Магическая академия. В кресле ректора - Надежда Игоревна Соколова

я своими глазами не видела сцену его общения с адептом Аргораном лорн Порийским, а затем не слышала бы от Димира полную, не измененную биографию этого вампира, то, может, и усомнилась бы в своих выводах.

— Вызывали, лерна Ториса? — спросил он ровно, едва подойдя к моему столу.

— Вызывала, лерн Шанрашар, — кивнула я. — Присаживайтесь.

И едва он с комфортом уместился в кресле напротив моего, позвала:

— Аурелия, присоединись к нам, пожалуйста.

Банши появилась, да, как всегда — с шиком. Любительница красиво и модно одеваться, она улыбнулась, словно кот, загнавший в угол очередную жирную мышь и готовившийся приступить к трапезе.

Я как-то спросила у нее:

— Тебя боятся, но обычно банши никто не видит, а те, кто увидел, умирают. Как же смертные понимают, кто появляется перед ними?

— Чувствуют, — ухмыльнулась Аурелия тогда. — Это ты неправильная смертная и не ощущаешь моего присутствия. Остальные же прекрасно осознают, кто перед ними появился. И боятся, да.

И вот теперь я снова убедилась в правильности слов Аурелии: едва увидев ее, могущественный декан некромантов затрясся от страха. С его лица исчезла краска, черты лица заострились, под глазами залегли тени. Он словно уже стоял одной ногой в могиле.

— Лерн Шанрашар, — попыталась я привлечь к себе внимание, — зачем вы наложили на адепта Аргорана лорн Порийского заклинание внушения высшего порядка?

Ноль внимания. Меня не услышали, а если и услышали, то не поняли. Декан, не отрываясь, смотрел на Аурелию.

— Он в шоке? — поинтересовалась я у нее.

— Что-то типа того, — кивнула она. — По закону я сейчас обязана вынуть из него душу и отправить ее к богам на суд…

Она не договорила: декан взвыл не хуже банши, вывалился из кресла и упал на колени.

Мы с Аурелией переглянулись. Декан явно был невменяем.

— Нет! — он вскинул руки высоко над головой, то ли защищаясь, то ли пытаясь докричаться до кого-то, — нет, прошу! Я знаю, мое время еще не пришло! Я не должен умереть! Не сейчас! Я ведь так близок к отмщению!

А потом этот псих повернулся ко мне.

— Ты! — взревел он. Его указательный палец ткнулся в мою сторону. — Это ты во всем виновата! Я верил тебе, а ты… ты выбрала его! Этого гнусного червя! Так будь ты проклята!..

С последним словом он рухнул на пол как подкошенный и замер.

— Умер, — Аурелия изумленно посмотрела на меня. — Сердце остановилось. А я даже не почувствовала… Старею…

С этими словами она исчезла. Я же… Закричала… Громко, пронзительно, словно звала на помощь. А потом наступила темнота…

Не знаю, сколько времени прошло с момента наступления спасительного обморока, но очнулась я в своей комнате. На собственной кровати, причем. Открыла глаза, увидела, где я, и практически тут же услышала рядом с собой знакомый голос.

— В том твоем мире все такие безмозглые? Или это лично меня наказали боги?

Димир. Он появился передо мной уставший, злой, недовольный. Смотрел как сыч и явно был бы рад меня прибить, если бы было можно.

— Что случилось? — на удивление нормальным голосом спросила я.

Все произошедшее в кабинете теперь казалось каким-то страшным сном, не более. Смерть декана некромантов не вызывала в моей душе ни малейших эмоций.

— И правда, что? — скривился Димир. — Ты хоть представляешь, что я пережил, когда почувствовал твой ужас? Я уже было решил, что тебя убивают. Перенесся к тебе в кабинет и собственноручно готов был придушить твоего нерадивого помощника. Зачем ты вообще его держишь? Чтобы было кому смотреть на твое бесчувственное тело в кресле ректора? Он даже не подумал вызвать представителей Патруля, чтобы забрать того, кто так странно погиб.

— Он ничего не знал, — вступилась я за Антера. — Только выполнил мой приказ позвать декана в мой кабинет. Все.

Взглядом Димир дал понять, что считает меня по уровню умственного и психического развития чуть старше младенца. Про Аурелию я решила умолчать. Мало ли, когда мне пригодится этот козырь в рукаве.

— Я наложил на тебя заклинание покоя, — между тем продолжил Димир, — так что следующие два-три дня ты не сможешь испытывать сильные эмоции.

Я только вздохнула. Заклинания покоя обычно накладывали на пациентов, переживших катастрофу, чтобы притупить их чувства и эмоции. Теперь мне предстояло испытать его воздействие на себе.

— И жди гостей, — видимо, намереваясь добить меня сегодня, закончил Димир.

— Каких? — с подозрением в голосе уточнила я.

— Свою родню. Божественные родственники тебя точно найдут.

— Каким образом?

— А ты думала, что твой крик был слышен только в академии? — усмехнулся Димир. И его лицо сразу же приобрело хищное выражение. — С тебя слетели все щиты.

Еще и щиты — защита тела или души от внезапного нападения. Никаких щитов я на себе не ощущала. С другой стороны, мы с Аурелией даже не додумались проверить не только тело Торисы, но и мою душу. Я как-то не ожидала, что могу оказаться птицей высокого полета.

Словам Димира, сильнейшего из известных мне магов, следовало верить. Так что все, что мне оставалось, это повторно вздохнуть.

— Надеюсь, ты понимаешь, что теперь твоя жизнь точно изменится. И ты больше не сможешь бегать от меня, — сообщил Димир.

— Прекрасно, — не выдержала я, — тогда переселяйся в академию. И уже здесь предъявляй на меня свои права. В том гадюшнике, куда ты меня переносил, я жить не собираюсь.

Тонко очерченные брови Димира взметнулись к волосам.

— В гадюшнике, значит, — задумчиво произнес он. — Что ж, я подумаю над твоими словами.

Открыл портал и исчез. А я осталась лежать на кровати, усталая и вымотанная. Что-то в моей жизни явно шло не по плану.

Глава 32

Следующие сутки я отдыхала. Меня не тревожил никто, кроме Аурелии. Именно от нее я и узнала, что декан некромантов умер, что называется, от страха. Понятия не имею, чего он так сильно боялся, может, и самой смерти.

— Ты теперь стала намного сильней магически, — заметила как будто между прочим Аурелия во время своего визита.

— То есть уровень магии повысился? — уточнила я. — Что? Что ты на меня так смотришь?

— Адептам на паре такое не ляпни, — проворчала Аурелия. — Хотя самые сильные из них и так увидят странности в тебе. Уровень магии. Надо ж такое придумать.

— Ну хорошо, — недовольно дернула я плечом. — пусть «стала сильней магически». Это связано со слетевшими щитами?

— Конечно.