Побег в Академию, или Разоблачение истинной пары - Анна Кривенко

выскочила из халупы, а я подошёл к мужчине и применил пару сложных заклинаний, которые опустошили мой магический резерв наполовину. Сперва снял заклятие, а оно было очень сильным. Кажется, старика кто-то проклял, находясь на смертном одре, а такие проклятья уходили обычно с неохотой. Дочери больного объяснил, чтобы она потребовала у отца обязательно слезно попросить прощения у того, кто его так «приласкал». Даже если тот человек уже мертв, мужчина должен раскаяться, причем от сердца, иначе заклятье возвратится вновь…

После этого я подлечил его тело, чтобы поддержать в нём жизнь, и несчастный почти сразу же открыл глаза.

Я заторопился на выход: всё-таки Влада находилась в очень небезопасном месте совершенно одна.

Она встретила меня морально подавленной, почти плачущей, и мое сердце защемило. Захотелось обнять её, прижать к себе, как ребёнка, пообещать, что всё будет хорошо…

Каким же я стал сентиментальным! Сам от себя о сих пор в шоке...

Но девчонка вдруг ускакала обратно в халупу, а я напрягся.

Не хотел, чтобы она узнала об исцелении старика. Почему? Мне было банально страшно срывать с себя привычную маску! Вот это новость!!! Но побороть жгучее смущение так и не смог. И когда мы уже добрались до моих покоев в Академии, я так и не почувствовал расслабления. К тому же, врачевание отняло у меня слишком много сил, и я завалился спать, не раздеваясь…

***

Данелия

Я так и не смогла уснуть. Два раза смывала с себя грязи и пот в ванной, второй раз вообще в очень горячей воде (чтоб разморило), но сон не шёл.

Мысли постоянно крутились вокруг поступка Бастиана.

Что он скрывает? Почему? Зачем заставил жить с ним, если совершенно не использует меня, как раба??? Мелкие поручения не в счет…

В итоге, глубокой ночью вышла в гостиную, отчего на потолке зажглись несколько магсветильников. Присела на диванчик и, найдя наполненное блюдо сладостей, начала медленно жевать.

Приторный вкус не прогонял растерянности и непонимания, хотя я искренне пыталась отвлечься. Вдруг дверь позади меня открылась, и нарочито громкие шаркающие шаги Его Высочества резанули слух.

- Влад, почему не спишь? – пробормотал принц сонно, подавляя зевоту. Когда же он поравнялся со мной, то я увидела, что он до сих пор одет, хотя волосы были растрёпаны и забавно торчали во все стороны.

Я не удержалась и прыснула: настолько он показался мне забавным.

Бастиан вопросительно выгнул свою точеную черную бровь и довольно бесцеремонно плюхнулся на диван рядом, прижавшись своим бедром к моему.

Естественно, меня снова пронзило. Почти каждое его прикосновение сопровождалось нашествием мурашек, которые атаковали спину и шею и заставляли ёжиться.

Мой смех резко оборвался, и я начала предательски краснеть, потому что… я, кажется, догадалась о природе своего состояния.

Влечение.

Самое настоящее телесное влечение женщины к мужчине – вот что всякий раз просыпалось во мне.

Его Высочество заметил резкую перемену во мне и внимательнее вгляделся в мое пунцовое лицо. Придвинулся ещё ближе, заставив меня буквально вжаться в диван, и замер непозволительно близко.

Слишком близко!!!

Я «парень». Я Влад!!!!

Но Бастиана, похоже, это волновало мало.

С трепетом скользила взглядом по чертам сонного, но неизменно красивого лица и учащенно дышала. Какие у Бастиана длинные ресницы! Любая девица таким позавидует, а тут парень… А губы! Нижняя губа пухлая и слегка оттопыренная. Интересно, какая она на ощупь, кажется мягкой…

Ой, о чем я только думаю???

Захотелось сбежать отсюда, от его волнующего присутствия, но принц положил мне руку на плечи и просто не отпустил.

- Скажи, Влад, почему ты помог им?

Я замерла и недоуменно приоткрыла рот. Им? Кому это «им»?

Ах, да, он имеет в виду тех бедняков!

Мучительный стыд растекся по щекам и шее, покрыв меня красными пятнами. Пока я думала о мягкости его губ, он вспоминал про нищих!!!

Опустила глаза, чувствуя себя жутко неловко.

- Пожалел... – пробормотала, отвечая на вопрос. – Они очень страдают в этой жизни. Если сам страдал, то не можешь пройти мимо страданий других…

Говорила всё это несколько бездумно, лишь бы только избавиться от неловкости, но Его Высочество вдруг напрягся. Я почувствовала это на уровне интуиции, просто душой, поэтому тут же подняла глаза.

Бастиан выглядел не очень. От томного изучающего взгляда не осталось и следа.

- Ты страдал? Тебя кто-то обижал??? – еще недавно расслабленные пухлые губы, к которым так хотелось прикоснуться, теперь были сжаты в тонкую полоску, выдавая то самое напряжение.

Я, честно говоря, испугалась его реакции. Что с ним? Отчего такие разительные перемены? Я сказала что-то не так?

Но на вопрос ответить нужно.

- Не хочу об этом вспоминать, - ответила уклончиво. – Но скажем так: это и заставило меня поступить в Академию, чтобы набраться сил и больше ни от кого не зависеть…

Глаза Бастиана потемнели, превратившись в сплошную тьму. Казалось, что он едва сдерживает неожиданно накатившую ярость, хоть и направленную явно не на меня.

А потом вдруг молниеносно наклонился и грубовато заключил в крепкие объятья.

- Больше никто не посмеет обидеть тебя… - прошептал прямо в ухо, а я почувствовала, как мое тело начинается просто гореть в огне. Сердце уже в районе горла, по венам течет не кровь, а лава. Ощутила острое магическое воздействие, льющееся, как и раньше, изнутри меня самой. До безумия захотелось обнять его в ответ, зарыться пальцами в растрёпанные волосы цвета воронова крыла, коснуться губами его кожи и прошептать что-то глупое, наполненное разрывающими сейчас эмоциями…

И только каким-то краем сознания я всё еще помнила, что уступать этому безумию никак нельзя. Я прячусь в личине юноши, и принц считает меня им. Стоп! Но как он может ТАК обнимать другого парня???

Эта мысль отрезвила от всего на свете, потому что я искренне испугалась. А что, если… нет, это решительно невозможно! Его Высочество не может быть таким!!!

Но сомнения начали одолевать лавиной.

Не мог же единственный принц Натании влюбиться во Владлена Гая???

Глава 23. Встреча с Её Величеством...

Монастырь святой Анны. Пристанище королевы...

Артур, настоящее имя которого звучало как граф Артур де Туант, неспешно двигался мрачными коридорами обители Святой Анны и перебирал пальцами крупные деревянные четки. Черная сутана священнослужителя была препоясана поясом из грубой шерсти, что служило признаком его притворного статуса. Граф назвался монахом-путешественником, служащим народу от имени неба и во имя добра. Чтобы у монахинь монастыря святой Анны не