Татьяна Шульгина - Дар халифу(СИ)

  Даан улыбнулся.

  -- У нее, наверное, есть муж или возлюбленный, - ответил он. - Такая красавица.

  -- Даже если и так, у людей пары не на всю жизнь, - попытался приободрить его брат.

  -- О, ты уже кое-что начинаешь понимать в них, - Даан, казалось, гордился им.

  -- Да они не сильно отличаются от нас, - возразил Андор. - Не понимаю, почему Лийн так протестовал? Остались бы все, уже смогли бы вытеснить темных из страны, куда-нибудь в Холоу.

  -- Он считал, что нам не восстановить больше город. А без города мы смешаемся с людьми, и чистая раса литиатов исчезнет, - Даана эта перспектива совершенно не печалила. - Хотя, по моему мнению, она исчезла уже давно, в тот день, когда переродился Лоакинор.

  -- Я верю, что литиаты еще есть в землях людей, - возразил Андор. - Мы не одни.

  -- Даже если они и были, то без книги давно потеряли силу, - ответил ему брат.

  Толпа тем временем перемещалась на улицу, чтоб найти удобное место для практических занятий. Следом за простыми людьми последовали и правители. Солдаты несли ружья, зорко наблюдая, чтоб ни одно не пропало. На улице процессию окружили любопытные детишки и женщины. Но мужчины сразу пресекли любые попытки установить равноправие и в Нордэнде, несмотря на то, что среди итилианских солдат была одна девица.

  Маги тоже поднялись и последовали за всеми.

  Несколько дней в городе царило веселое оживление, хотя повод был совсем не праздничный. Люди учились пользоваться оружием, укрепляли внешние стены, запасали провиант. Литиаты помогали им, управляясь за день с работой, которая отняла бы у людей недели. Кайна помог друзьям, но через пару дней все же ушел. Мэр предоставил ему хорошую лошадь, а горожане снабдили провиантом.

  Уайтпорт.

  Четвертый весенний месяц.

  Вандершир все больше погружался во тьму хаоса и разрухи. Вслед за столицей начали умирать остальные города. Закрывались лавки и мастерские ремесленников. Не было из чего производить товары, и некому было их продавать. Кто не успел сбежать или не желал бросать свой дом, запасались к длительной осаде. Городские власти укрепляли внешние стены, чтоб защитить губернаторские дома, где хранилась городская казна. Небольшие отряды солдат, которые удалось сохранить, использовались для охраны губернаторов и первосвященников. Богатые семьи предпочитали укрываться в своих загородных поместьях, вооружив своих крестьян и поставив их охранять оставшиеся земли.

  Вся жизнь государства была парализована войной и новыми правилами, установленными королем. Он делил земли между своими союзниками, позволяя им грабить и убивать соседей. Многим эти порядки пришлись по душе и давали возможность быстро разбогатеть. Между феодалами вспыхивали кровавые междоусобицы. Те, кто был угоден королю, получал от него в поддержку несколько темных и те с легкостью разоряли противников. Крестьяне и все добро побежденного переходило победителю. А король получал в свое войско крестьян для продолжения наступления на Эвервуд.

  Вопреки ожиданиям, Лингимир смог достаточно долго сопротивляться без помощи эльфов. Хотя скоро те пришли на помощь и оттеснили вандерширскую темную армию обратно за реку. Заставы были укреплены, а построенные мосты и насыпи уничтожены. Теперь местность около когда-то живописной реки превратилась в изувеченное магией пожарище, а ее берега были изрезаны канавами и ухабами, еще больше расширив реку. Лес на стороне Эвервуда отступил, выжженный первыми атаками, на стороне Вандершира он был вырублен, для постройки мостов и дамбы.

  Лоакинор призвал на помощь Холоу, напомнив об обещании, данном Эриком. Войско короля Холоу уже было готово и по первому зову выступило за пределы государства. В качестве трофея Лоакинор позволил Эрику взять Итилиан. Но Эрик не знал о новом оружии, изобретенном там, и получил мощный отпор. Не желая терять часть своих людей, король Холоу повернул в Вандершир, решив разделаться с Итилианом после, когда падет Эвервуд и эльфы.

  Теперь оба короля планировали новое нападение на Эвервуд, сидя в мрачном зале дворца посреди сгоревшего Уайтпорта. Солдаты Холоу продолжали движение к западной границе следом за своими вандерширскими союзниками.

  -- Это наступление будет решающим, - сказал король Вандершира. Он был все в том же обличье герцога Макмилона, хотя человеческое тело плохо выдерживало новый образ жизни бессмертного хозяина. Лоакинору некогда было спать и есть, он не стригся и не брился, весь поглощенный планированием и расчетами. Каждая неудача повергала его в ярость, которую приходилось вымещать на окружающей обстановке или портретах предыдущих королей, специально для этого оставленных нетронутыми.

  -- Мои слуги сообщили, что ублюдок получил поддержку этих дикарей из пустыни, - продолжал он, сидя на своем троне из черного мрамора, обтянутом шкурами животных. - Скоро он придет на помощь своему дружку, тогда шансы опять будут не в нашу пользу.

  -- Разве твои слуги не могут послать им шторм? - изумился Эрик, нисколько не теряясь в присутствии мрачного союзника. Тибальд стоял в стороне мертвенно бледный. Вампир с кудрями цвета бронзы, не сводил с него взгляда. Принц прекрасно знал, что его не тронут, и не боялся прислужников Лоакинора. Его повергал в отчаяние плачевный вид дворца и разрушенная столица. Он опасался, что союзник может в любой момент повернуть против них и тогда Холоу последует за Вандерширом в небытие.

  -- Если бы ваш покойный дядя сдержал свое обещание и избавился от мага, корабли Вандершира уже лежали бы на дне морском, - отвечал нарочито вежливо Лоакинор. - А ваш троюродный брат перед побегом оставил меня без слуги, который эти самые шторма мог усилить многократно.

  -- Разве такое возможно? - изумился притворно Эрик, не уступавший собеседнику в бессердечности и расчетливости. Он, конечно, знал, что Виктор убил Николаса, правую руку Лоакинора, но желал еще раз напомнить о том дне союзнику.

  -- Вы, наверное, думаете, что это подвиг? - злобно усмехнувшись, спросил Лоакинор. - Но стоит вам убить кого-то из бессмертных, и вы станете связаны неразрывно. Николас сослужил мне последнюю службу. Его убийца должен явиться сюда не позднее чем через месяц. Иначе Николас сможет стать его неизменным спутником.

  -- Разве он жив? - Эрик понял, что рано порадовался.

  -- Он всегда рядом, как и все мои братья, первые бессмертные, - Лоакинор рассмеялся, когда король Холоу вздрогнул, заметив тени рэи, появившиеся из всех щелей зала, заполняя собой все свободное пространство.