Новогодняя сказка для ведьмочки - Елена Казанцева

Вот опять у нас ничего с Ярославом не получилось. Недаром моя бабушка всегда приговаривала: Добрыми делами, девочка, всегда выстлана дорога в ад! И зачем я пришла к нему на задний двор? Борис сам врач, остановил бы себе кровь. Зачем пускала их в свой дом? И Анжелку надо было сразу развернуть обратно. И уж тем более не писать сообщений Пашке, ведь знала же про его ревность, и закидоны своей подруги! Пашка с Анжелкой не поссорятся! У них будет ночь примирения! А вот как мне выйти из этой ситуации?

Дома ждали рутинные дела, накормить детей, уложить их спать, а еще ответить на неудобные вопросы.

— Мама, а ты зачем дядю Ярослава била? — спросила Стеша.

— Я не била, это вышло случайно…

— А почему дрались дядьки с Пашей?

Вот что детям отвечать, соврать….не умею врать своим детям…тогда что сказать…

Поэтому просто обрываю все разговоры и отправляю детей спать.

Ночь вся моя. Хватит восьми часов, чтобы гонять мысли, «переварить» события.

Мне есть с кем посоветоваться. И я набираю телефон бабушки.

Надо сказать, что дед с бабушкой у меня замечательные, всегда обо мне пеклись и любили. Они никогда не давили на меня и давали мне свободу выбора. Когда я училась на втором курсе, бабушка вдруг решила, что пора возвращаться на родину, они с дедом продали всю недвижимость и уехали в Турцию, где купили миленький коттедж у моря в курортной зоне. Дедушка выращивает овощи на приусадебном участке, а бабушка гадает. Они и меня звали к себе, но сначала я вышла замуж за Стаса, потом был Дима, потом подвернулся Александр. И вот уже у меня трое детей и куча проблем. Правда, дедушка советовал переехать на ПМЖ пока детки маленькие, ведь чужой язык выучить в детстве легко, но меня все что-то останавливало.

Зато поговорить с бабушкой, выговориться и спросить совета я могу хоть каждый день. И вот я за компьютером …

На экране высвечивается родное лицо, бабушка улыбается во все свои тридцать два белых зуба, ни разу у стоматолога не была. А я смотрю на родное лицо и плачу.

— Родная, что случилось? — вместо приветствия начинает причитать моя бабуля.

И я рассказываю ей все с самого начала. И чем дольше я говорю, тем шире улыбка на лице моей бабушке.

— Бабуль, ты чего улыбаешься? У меня просто все рушиться, — говорю я с горечью в голосе.

— Внученька, у тебя все прекрасно, просто мысли у вас с Ярославом неправильные, будете правильно думать, в нужном направлении — провидение вам даст счастье, — бабушка любит говорить загадками.

— Бабушка, какое счастье? Я не знаю теперь, как смотреть ему в глаза.

— А все эти смешные истории, что ты мне рассказала, с вами как раз и происходят, потому что провидение не знало, как вас заставить правильно думать, чувствует вы одно, а в голове крутите другое, — ох, уж это мне бабуля, вот как начнет загадками говорить, где ж отгадки мне найти.

— Ты хочешь сказать, что провидение заставило его ударить, чтобы он споткнулся и ногу сломал?

— Ну, если по-другому провидение исправить его мысли не может, тогда ему и даются болезни и травмы, — бабушка улыбается. — Я гадала на кофейной гуще, у меня получилось два сердца, пронзенных стрелой, так что провидение все видит, все знает и направляет вас.

Ох, уж эти мне бабушкины гадания. Она всегда говорит загадками, и ты понимаешь, что она загадала, только тогда, когда уже все произошло. На первый мой брак она нагадала птичку в клетке, сказала, что гнездо я совью, а вот петь у меня в клетке не получится. Так и вышло.

На второй брак бабушка нагадала мне гнездо и птенчика, но кормить его будет только одна птичка. Так оно и вышло.

А вот в третий раз бабушка сразу сказала, что это не мой мужчина, и я его не люблю, и он меня не любит. Не послушалась я бабушку.

Что ж будет думать правильно! Вот бы понять как это? Что неправильного в моих мыслях?

Глава 21 (от Ярослава)

Стою, ничего не понимаю, утреннее похмелье, ломит виски, нещадно болит нога, мысли путаются.

Зачем принудительно выселять Юлю? И на кой чёрт нужна жалоба в отдел опеки и попечительства, моя соседка лучшая мать на свете, у нее самые замечательные дети. Ну, нет, конечно, шумят, галдят, иногда мяч кидают не в ту сторону, ну, в общем и целом замечательные детки.

О чём сейчас речь?

— Постойте, погодите, что то я плохо понял вас, вы считаете, что во вчерашних событиях виновата Юля? — и вдруг понимаю в какую патовую ситуацию попала Юлька, ее хотят лишить прав на детей и выселить из коттеджного поселка за то, что она не совершала.

— Конечно! — толстяк трясет всеми своими тремя подбородками, его щеки пунцово красные наливаются еще большим румянцем, со лба он стирает пот платком, похожим на простыню.

— Простите, Павел Петрович, а кто вам сказал, что во всем виновата Юля? — моему возмущению нет предела, я уже готов дать в морду этому толстяку, но стараюсь держать себя в руках.

— Так свидетели, — толстяк пыхтит, сопит и округляет глаза, словно глазами хочет показать какие важные у него свидетели.

— А кто эти свидетели? — допытываюсь я.

— Алёна, например, — он поднимает палец вверх, словно Алёна пуп земли.

— Ах, Алёна, — тяну я. — Я так понимаю, Алёна сейчас в магазине, на работе?

Снимаю с вешалки куртку и выхожу на крыльцо, на костылях идти до магазина сложно, но толстяк предлагает мне свои услуги и место в маленькой машинке.

— Поехали до вашей Алёны, — командую я.

Я зол, страшно зол, боль в ноге только усиливает мою злость, если бы пришла ко мне сама Алёна, то я бы ее просто с крыльца скинул.

Пока едем до магазина, стараюсь глубоко дышать, только бы не сорваться и не разнести там все к чертям. Чтобы вывести на чистую воду этих сплетников и прохиндеев, мне нужна чистая голова, поэтому стараюсь остудить свою разгоряченную кровь.

Толстяк ничего не понимает, но отказать мне не может, ведь именно мой отец строил этот коттеджный поселок, и часть домов у него в собственности под сдачу. Мы подъезжаем к нашему магазину, и, сквозь стеклянные витрины, я вижу Алёну, которая таращится в окно, рядом не менее любопытная заведующая магазином. Они ждут шоу, хорошо, сейчас я устрою вам шоу.

— Здравствуйте, — начинаю я почти по-доброму, хотя внутри меня