Истинное наказание, или (не) пара для Дракона (СИ) - Элен Славина

схватила за ручку самовар. — Только этого не хватало.

— Тётя Рота будет ругаться.

— Не будет, не переживай. Мы с ней почти подружки. — Подмигнула рыженькой девчушке. — Пойдём вместе в столовую.

— Хорошо. — Прикусила губу девочка и посмотрела на меня исподлобья. — Если честно, вы совсем не такая, как про вас говорят.

— А что про меня говорят? — Насторожилась от подобных слов.

— Что вы эгоистичная спесивая особа, которой нужна хорошая порка. Простите.

— Это мой дед так говорит?

— Многие. Не только хозяин. Простите.

— Хватит извиняться. — Строго ответила я. — Может быть, они и правы.

— Это не так. Хотите, я вам после завтрака помогу прибраться в гостевой комнате?

— Правда? Ты поможешь? — Обрадовалась я, не понимая своей реакции. Я ведь собиралась сегодня ночью сбежать из этой деревни.

— Да. Это не сложно. Уже к вечеру, мы перенесём туда ваши вещи. А ещё там в ванной есть горячая вода. — Подмигнула мне девочка.

— Как это? Разве в доме есть горячая вода? — Прошептала я, смотря на веснушчатое лицо поварёнка.

— Конечно. Везде есть, кроме вашей каморки, но там и ванны-то нет.

— А почему же дед Яков сказал, что воды нет во всём доме, и отправил меня на источник?

— Хм… наверно, он хотел преподать вам урок. — Захлопала глазками и отвернулась. — Простите.

— Ничего. — Хмыкнула и прищурила глаза. — Урок значит? Ну дед, — процедила сквозь зубы, — ты ещё не знаешь, с кем связался?

В голове уже созрел план, как отомстить деду за враньё, и я знала, что ночью исполню его. Улыбнувшись подобной мысли, мы с девочкой-поварёнком вошли в столовую и вместе поставили самовар на стол.

Все уже были на месте и, кажется, ждали только нас.

— Я пришла. — Спокойно сказала и, вздёрнув подбородок, села напротив деда. Взглянула на него и шумно выдохнула. — Теперь можем начинать завтрак.

Глава 27. Он охотник и защитник

После завтрака, закатав рукава, я пошла в гостевую комнату. Рыжую девочку-поварёнка отпустили и та принесла воды в вёдрах, тряпки, швабру и мётлы. Всё, что мне было нужно для того, чтобы убрать весь хлам из комнаты.

— Как тебя зовут? — Мельком взглянула на рыжую помощницу, собирая книги и выставляя их шкафу.

— Багита, миледи. — Девушка смутилась и разом покраснела. Тряпки вывались из её рук, и она бросилась их поднимать.

— Багита значит, — хмыкнула и стряхнула мокрой тряпкой остатки пыли с полок, — расскажи мне, что ещё ты знаешь об этом доме и моём деде.

— Что вы леди Вивьена, я ничего такого не знаю. — Тихим голосом произнесла и опустила глаза.

Я то знала, что в этой маленькой головке много чего интересного, но как это всё оттуда достать, я пока не понимала.

Девчушка отошла в сторону и начала поднимать с пола тряпки, старую одежду и сломанные вещи. Она складывала их в коробку, а мой кузен Эл приходил и относил их в старый сарай за домом.

Работа спорилась и вот уже в комнате трудились несколько человек. Я, Багита, моя мама и рыжий Эл, который изредка забегал, чтобы помочь с расстановкой мебели или выносом коробок.

Книги были собраны и расставлены по шкафам, жёлтые простыни с мебели сняты и отнесены в прачечную.

Багита домывала пол в комнате, а я стояла у чистых окон, которые умудрилась с помощью мамы вымыть и натереть до блеска, и смотрела на потолок. На сломанные гардины и почти упавшие шторы.

— О чём ты думаешь? — Спросила меня мама, подходя ко мне и глядя наверх.

— Шторы нужно снять и постирать, повесить чистые и новые, а гардины отремонтировать.

— Хм… Вивьена, откуда в тебе такой задор и желание здесь всё отмыть?

— Я собираюсь здесь жить ещё две недели. — Соврала матери, поскольку сегодня или завтра собиралась сбежать, но спать в коморке у кухни больше не желала. Ни одного дня или ночи. — А ходить к источнику, чтобы помыться, я не хочу.

— А где же ты будешь мыться? — Спросила мама.

— Там же где моешься и ты, — взглянула на маму и ухмыльнулась, — мама не прикидывайся. Я всё знаю. Вы нагло обманули меня с дедом, и я это так просто не оставлю.

— Милая, — протянула руку мама, но я отстранилась, — это была идея твоего деда. Никак не моя.

— Я это учту, когда буду выносить приговор. А пока, нужно снять шторы.

Я нахмурилась, глядя наверх и пытаясь понять, как забраться наверх и снять это безобразие. Эл убежал, а искать его по дому, а быть может, и всей деревне желания не было.

— Помощь нужна? — Хриплый голос Моргера проник в меня горячим зноем и сердце бешено заколотилось.

Я обернулась и только хотела сказать, что да, но вместо этого поджала губы и отвернулась. Лорд подошел так близко, что я ощутила его дыхание у себя на шее.

— Вивьена, милая моя, ты можешь даже ничего не говорить и так всё понятно.

— Не обязательно залезать ко мне в голову, чтобы узнать, о чём я думаю?

— Даже и не думал этого делать, — взял мою руку в свою, поцеловал, — у тебя всё на лице написано.

— Читаешь по лицам? — Огрызнулась я, вырывая его руку из своей.

— С самого твоего рождения. — Спокойно ответил и сделал шаг назад. А затем разбежался и, запрыгнув на диван, отпружинил от него. Взлетел и, ухватившись за гардины, оторвал их. Через мгновение они вместе со шторами лежали на полу.

— Отлично, — похлопала я в ладоши, — теперь всю комнату видно с улицы. Можно не прятаться, а вообще расхаживать здесь нагишом.

— Попробуй только! — Осклабился Моргер и, схватив гардины, снял ногой шторы, что они сползли на чистый пол. — Если увижу, что ты ходишь в одном белье или голая, заберу в свой замок и запру до свадьбы. Поняла? — Рявкнул так, что я застыла и забыла, как дышать.

— Да.

— Ну хотя бы с этим договорились. — Поднял сломанные гардины и пошёл с ними прочь. — Кстати, красивое платье, под цвет твои невероятных глаз.

— Спасибо. — Буркнула я и подняла на него глаза. — Куда ты? — Спросила Моргера и прикусила язык. Мне неинтересно. Пусть идёт куда хочет.

— Нужно их отремонтировать! — Крикнул Моргер с коридора. — Через час будут как новые.

— Дочка-а-а, — мама подошла ко мне и прижала к себе, — не серди Моргера. Он ведь хороший и любит тебя.

— Ох, мама. Он любит не меня, а тот образ, который нарисовал себе за все эти годы. Он любит свою Истинную, совсем не зная меня. Я для него чужой человек, как и он для меня.

— Стерпится — слюбится. — Погладила по