горячей ванне, не желая встречать новый день. Странно, раньше я не испытывал депрессии. Все же я устал жить вдали от родины, наверное, из-за этого и грущу.

Я заставил себя встать, высушиться, потом одеться в свою любимую одежду: высокие сапоги, бриджи, свитер и жакет. Сегодня у меня был выходной от занятий день. Надо было проводить Ариэля. На кухне я сам себе приготовил что-то поесть. Не помня вкуса того, что съел, вышел из дома и пошел к карете, которая находилась на крыше, где обитал глава академии.

Лирий Воздушный с радостью встретил меня, проводил на крышу. Ариэль стоял возле нее.

Вулл складывал сумки во внутрь кареты. Телохранитель радостно помахал мне, подзывая. Я подошел и посмотрел на него. Воин был счастлив. Скоро он начнет новую деятельность, и она ему очень нравилась. Теперь, его лицо больше не было похоже на ту маску, которую Викториан увидел впервые.

Ариэль стеснялся как-то проявлять свои эмоции перед свидетелями. Он украдкой смотрел на меня. Потом как бы невзначай прошел мимо меня, и я почувствовал, как что-то кладется в мой карман.

Затем дракон вскочил в карету. Я подозвал Вулла и отдал ему подарок, который он должен будет отдать Ариэлю, когда они приземляться на место.

Совершив все необходимое, я покинул крышу.

Пришел в сад чтобы почитать в соответствующей обстановке письмо, что сунул мне Ариэль:

"Мой милый, прекрасный, любимый Лорд. Ты правитель моей души, сердца, жизни и тела. С тобой я испытал все грани счастья: симпатию, уважению, нежность, страсть, любовь. Я всегда буду любить тебя".

Любовь дракона — это вечность.

Красиво написал. За такое письмо и подарок соответственный его ждет.

Мой артефакт выглядел, как переплетения золотых цепочек друг над другом, создающее изящное украшение на шею. А заговоренная на основе магии Гравитации, создавало невидимый кокон-защиту от Костюма Марионетки вампиров. Подобную защиту я создал еще на дуэли с моим отцом.

И вот, сижу я в саду, бабочек вокруг собираю.

— Викториан! — услышал я неожиданный крик суккуба.

— Ты чего кричишь?

— Там…Эти… — часто дыша, пытался что-то сказать советник.

— Ты, с какой скоростью мчался, что бы так запыхаться?

— Со звуковой, — серьезно ответил мужчина.

Моему удивлению не было пределу. Я не знал, что Демионарий может так бегать.

— Ну, отдышался? Кто там эти?

— Эльфы в городе, тьфу, в академии!

— Какие эльфы?

— Такие, обыкновенные, ушастые.

— Необыкновенно ушастые? — решил пошутить.

— Вот, вот: адмирал, жрец и кто-то из власти, слишком светлокожий.

Я поверил.

— Как ты их обозвал? — не понял я.

— Жрец, вроде мага, только души призывает и повелевает ими, кожа у него светло-зеленая и волосы зеленые. Адмирал, наподобие нашего главного в Армии, со светло-серой кожей и с короткими черными волосами. А третий — министр, все кто властью обладает, светлую кожу имеют, блондины.

— Как они могли у нас оказаться? Они же не из нашего мира.