Невозможная принцесса - Ольга Олеговна Пашнина

и загадочно заулыбалась, но я поспешила ее разочаровать:

- Не может же глава министерства ударить в грязь лицом и профукать стажерку. Его собственные подчиненные на смех поднимут.

- Думаешь?

Мы подскочили, а Шарлотта еще и взвизгнула от неожиданности. Самаэль подкрался бесшумно.

- А может, у нас как у машинистов поезда, за потерянного стажера компенсация и пара дней отпуска? Это все-таки стресс.

- Тогда приятно отдохнуть.

- Увы, - Самаэль притворно вздохнул, - не получится. Если тебя туда засосет, куда больший стресс будет у темных душ. Полезут на свет, как комары. И попросят политического убежища.

- Ой как смешно! – скривилась я. – Чувство юмора у вас семейное.

- Не то слово, - усмехнулся Самаэль, а затем повернулся к Шарлотте. – А вы…

- Гринсбери. Шарлота Гринсбери, проводник. Точнее, помощница. Работаю на Стиксе.

- Не слышал, но уверен, что справляетесь замечательно.

Шарлотта покраснела от смущения, а я почему-то испытала досаду. Мог бы и меня похвалить. Хотя я не справляюсь никак, я вообще сбежала с тренировки.

Может, мне и правда стоит поискать того, кто поможет смириться с тем, что отныне этот мир – мой дом. А когда время в нем подойдет к концу, Аида Даркблум исчезнет. И на ее место придет совершенно другая девушка (черт, я даже не знаю, девушка ли!). Да, с отголосками опыта Аиды, но другая. Не я. Я – умру, хотя все вокруг будут считать это продолжением жизни.

Всю следующую пару мы изучали технику безопасности на наглядных примерах. Я бы назвала эту лекцию данью уважения человеческой тупости. Стражи погибали, на спор касаясь Предела, засыпая на посту, устраивая вечеринки и пьянки там, где устраивать их было не положено.

- Самоуверенность всегда приводит вас в аид, - сказал Самаэль. – Как только вы смотрите на темную душу и чувствуете власть над ней, как только ощущаете превосходство. Как только превращаетесь в бога, владеющего чужой судьбой, вы уже в аду. Это ваш первый шаг. Свернуть и спастись не удалось никому.

На этой оптимистичной ноте нас отпустили дальше, на урок истории и физподготовку. А потом, когда Шарлотта снова унеслась к наставнику, меня поймал Харриет. Он вызвался проводить меня до рабочего места и даже галантно забрал сумку, чем немного растопил лед между нами – я все еще не доверяла навязанному другу.

- Ну что, как первые дни в колледже и в министерстве?

Как? Понаблюдала за дракой двух наследников Повелителя Мертвых, каталась на коньках по замерзшей реке, получила странное приглашение на маскарад, о котором нельзя рассказывать, отсидела пары и жутко хочу есть. А еще вынашиваю план проникновения в архив, чтобы узнать о судьбе папы и, возможно, отыскать его.

- Нормально.

- Не слышу в голосе энтузиазм. Веселей, Аида! Это начало твоей новой жизни!

Вот только я не просила лишать меня старой. Но Селин Сонг почему-то решила, что вправе это сделать. И теперь вокруг меня развешана паутина лжи. Или лапша, что больше соответствует происходящему.

- Первые дни всегда непросто, - по-своему истолковал мое молчание Харриет. – Вот что, давай сегодня после работы развеемся. Сходим в бар, посидим, выпьем.

- Давай, заодно повеселишься с того, как мне по носу хлопнет дверью. Я вчера видела, как какого-то бедолагу не пустили поесть.

- Именно поэтому я предлагаю пойти со мной. Со мной тебя пустят. Соглашайся! Будет весело. Неподалеку есть бар, в нем все наши зависают после работы. Тебе надо вливаться в коллектив.

- Хорошо. Пойдем.

- Кстати, что у тебя такое тяжелое в сумке? Камень на случай встречи с Грейвом?

Еще один шутник.

- Коньки.

Себе я сказала, что надеюсь на замерзший Стикс снова, но на самом деле просто не хотела оставлять сокровище без присмотра. Вряд ли Харон согласится добыть мне еще одни. У него столько желаний не найдется.

- Ты напрасно цепляешься за прошлое, - покачал головой Харриет.

- Больше цепляться не за что.

Горгульи на входе привычно расступились. Показалось, одна из каменных статуй будто оскалилась в улыбке. Но когда я присмотрелась, каменное лицо было совершенно неподвижным.

Стражи в загробном опенспейсе снова не обратили на меня никакого внимания. То ли у них здесь новички не задерживались и коллектив не считал нужным знакомиться, то ли девчонок не жаловали, то ли Самаэль специально отбирал резюме душ-интровертов. Пожав плечами, я села за свой стол, и стала изучать карту.

Увы, но лист со схемой улиц и корпусов не дал ровным счетом никакого представления о том, как попасть в архив. Есть ли там охрана? Получится ли соврать что-нибудь убедительное? И где искать нужную информацию, если вдруг окажусь внутри. Какая там система? Каталог? Как хранятся данные? Этот мир не слишком-то похож на технологический, я до сих пор не видела ни транспорта, ни средств связи.

Кстати, о мире.

- Даркблум, зайди, - раздалось из кабинета Самаэля.

Несколько стражей с интересом на меня посмотрели.

- Переоденься в форму, - скомандовал наставник. – И захвати в буфете внизу немного воды.

- Зачем? Снова будешь швырять меня об пол?

- Ты можешь просто выполнять приказы?

- Если скажу «да», расскажешь, что будем делать?

- С каких пор мы перешли на ты?

- С тех самых, когда твой брат пытался меня убить, а ты назвал сестренкой, поваляв по полу. Что? Я умерла во цвете лет, отношений с мужчинами ближе у меня еще не было.

Показалось, Самаэль готов был что-нибудь в меня кинуть. Вообще порой я думала, что бешу его едва ли не больше, чем Дэваля. Просто Самаэль взрослее и сдержаннее. И что же я так всех раздражаю? Это моя суперспособность, что ли?

- Мы пойдем к одной из прорех Предела. Чтобы ты своими глазами взглянула, с чем предстоит работать.

Я едва не подскочила от восторга. Пожалуй, стоило испугаться или занервничать, но я, к собственному удивлению, испытала приятное будоражащее предвкушение. Предел! Я снова увижу Предел!

Сама не знаю, почему мерцающая завеса так врезалась в память. И почему вдруг к ней нестерпимо потянуло. Но, пока я ждала воду в буфете, едва ли не подпрыгивала от нетерпения.

Самаэль ждал у лестницы, но, к моему удивлению, повел не к выходу, а куда-то вниз, по многочисленным узким коридорам и старым лестницам.

- Аид – это только подземелья? – спросила я.

- Нет, в некоторых местах он захватывает и поверхность, но Предел защищает остальной мир.

-