Помощница Темного Графа (СИ) - Геррер Мария

– Спасибо. Как ваша рука? – Амелия перевела взгляд на забинтованную руку графа.

– Вы просто фея. Совсем не болит.

– Если я фея, то вы лгун. Не может не болеть. У вас сильный ожег.

– Признаюсь, совсем немного больно.

– Во время опыта вам стоило надеть защитные перчатки.

– В этом случае было нельзя. Тут важно чувствовать материал. Я допустил глупейшую арифметическую ошибку. Неправильно рассчитал соотношение веса кота и дозировку селитры.

– Кота? – в ужасе выдохнула Амелия.

– Не переживайте, кот не пострадал. Он просто был центральным элементом.

– Со мной все отлично, – запрыгнул на стол невесть откуда взявшийся Руфус. – Милорд не ставит опыты над животными.

– Явился? – перевел на него взгляд Реймонд. – Вот, посмотри, – пододвинул он коту список владелиц драгоценностей. – Похоже, затевается какая-то крупная игра.

– Я тоже так подумал. Зачем полковнику акции заводов, половина из которых того и гляди обанкротится? А вторая половина имеет стратегическое значение для Империи. Это не просто афера. Тут замешена политика.

– Вот и я так думаю, – согласился Барр.

– Не стоило мне брать лишние документы и драгоценности? – печально спросила Амелия. – Это может обернуться серьезными последствиями?

– Как раз, напротив. Документы могут очень пригодиться.

– Вы интересуетесь большой политикой?

– Я интересуюсь всем, что не дает скучать.

– О, да! Милорд отлично разбирается в политике. Ты знаешь, что до Академии он служил в Министерстве Внутренних Дел?

– Брысь, – граф согнал кота со стола. – Это дело прошлое. Увы, обстоятельства сложились так, что мне пришлось покинуть должность.

Было очевидно – граф не хотел говорить на эту тему. Да и зачем Амелии знать о его прошлом? Но все складывалось так, что девушка все больше и больше узнавала о графе Реймонде. Вот и про его несчастную любовь узнала. Конечно, он очень любил Александрину, раз так долго носил ее кольцо. И как хорошо, что он смог оставить ее в прошлом.

– Когда вы освободитесь? – поинтересовалась Амелия.

– На сегодня я завершил дела, – Барр убрал в стол список владелиц украшений. – Что вы хотели?

– Заняться вашей рукой. Ее надо обработать и снова перебинтовать.

– Нет… – выдохнул граф Реймонд. – Вы снова будете меня мучить?

– Немного, – рассмеялась Амелия. – Вы же сами сказали – рука почти не болит. Так что надо продолжить лечение. Регулярно менять повязку, мазать ожег. Иначе он будет заживать долго и останется шрам.

Что за опыт ставил граф? Амелия не помнила, чтобы в Академии они задействовали в опытах животных. Видимо, это высшая магия. Им ее не преподавали. Она наследственная и ею обладают единицы.

Конечно, в Академии все студенты знали, что Ректор – сильный маг. Иначе и быть не могло. Как же получилось, что он оказался не у дел? С таким редким даром и содержит сыскное агентство? Ходили слухи, что он попал в опалу. Интересно, за что? У графа это лучше не спрашивать. И вообще не надо лезть не в свои дела.

И снова Амелия сидела рядом с графом, осторожно снимала повязку. Ткань все-таки прилипла к ране. Девушка приготовила раствор и налила на руку. Граф поморщился.

– Не больно же? – удивилась Амелия.

– Нет. Но так странно шипит. Доктор Ивинг никогда не применял такого лекарства.

– Похоже, вы часто обращаетесь ко врачу, – заметила Амелия, снимая отмокшую повязку с руки.

– Приходится порой.

– Ведь не больно? Нет? – Амелия посмотрела в глаза Реймонда. Его взгляд волновал девушку. Барр слишком внимательно смотрел на нее.

– Нет.

Она бросила старую повязку на поднос и начала наносить мазь на кожу. Забинтовала руку.

– Вот и все. Воспаления нет, надеюсь завтра будет еще лучше, – она завязала повязку бантиком, как делала всегда.

Граф Реймонд снова коснулся ее руки кончиками пальцев. Амелия замерла и не отдернула руку. Так они и сидели, молча и неподвижно.

Словно оба боялись спугнуть внезапно возникшую между ними связь. Такую хрупкую, непонятную. Что у них общего? Ничего. Но почему-то Амелию влекло к графу. Она верила ему, хотя едва знала. Может, именно так девушки влюбляются? Необдуманно, глупо, безоглядно?

В Академии господин Ректор нравился Амелии. Но это было совсем другое. Это было скорее уважение к преподавателю. Возможно, обожание. Но сейчас у нее так тепло было на душе, так сладко щемило сердце.

– Что, все хорошо? – на стол запрыгнул Руфус. – Чего молчите? На улице снова снег пошел. Может, по бокалу глинтвейна всем? Я на кухню сбегаю, распоряжусь?

Граф отнял пальцы от руки Амелии.

– Распорядись, – кивнул коту. – Знал бы ты, как мне порой хочется швырнуть в тебя чем-нибудь тяжелым…

Глава 21

Барр знал имя женщины, за которой следила Амелия. Но девушке не сказал. Зачем? Меньше знает – спокойнее работает.

Женщину звали Матильда Лемун, и она была женой банкира. Ее муж Эраст Лемун, уважаемый в городе человек, начал подозревать молодую жену в измене. Пока он был в банке, она надолго уходила гулять одна, служанку с собой не брала.

Возможно, просто гуляла. А возможно… Об этом банкир старался не думать. Но его глодали ревность и сомнения. Он долго колебался, но в итоге все-таки решил обратиться за помощью к Барру.

И вот сейчас Матильда Лемун сидела напротив Реймонда. Напряженная как натянутая струна, с плотно сжатыми губами. Она старалась казаться спокойной и надменной.

Амелия передала ей записку от Барра. И судя по тому, что дама решилась на визит, сделала это деликатно.

– Что вам угодно сказать мне, милорд? – голос метрессы Лемун звучал ровно. Но в ее взгляде притаился страх.

– Я очень надеюсь на ваше благоразумие, – Реймонд говорил, тщательно подбирая слова. Не надо волновать собеседницу, она и так перепугана до смерти. – Мне случайно стало известно, что вы тайно от мужа видитесь со своим сыном. О котором ваш муж не подозревает.

Метресса Лемун гордо вскинула голову. Она нашла в себе силы возмутиться.

– Вы шантажируете меня? – метнула гневный взгляд на графа Матильда.

– Нет. Я просто хочу дать вам добрый совет. Ваш муж любит вас. Не надо иметь от него тайн. Раз о вашем внебрачном сыне стало известно мне, может стать известно и другим. Поговорите с супругом. Постарайтесь разобраться в ситуации вместе, пока это еще можно сделать.

– И это все? – голос метрессы Лемун предательски дрогнул. – Что вы все-таки хотите от меня?

– Я всего лишь хотел предупредить вас. Ваша тайно не сможет долго оставаться тайной.

– Вы не хотите от меня денег?

– Нет.

– Значит, вам нужна от меня какая-то иная услуга? – испуганно спросила Матильда.

– Нет. Мне от вас ничего не надо.

– Я могу уйти?

– Разумеется. Я сказал вам то, что считал необходимым.

Матильда Лемун встала и улыбнулась Реймонду.

– Вы очень благородный человек. Спасибо за совет. Я воспользуюсь им. Вы правы – не стоит хранить эту тайну от мужа. Я очень люблю своего сына. Шесть лет назад я поддалась искушению и совершила ошибку. И я очень люблю своего мужа. Мы поженились всего полгода назад и… Я боялась разочаровать его. Он попросил следить за мной?

– Не спрашивайте, миледи, – Реймонд тоже поднялся из-за стола. – Я сказал вам все, что мог. Теперь вам решать, как поступить.

Посетительница ушла, и через несколько мгновений в кабинет тихо постучали.

– Войдите, метта Амелия, – Барр не сомневался, что это она. Кто еще может так тихо скрестись в дверь?

– Дама меня не узнала, – девушка плотно прикрыла за собой дверь. – Было заметно – она довольна визитом к вам. Так мило попрощалась со мной. Пожелала удачи. И она улыбалась.

– Надеюсь, она последует моему совету и все расскажет мужу. И, надеюсь, он поймет ее.

– Вы такой…

– Не продолжайте, – поднял руку Реймонд. – Сегодня мне уже говорили, что я благородный, добрый. Хватит петь мне дифирамбы. Вы, надеюсь, не ради этого пришили?